Алые сердца - Тун Хуа

Одарив меня злобным взглядом, Миньминь недоверчиво воскликнула:

– И ты защищаешь ее, даже не спрашивая о причине?

Покосившись на меня, тринадцатый принц вновь беспомощно воззрился на Миньминь.

– А если бы на ее месте была я, ты бы сделал то же самое? – продолжала она. – Даже не спрашивая о причинах, ты уже говоришь за нее, слепо отдавая ей предпочтение!

– Тринадцатый принц, – окликнула я, но он уже не раздумывая ответил:

– Мы с Жоси знакомы много лет, и я хорошо знаю, что она за человек.

Я тяжело вздохнула. Само Небо хочет моей гибели! Только что тринадцатый принц своими руками разжег пламя ревности, тут же взметнувшееся до небес. Миньминь, сначала столкнувшаяся с отказом, затем – с ревностью, да еще и полная гнева из-за того, что была обманута, – в таком состоянии она могла сотворить что угодно.

Криво улыбнувшись, она прошла мимо тринадцатого принца и, вскочив на коня, подстегнула его и тут же умчалась. Тринадцатый принц не мешкая забрался в седло и погнался за ней. Мы с четырнадцатым принцем последовали его примеру и поскакали вдогонку.

Мы четверо бешено мчались вперед. Несколько раз тринадцатому принцу почти удалось приблизиться к Миньминь, но та, размахивая нагайкой, вынуждала его отдалиться. Подстегивая коня, четырнадцатый принц скакал рядом со мной, говоря:

– Что бы ни произошло дальше – вали все на меня.

Я продолжала пристально смотреть вперед, полностью сосредоточившись на безумной гонке и не обращая внимания на его слова.

– Я, как-никак, принц, – снова заговорил он. – Неподчинение императорскому указу – серьезный проступок, но моей жизни точно ничего не будет угрожать.

Вдалеке уже показались фигуры императора Канси, господина Суван Гувалгия, наследного, четвертого и восьмого принцев. Увидев нас четверых, бешено мчащихся в их сторону, они натянули поводья и замерли, глядя на нас.

В голове у меня стало пусто. Я понятия не имела, что со мной вскорости произойдет.

В искусстве верховой езды тринадцатый принц хоть немного, но превосходил Миньминь, и его конь был лучше, поэтому, хотя он и вскочил в седло позже, спешился все же раньше. Глядя, как Миньминь слезает с коня, он медленно проговорил, отделяя каждое слово:

– Гэгэ, прошу, окажите снисхождение, и я, Иньсян, буду премного благодарен.

Застыв на месте, Миньминь некоторое время в оцепенении глядела на него. Затем ее взгляд скользнул по нашим с четырнадцатым принцем лицам, после чего вновь вернулся к тринадцатому.

Он гордо стоял возле своего вороного скакуна, одетый в белоснежный с серебряной каймой костюм для верховой езды, с закрепленным на спине длинным луком. Облитый лучами солнца, он выглядел сильным, благородным и величественным, но его взгляд был чистым и теплым, будто весенние воды, и глаза лучились мольбой, надеждой и доверием.

Миньминь словно окаменела, глядя на него влюбленным взглядом.

Подхлестывая коня, к нам приблизился император Канси.

– В чем дело? – спросил он, спешиваясь.

Мы с четырнадцатым принцем торопливо поклонились, приветствуя Его Величество, но тринадцатый принц и Миньминь не шелохнулись, продолжая смотреть друг на друга. Озадаченно глядя на них, император махнул рукой, позволяя нам выпрямиться. Я тоже повернула к ним голову, сжав кулаки. Мои ладони были влажными от пота.

Подоспевшие принцы и сановники, видя, что Его Величество спешился, также поторопились слезть с лошадей. Четвертый принц обвел нас с четырнадцатым задумчивым взглядом, после чего перевел его на тринадцатого и Миньминь. Восьмой же принц, покосившись на нас с тревогой, также устремил на них свой взор.

Господин Суван Гувалгия, не успев спешиться, закричал:

– Миньминь, почему ты не приветствуешь Его Величество? – Повернувшись к императору Канси, он заискивающе улыбнулся. – Я слишком избаловал эту девчонку. Она целыми днями пропадает в степях и совсем не знает приличий, не то что гэгэ Запретного города.

Лишь тогда Миньминь наконец отвела взгляд и, сделав шаг к императору, поклонилась, приветствуя его. Слабо улыбнувшись, тринадцатый принц также почтительно склонился перед отцом. Позволив им обоим выпрямиться, Его Величество ласково спросил Миньминь:

– Почему на твоем лице я вижу гнев? Иньсян обидел тебя?

Мои кулаки резко сжались, и я затаила дыхание, ожидая ее ответа.

– Я лишь хотела посоревноваться с Жоси в искусстве ездить верхом, – улыбнулась Миньминь. – А тринадцатый принц не позволял, вот мы и поспорили.

Мы с четырнадцатым принцем обменялись изумленными взглядами и посмотрели на тринадцатого принца, в глазах которого тоже читалось недоумение – он никак не мог понять, что задумала Миньминь.

Император Канси с улыбкой обратился к тринадцатому принцу:

– Почему ты не позволил? Да, Жоси не так давно начала учиться ездить верхом, но от одного состязания не будет большого вреда.

Не успел тринадцатый принц ничего ответить, как Миньминь с поклоном спросила:

– Ваше Величество позволит нам с Жоси посостязаться?

– Миньминь, не безобразничай! – вскричал господин Суван Гувалгия.

С улыбкой покосившись на меня, император Канси сказал ему:

– Маньчжуры, как и монголы, проводят на лошадиной спине всю свою жизнь. Пусть они посоревнуются, а мы посмотрим и порадуемся, о каком безобразии тут может идти речь?

Стоявший рядом императорский телохранитель, услышав слова Его Величества, тут же отправился заниматься приготовлениями.

Выпрямившись, Миньминь подошла ко мне, но ее взгляд был по-прежнему устремлен на тринадцатого принца.

– Я взглянула в лицо тринадцатому принцу и решила дать тебе шанс, – негромко произнесла она. – Победишь – мы обо всем забудем и никогда не будем вспоминать; проиграешь – и мне придется обо всем рассказать Его Величеству, и тогда уже никто не сможет винить меня.

– И это ты называешь шансом? – хмыкнул четырнадцатый принц. – Почему же ты не посостязаешься со мной?

– Иди помоги своей «возлюбленной», – смеясь, ответила ему Миньминь. – Подбери ей хорошего коня. – Затем она повернулась ко мне, и ее лицо снова приобрело ледяное выражение. – На этот раз я не буду поддаваться, как в прошлом году.

Подошедший тринадцатый принц пристально взглянул на девушку и с улыбкой кивнул ей:

– Спасибо, гэгэ.

Едва заметно улыбнувшись в ответ, Миньминь ушла. Тринадцатый принц слегка нахмурился и растерянно посмотрел на нас с четырнадцатым:

– Просто постарайся, и все будет хорошо. Не бойся проиграть – у тебя еще есть я!

С этими словами он вскочил на коня и помчался догонять Миньминь, бормоча: