Марица. Исток - Александра Европейцева

миг. Один за другим, движимые не разумом, а инстинктом выживания и внезапно прорвавшимся через фанатизм человеческим состраданием, маги бросили боевые заклятья. Они принялись поднимать огромные каменные глыбы, создавая неуклюжие, но жизненно необходимые подпорки под наши спины. Другие ринулись помогать Серану и Асталю, образуя живую цепь, чтобы быстрее передавать детей из рук в руки, уносить их из-под ног рушащихся конструкций.

Чефарт издал хриплый, усталый звук, похожий на смесь облегчения и издёвки. — Глянь, Янг, — хрипло прорычал он. — Асталь-то… умеет вправлять мозги. Впечатляет! — Все, никого! Отпускайте! — оглушительный рёв Серана пробился сквозь грохот рушащегося города.

Этого было достаточно. Я оттолкнулся от опоры, чувствуя, как содранная чешуя кричит от боли, и в следующее мгновение уже рванул сквозь руины, не оглядываясь. К ней! Сзади слышался тяжёлый бег — Чефарт, Асталь и Серан, уворачиясь от падающих обломков, мчались следом. К удивлению, к нашей разношёрстной группе присоединились несколько молодых магов Иллюзиона — те самые, что только что помогали спасать детей.

Я влетел в перламутровую пещеру, едва не снося с ног кого-то в дверях. Запах был мне знаком — кровь и смерть. На полу, в луже крови, лежало тело Таши. Её глаза, странные и почти полностью чёрные, были широко открыты и пусты. Рядом, прислонившись к стене, сидел Дао Тебарис. Его мантия была пропитана кровью, лицо — землистым от потери сил, но в руке он по-прежнему сжимал окровавленный кинжал. Чуть поодаль, у самого края пропасти, где клокотала бездна Истока, лежал Паргус. Живой. Рядом с Марицей. Неподвижная, бледная, как мрамор. Ледяная пустота разлилась у меня внутри. Я сделал шаг, и ещё один, не в силах вымолвить ни звука. Казалось, мир рухнул окончательно. Но прежде чем паника успела поглотить меня целиком, тихий, хриплый голос Дао прозвучал как удар хлыста:

— Не паникуй, Янг. Они живы, но пока не здесь.

Я замер, не в силах понять.

— Они в Истоке, — выдохнул маг, с трудом поднимая на меня усталый взгляд. — Работают. Её сознание и сознание Паргуса слились с ним.

Облегчение, острое и болезненное, ударило в голову, заставив на мгновение пошатнуться. Она не мертва. Я подошёл и опустился рядом с её телом, не решаясь прикоснуться, боясь помешать. Её грудь заметно вздымалась. Она была здесь, но и не здесь. Сражалась на фронте, невидимом для нас всех.

Я поднял взгляд на Дао, на его рану, на тело Таши. И на молодых магов Иллюзиона, которые, замерев у входа, с недоумением и страхом взирали на эту сцену. Война ещё не закончилась. Она просто перешла в другую фазу. А нам, тем, кто остался снаружи, предстояло удержать этот шаткий плацдарм до её возвращения. Мы заняли позицию у входа в пещеру, превратив его в импровизированную крепость. Серан и Асталь — слева, Чефарт и я — справа. За нашими спинами — бессознательные тела Марицы и Паргуса и раненый Дао. И буря, бушующая снаружи, внезапно обрела новые, очень конкретные очертания.

Из дыма и перламутровой пыли вышли они. Маги Иллюзиона, облачённые в боевые робы, в глазах которых горел фанатичный огонь, зажжённый Равеллой. Они шли строем, и в их сплетённых пальцах уже клубилась смертоносная энергия.

— Вот и долгожданный приём, — проворчал Чефарт, и из его пары вырвался сноп искр. — Думали, обойдётся без финального аккорда.

— Молчи и готовься, — сквозь зубы бросил я, чувствуя, как мой дракон рвётся наружу, жаждая боя. Но здесь, в тесноте пещеры, мы были скованы.

Первый залп магических стрел просвистел над нашими головами, оставив на стенах оплавленные борозды. Асталь и Серан ответили грамотным залпом из арбалетов — не магия, но смертельно эффективно на короткой дистанции. Один из магов с хрипом рухнул. Но их было больше. Гораздо больше. Они надвигались, как прилив, и наше положение становилось отчаянным. Чефарт, не выдержав, рванул вперёд, его драконья пасть изрыгнула поток пламени, вынудив магов отступить и перестроиться. Но это была лишь передышка. И тут случилось неожиданное. Несколько молодых магов, тех самых, что помогали нам спасать детей, вышли вперёд. Во главе — тот самый юнец, что кричал нам, чтобы мы спасали детей. Его лицо было бледным, но решительным. Он и с ним ещё пятеро молодых магов встали между нами и основным отрядом.

— Остановитесь! — крикнул один из них, юноша с перекошенным от отчаяния лицом. — Они спасли детей! Они могли бы бежать! Но они остались!

— Предатели! — проревел один из воинов Равеллы. — Отойди, или умрёшь с ними! — Они пытаются спасти Исток! — парировал юноша. — А мы что делаем? Убиваем тех, кто спас наших? Это ли путь Иллюзиона?

Напряжение достигло пика. Две группы магов, бывшие ещё недавно одним целым, стояли друг против друга. Мечи и посохи были наготове. В воздухе запахло не просто магией, а гражданской войной. Ещё мгновение — и заклятья полетят не в нас, а в них. И они полетели.

Седобородый маг взметнул руку, и сноп ослепительных молний рванул к юнцу. Но тот, хоть и неопытный, был быстр