Пустая могила - Джонатан Страуд

– Ворота? Мне показалось, что это двери, – перебил его Киппс.

– Нет, черные лужи, – сказал Локвуд. – Только подвешенные вертикально. Очень блестящие, но не мокрые.

– В таком случае это скорее занавески, согласен? – сказала Холли.

– Пожалуй.

– Возвращаясь к моей теории, – продолжил Джордж и поднял руку, призывая всех к порядку. – Я думаю, что дух проходит сквозь эти штуки, похожие на ворота, двери и так далее – называйте их как хотите, – и попадает в еще один Лондон, но на сей раз залитый светом…

– Какие у тебя есть доказательства? – спросила я.

– Никаких. Я это просто чувствую.

– Просто чувствуешь? Что-то это совсем на тебя не похоже.

– Почему же? Иногда исследования наводят на разные мысли.

– Ты должен написать об этом книгу, – сказал Локвуд. – Если пошевелишься и опубликуешь ее сразу после того, как будет покончено с Проблемой, такая книжка будет нарасхват. Глядишь, мы денег на ней заработаем.

– Не прибедняйся, Локвуд, стать нищими нам не грозит, – заметила Холли. – На сегодняшний день у нас сотни звонков. Клиенты с нетерпением ждут нашего ответа. Среди предложений есть очень и очень интересные. После того как «Фиттис» и «Ротвелл», мягко говоря, сели в лужу, мы стали самым популярным агентством во всем Лондоне. Из этого нужно извлечь максимум выгоды, может быть, даже еще одного помощника нанять. Он сможет занять твою маленькую комнатку в мансарде. Люси, а ты переедешь вниз, в роскошную новую спальню…

– Это ты замечательно придумала, Хол, – улыбнулась я, – только, знаешь, мне и наверху очень хорошо. А что это за интересные предложения, о которых ты только что упомянула?

– О, они наверняка тебе понравятся, Люси! Значит, так. Воющий Дух в молитвенном доме – раз, загадочный голос, раздающийся из колодца, – два, тисовое дерево, которое гнусавым голосом произносит непонятные фразы, – три. А также странная темная фигура в торговом центре в Стейнсе. Правда, клиент, который нам позвонил, не вполне уверен в том, кого он видел – призрака или монахиню в капюшоне. Так, что там еще… А, да, кровоточащий булыжник, который нашли в каменоломне, Сырые Кости на барже…

Холли продолжала говорить. Локвуд рассеянно слушал ее, время от времени посматривая на меня. Джордж раздобыл откуда-то шариковую ручку и уже заканчивал рисовать на нашей новой скатерти для размышлений карикатуру – явно неприличную, потому что Киппс, посматривая на нее, давился от смеха. Я допила свой чай и мирно откинулась на спинку стула – ни о чем не думая, подставив лицо проникающим на кухню лучам солнечного света. Рядом с моей тарелкой стоял обугленный треснувший череп и пялился в окно своими пустыми глазницами.

Я не солгала Холли, нет. Я действительно была счастлива в своей маленькой спальне на чердаке. Между прочим, только эта комната не подверглась нападению врагов той памятной ночью – они ее просто не заметили, – и поэтому все здесь осталось точно так же, как было. В первые дни после возвращения с Другой Стороны я каждый вечер поднималась сюда, чтобы постоять у окна под низким скошенным потолком и немного побыть наедине со своими мыслями.

Этот вечер не был исключением. На подоконнике лежали последние теплые лучи заходящего солнца. Подоконник я очень давно не протирала, в покрывающем его слое пыли остались круглые следы от стоявшей здесь когда-то призрак-банки. Она у меня почти всегда стояла именно здесь, у окна. Сюда же, на привычное место, я положила и обугленный череп. Его присутствие успокаивало меня. Я знала, что сделала все что могла, и если призрак вихрастого юноши захочет, ему будет куда вернуться. А если не захочет… Ну, не захочет – значит, не захочет.

Итак, я стояла у окна и смотрела вниз на Портленд-Роу.

Небо было серо-розовым, в стеклах домов на противоположной стороне улицы отражалось солнце. В окнах мелькали белые занавески, блестели подвешенные к рамам серебряные обереги от злых духов. На улице играли дети – редкая и радующая глаз картина.

В дверь постучали. Я обернулась, ответила, и в комнату заглянул Локвуд. Он был в новом длинном пальто – значит, собирался выйти из дома – и прижимал к груди пачку бумаг.

– Привет, Люси. Прости, что побеспокоил.

– Ничего страшного. Заходи.

Мы улыбнулись друг другу. За время, прошедшее после памятных событий в Доме Фиттис, мы с ним практически ни разу не оставались наедине. Почему? Ну, во-первых, мы были совершенно обессилены физически и опустошены эмоционально. Во-вторых, у нас выдалась трудная неделя – нужно было приводить в порядок разоренный дом и улаживать дела с Барнсом. Как и всех остальных, нас с Локвудом в эти дни хватало лишь на то, чтобы есть, спать и выполнять какую-нибудь самую простую работу, не размышляя ни о чем, кроме того, что ты ходишь, дышишь… Живешь, одним словом.

И вот Локвуд оказался здесь. Сделал несколько шагов навстречу мне и остановился.

– Прости, что побеспокоил, – повторил Локвуд. – Просто я хотел кое-что тебе дать, а внизу для этого слишком шумно. Джордж красит стены как одержимый, Киппс с Холли навешивают дверцы на кухонные шкафы…

– Да, конечно, – резко выдохнула я. – Вижу, вижу, что ты там держишь. Подписка для ДЕПИК о неразглашении. Ладно, я подпишу ее, но не сейчас. Положи куда-нибудь.

– Просто положить тебе на кровать? – замялся Локвуд.

– Ага.

Я снова отвернулась к окну и стала смотреть на окна соседних домов, на закрывающие их железные решетки и блестевшие за стеклами серебряные обереги. По улице, преследуя двух своих товарищей и размахивая пластмассовой рапирой, бежал маленький мальчишка. Те, судя по всему, изображали призраков. Что ж, какие времена, такие и игры. Локвуд, подойдя, встал рядом со мной и оперся ладонью о подоконник.

– Проблема никуда не делась, она по-прежнему здесь, рядом, – немного помолчав, сказала я. – Еще полчаса-час – и все попрячутся по своим домам.

– Возможно, положение постепенно начнет улучшаться, – ответил Локвуд. – Во всяком случае, те идиоты не будут больше будоражить духов на Другой Стороне. Это же должно помочь, правда? Теперь многие духи смогут свободно уйти туда, где их настоящее место. Уйти, чтобы больше не возвращаться.

Я просто кивнула. На самом деле мы оба не знали, что будет дальше.

Локвуд открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал. Какое-то время мы оба молчали. Локвуд стоял очень близко, а наши с ним ладони оставались лежать на подоконнике словно приклеенные. Я не знаю, сколько мы так простояли, не стану врать. Наконец Локвуд выпрямился, отступил на шаг назад и сказал:

– Да, пока еще осталось немало злых духов, которых нам нужно будет укротить, и множество жизней, которые нам предстоит спасти. Но это все впереди, а сейчас стоит чудесный вечер, и я собираюсь пойти погулять. Просто погулять, понимаешь? А пришел я, в общем-то, чтобы спросить: ты не хочешь составить мне компанию? Заодно пальтишко мое обновим. Кстати, как оно тебе?