Знак Лукавого - Борис Иванов

Дослушав доклад и обменявшись со своими людьми парой непонятных мне реплик, профессор кивком отпустил «комиссию», а сам остался стоять посреди пыльного ангара, расслабленно опустив руки. Его ассистент выжидательно топтался у бронетранспортера. Мы осторожно приблизились к Михаилу Ивановичу.

Профессор поднял руки к глазам и долго массировал затекшие веки. Потом отнял руки от лица, хрустнул пальцами и улыбнулся.

– Ну вот… – произнес он голосом, в котором звучало огромное облегчение. – Наши взаимные обязательства почти полностью исчерпаны. Я… Я и мои товарищи весьма благодарны вам. Теперь осталось совсем немного – в целости и сохранности вернуть вас на родину… Пойдемте со мной…

Он повернулся и кивнул своему ассистенту.

– Леонид Кузьмич, будьте добры, помогите нам с багажом. Да, с тем, который мы приготовили для наших друзей…

Леонид Кузьмич, хотя и был далеко не мальчиком, проворно вспрыгнул на броню транспортера и принял из люка пару объемистых походных рюкзаков. Профессор тем временем проверил, работает ли в Башне электропроводка и коммутатор внутренней связи. И, насколько я понял, проверкой остался вполне доволен.

Топать по винтовой лестнице нам пришлось практически на самую вершину Башни портала, в помещение сооруженной там – в предвидении открытия оживленного движения между мирами – рубки управления. Выше располагалась только смотровая площадка, огороженная решеткой из успевших заржаветь стальных прутьев. По дороге мы раза три делали привал – главным образом ради нагруженного нашим будущим багажом Леонида Кузьмича. Как мы с Романом ни пытались облегчить его ношу, упорный ассистент ни в какую не соглашался принять нашу помощь.

Тагара без особых объяснений присоединился к нам. Профессор был заметно недоволен тем, что мальчишка увязался за нами. Но он уже давно понял, что нас с сыном Ходока связывают достаточно сложные отношения. И потому никак не отреагировал на его присутствие. В рубке управления мы распростились с Леонидом Кузьмичом и сложили наш багаж.

Сама рубка напоминала что-то вроде зала управления какой-нибудь средней руки электростанции годов этак шестидесятых. Только для «зала» она была уж слишком тесна, однако даже для типичного «совкового» щита с огнетушителем и противопожарными принадлежностями здесь нашлось место. В изобилии были представлены рубильники, циферблаты и мигающие лампочки. Судя по всему, «медицинская бригада» уже привела систему жизнеобеспечения портала в действие. Часть лампочек обнадеживающе мигала, некоторые стрелки что-то показывали на шкалах циферблатов. Похоже, их показания профессору понравились. Посреди помещенного в центре комнаты стола-пульта поблескивала решетка коммутатора. Динамик издавал тихое шипение.

– Сейчас – главное! – строго поднял палец профессор. – В первую очередь мы должны проверить главный элемент портала – Пасть Червя. Мои люди заверили меня, что тут все в порядке. Заклятие снято, и Червь проснулся. Но я должен убедиться в этом сам. Это здесь.

Он подошел к тяжелой бронированной двери с вмонтированным в нее довольно большим иллюминатором.

– Танковая сталь и бронестекло, – не без гордости пояснил глава «академической» миссии, постукивая пальцем по металлу двери. – Армированный бетон, – он похлопал ладонью по стене. – Оттуда прорваться исключительно трудно. На всякий пожарный случай существует это…

Он положил руку на расположенный справа от двери красный рычаг.

– Аварийный замок, – пояснил он. – Титановые стержни вгоняются в гнезда взрывом пороховых патронов. Намертво. После того как сработает эта штука, без сварочного аппарата и взрывников эту дверь не отворить. Ну и, разумеется, автоматически врубается сигнал тревоги. Он – не без труда – несколько раз повернул маховик гермозапора и отворил тяжелую дверь. За нею располагалось тесноватое помещение. Единственными предметами его обстановки (если это слово тут уместно) были: забранная в проволочную сетку и под матовый колпак лампа посреди потолка, решетка вентиляции, резиновый коврик на бетонном полу и ящик коммутатора на стене. Одну из стен украшал иллюминатор – точно такой же, как и на двери, – вмонтированный намертво и пуленепробиваемый. Из него открывался довольно унылый вид на скалы, окружающие Башню портала, и на петляющую между ними дорогу. В торце помещения располагалась вторая дверь, повторяющая один в один ту, через которую мы зашли в этот переходник. И красный рычаг тоже дублировал своего собрата, расположенного снаружи. Двери располагались не друг против друга, а наискосок.

– Тамбур, – пояснил профессор, закручивая гермозапор внешней двери. – Здесь последняя подготовка или первая проверка. В зависимости от того – убытие будет осуществляться или прибытие. А теперь…

Он подошел ко второй двери и принялся отпирать ее.

– Теперь – знакомьтесь! Их величество Червь Мироздания!

Он отвалил бронеплиту двери в сторону, и на нас пахнуло нестерпимым, как показалось в первый миг, зловонием. То, что предстало перед нами в открывшемся пространстве, напоминало много чего сразу. Например– причудливый складчатый занавес, скроенный каким-то мастером-садистом из кусков мясных туш, или гигантский цветок, отвратительный и прекрасный одновременно. А еще это напоминало какое-то чудовищное лицо. Лик дьявола, может быть. В тот раз Пасть Червя показалась мне неподвижной. Должно быть, я был просто невнимателен. Профессор вытащил из внутреннего кармана нечто отдаленно напоминающее переносной пульт управления видеомагнитофоном и, бесстрашно приблизившись к монстру, принялся проводить какие-то измерения.

– Все, кажется, благополучно! – констатировал он, закончив свои манипуляции. – Будьте уверены, как только субстанция-ключ прореагирует с составляющими ваших тел, Пасть разверзнется и примет вас! Надеюсь, вы налюбовались на это чудо? Выйдем на пару минут на свежий воздух, а потом уж и обговорим все напоследок.

На смотровую площадку мы поднялись просто для того, чтобы на прощание обозреть местный пейзаж. Ночь эта – наша последняя ночь в Странном Крае – и впрямь оказалась короткой. Над Долиной Врат небо уже достаточно посветлело, чтобы можно было ясно видеть предметы.

Этот ритуал оставил еще одну занозу в моей душе. Впрочем, их накопилось уже много. Одной больше, одной меньше… Мы спустились в рубку. Пора было браться за дело.

В рубке управления Михаил Иванович принялся бодро знакомить с приготовленным для нас в дорогу грузом. Я с облегчением отметил наличие инструментов, от вида которых уже отвык в здешних местах, – часы, компас… Основную массу груза составляла снедь, словно рассчитанная на полярную экспедицию, и объемистые фляжки с водой. Вдобавок к этому – пара дорожных сумок и чисто туристического вида не слишком большой рюкзак.

– Даст бог, вам все это не слишком пригодится, – вздохнул Михаил Иванович, – но… В конце концов «земной» выход портала находится в местах безлюдных и засушливых, так что имеет смысл подстраховаться.

– Ну теперь, – заметил я, – уже не секрет, где находится это райское местечко? Раз уж мы там будем довольно скоро.