Сестра ночи - Мара Вульф

От входной двери послышался грохот, как будто дом отказывался кого-то впускать. Я вышла, чтобы проверить. Это оказались Эш, Нэа, Тарон и Тирза.

– Что вы тут делаете? – удивилась я. – Я думала, вы собирались в Коралис.

– Он заставил нас вернуться обратно, – злобно выдала Нэа и скривила при этом рот в точности как Аарванд.

Эш почесал затылок, зашел внутрь, и они последовали за мной в гостиную.

Маэль застонала, когда заметила этих четверых у меня за спиной.

– Так как я хорошо знаю трех моих любимых ведьм, – начал Эш, прежде чем она успела что-то сказать, – и уверен, что вы бы никогда не пустили в ход камень, пока есть шанс спасти Аарванда, то взял на себя смелость организовать вам транспорт, чтобы получилось быстрее. Ваши силы понадобятся вам в другом месте. А эти трое возьмут вас с собой на Керис.

– Только под принуждением. Аарванд вываляет меня в смоле и перьях, если я это сделаю, – вставила Нэа. В ее словах слышались невыразимое одиночество и вместе с тем облегчение. Тирза держала ее за руку, а Тарон обнимал за плечи.

– Если Аарванд будет в состоянии вывалять тебя в смоле и перьях, – ответила я, – то это значит, что он выживет. И я с удовольствием сама ощипаю петуха, чтобы ему хватило перьев.

– Гадость. – Тирзу передернуло, но Нэа хотя бы чуть-чуть улыбнулась.

– Спасибо. – Я обняла Эша. – Старая луна через три ночи. Если до тех пор мы не вернемся, бабушка передаст Эйдену ключ-камень. – У него на лице отразилась тревога.

– Если мы не вернемся, ты поддержишь Эйдена? – Голос подвел Маэль, и это гораздо больше, чем что-либо еще, сказало мне о чувствах, которые она испытывала к Эйдену. – Ему будет одиноко.

– Я о нем позабочусь, буду таскать его по клубам и барам и цеплять вместе с ним горячих телочек. Он даже не заметит, что тебя нет.

Маэль засмеялась, и в то же время из глаз у нее брызнули слезы. Пара шагов, и Эш оказался возле нее:

– Эй, – зашептал он. – Вы вернетесь. Я просто знаю это, и тогда он страшно тебе отомстит за вон то маленькое заклинание.

– Пффф! – выдохнула она. – Я в любое время могу снова его связать.

– Если при этом он будет в сознании, то ему, наверно, даже понравится.

Маэль стукнула его в грудь и высвободилась из объятий.

– Ну, погнали. Болтовней мы никого не спасем.

Эш проводил нас в сад и еще раз обнял всех на прощание. А затем отвел в сторонку Тарона, пока Тирза и Нэа начали превращаться в келпи. Его каштановые волосы в темноте создавали необычный контраст белым дредам демона. Я догадалась, что колдун его подбадривал, но было там еще что-то. Близость, которую я раньше не замечала. Тарон кивнул, после чего тоже перевоплотился. Рука Эша все еще лежала на его шее, когда я села на келпи верхом.

Все сказано. Я вцепилась в гриву Тарона, сияющую белым пламенем и приятно теплую. И так мы понеслись во мрак. Огонь и вода. Три демона и три ведьмы. Я молча молила богинь помочь нам. Трое келпи скакали так быстро, как будто вообще не касались земли, и тем не менее я замечала и огоньки фей на покрытой мхом лесной почве, и стволы деревьев. Я видела тени павших, которые полторы тысячи лет назад сразились в этом месте в своей последней битве. В озере в Долине без возврата отражался свет звезд, а убывающая луна освещала спину дракона, которого заколдовала здесь Моргана. Мы лишь слегка замедлили темп, чтобы поздороваться с мужчинами, охранявшими в данный момент Источник. Никто нас не останавливал ни на нашей стороне Источника, ни на другой. Мы ехали сквозь парк, окружавший дворец Коралиса, к берегу моря. Еще издалека виднелось драконье тело Калеба, который лежал наполовину в воде, наполовину на суше. Он действительно добрался досюда.

Эме соскользнула со спины Нэа и бросилась к нему, пока мы уже не так быстро последовали за ней. Рядом с его головой она опустилась на колени и бережно погладила, поцеловала его чешую и что-то прошептала. Он на самом деле еще жив. Я не смогла разобрать слов Эме, потому что воздух наполнило странное гипнотизирующее пение. Мы с Маэль тоже спешились, а три келпи превратились обратно.

– Что это за музыка? – спросила я Тарона.

– Сирены. Они пытаются удержать его здесь своей песней.

– Это великолепно.

– Так и должно быть. Эта музыка мешает ему оторваться от мира. Сирены оказывают такую услугу лишь немногим. Но они любят Калеба. Вряд ли в Коралисе есть те, кто бы его не любил. Ради своего принца они сделают почти все, но ради своего князя, Вианна, ради него они готовы умереть. Поэтому я прошу тебя и от их имени тоже, спаси его.

– Спасу, – пообещала я. Мы подошли ближе, и сейчас я увидела женщин, которые сидели на камнях чуть дальше от берега и пели. Нежный лунный свет очерчивал прекрасные тела и лица. У большинства из них глаза были закрыты, а с губ лились чарующие звуки. Однажды, во времена, когда демоны еще жили в нашем мире, сирены хотели заманить Одиссея и его команду в смертельную ловушку. Так гласила людская легенда. Однако, слушая сейчас их пение, я начинала сомневаться в правдивости этой истории. Как и во многих других. Почему женщины в них всегда играли такую постыдную роль?

Русалки окружили тело Калеба и поливали водой те места, которые не находились в море.

– Любой другой уже давно бы сдался, – сказал Тарон. – А он так отчаянно цепляется за эту жизнь. – В его голосе звучало восхищение.

Я крепко сжала губы, чтобы не всхлипывать. Делал ли то же самое Аарванд? Ждал ли он меня? Маэль подошла к Калебу и начала осматривать раны.

– Ты больше ничего не можешь для него сделать, – прошептала Серена. Русалка обратила на нее свой печальный взгляд. – Слишком поздно.

У Маэль раздулись ноздри.

– Для меня никогда не поздно, – твердым голосом откликнулась она. – Пока он не мертв. Мне нужен свет и горячая вода. Если он борется, то и мы будем. – Она небрежно скинула свой плащ в воду, а под ним у нее на плече обнаружилась сумка.

– Маэль, – тихо сказала Тирза. – Мы с покоем провожаем своих умирающих к смерти.

– Да провожайте сколько угодно! – огрызнулась та. – Но здесь никто не умрет.

– Твоя сестра вопиюще непочтительна, но, думаю, я ее люблю, – повернулась ко мне Серена. Прежде чем я успела что-то ответить, она пронзительно свистнула, и из морских глубин послышался ответ.

– Ignis, – произнесла Эме, и тут же вспыхнула сотня факелов.

Из замка к нам спешили другие русалки. Они несли котел с водой.

– Volanta! – воскликнула я, и вскоре после этого из леса вылетели небольшие стволы деревьев и ветки и сложились в маленькую кучку дров. – Mittare. – Древесина загорелась.

– Что ты задумала? – спросила Нэа, помогая русалкам водрузить котел на костер. – Что мы можем сделать? – Надежду в ее голосе было невозможно не услышать. И глубоко внутри я тоже ее чувствовала.