Война - дело семейное. Перехват - Инна Георгиева

Он выслушал молча. Потом на моих глазах удалил все три рапорта и сказал:

— Я дам тебе еще полгода. Угомони свою волчицу, или это сделаем мы.

Что ж, зная своего отца, тогда я даже обрадовался результату нашей беседы. Не ожидал, что он так быстро сдастся. Даже дополнительное условие, которое он поставил Джейн, не смогло уменьшить моего оптимизма. В конце концов, лорду нужно было чем-то обусловить срок. Почему бы не цветом глаз? Я даже сумел убедить волчицу, что мы найдем выход. Она поверила, хотя, откровенно говоря, я не представлял, как это можно сделать. И все же одно знал наверняка: надо пользоваться моментом, пока она еще смотрит на меня с благодарностью. К сожалению, это продлится очень недолго.

Тем вечером, неделю спустя после нашего возвращения с базы крфритов, когда она уже немного пришла в себя и подлечилась, я решил пригласить ее в «Кабачок». Отвратное заведение, но если ей нравится, я тоже как-нибудь потерплю. В офисе Джейн не оказалось, но система подсказала, что искать волчицу нужно в тире. В такое позднее время там обычно никого не было, и я даже обрадовался: нам редко выпадал случай поговорить наедине.

Быстро спустившись, вошел в комнату наблюдения и включил камеры в ее отсеке. Не хотелось, чтобы она думала, будто я за ней подсматриваю, и я уже хотел сообщить о своем появлении, но кое-что заставило меня передумать.

Я пригляделся внимательнее. В вытянутой правой руке волчица держала тяжелый армейский пистолет. Целилась долго, даже слишком: секунды три. Потом раздался выстрел.

«Повреждение мишени — ноль!» — сообщил компьютер.

Я нахмурился. Джейн потерла переносицу и вскинула руку вновь.

Выстрел!

«Повреждение мишени — восемь процентов!»

— Да что со мной… — прошептала она и переложила пистолет в левую руку. Почти не целясь, послала три заряда в голограмму.

«Повреждение мишени — триста процентов!»

Это означало, что она три раза нанесла «врагу» урон, несовместимый с жизнью. Потом вернула пистолет обратно в правую руку, прицелилась, кусая губы…

Выстрел!

«Повреждение мишени — двенадцать процентов!»

Раздасованная Джейн с грохотом положила пистолет на подставку и посмотрела на правую руку, как на предателя. Несколько раз с силой сжала пальцы в кулак, потом тряхнула ладонью и снова взяла пистолет. А я… страшная догадка заставила меня оцепенеть и пропустить вдох. Перед глазами, словно в замедленной съемке старого кино, появилось изображение того, как волчица падает на пол, прикрывает голову правой рукой, а всего в каком-то метре над нею на сотни осколков разрывается снаряд. Тот самый, вызывающий у оборотней паралич и смерть. От которого нет лекарства.

Я почувствовал, как капля пота стекает по моему виску. Сколько у меня осталось времени? Четыре месяца? Пять? Прежде чем она не сможет ходить, не сможет дышать… Прежде чем ее сердце не сможет биться?

В какой-то момент, словно почувствовав, что за ней наблюдают, волчица подняла глаза и посмотрела прямо в камеру.

— Потерпи, девочка, — прошептал я, хотя знал, что она не может меня слышать. — Я не дам тебе погибнуть. Я что-нибудь придумаю. Ты будешь жить. Я обещаю.

И, круто развернувшись, стремительно покинул тир.