Обнаженная для тебя - Сильвия Дэй

Особенно если их преподносит мой неромантичный любовник.

Гидеон стал осторожно вынимать свой член, и только сейчас я поняла, как обильно он кончил и сколько в меня влилось его семени. Когда его член выскользнул наружу, внутренняя поверхность моих бедер стала влажной от его семени, а затем две нахальные капли шлепнулись на пол между моими расставленными ногами.

— Вот дерьмо, — простонал он. — До чего ж было круто. Я снова тебя хочу.

Я взглянула на его пенис, и меня бросило в жар.

— Ты не можешь проделать это еще раз!

— Черт меня побери, если я не могу.

Прикрыв мою половую щель ладонью, он принялся размазывать сперму по моей промежности, увлажняя наружные губы и массирующими движениями втирая в складки. Эйфория охватила меня, распространяясь, словно опьянение отменным спиртным: то было чувство глубокого удовлетворения, порожденное тем, что Гидеон находил удовлетворение во мне и моем теле.

— Я с тобой просто зверею, — пробормотал он. — Хочу тебя пометить. Хочу обладать тобой так полно, чтобы мы были неразделимы.

Тут уж и мои бедра начали покачиваться, заново воспламеняемые возвратно-поступательными движениями его члена. Мне снова захотелось кончить, и я поняла, какой несчастной буду себя чувствовать, если придется терпеть, пока мы не окажемся в его постели. Рядом с ним я сама становилась до крайности сексуальной. И я, уверенная в том, что он не нанесет мне физического вреда, добровольно приняла решение.

Сомкнув пальцы вокруг его запястья, я завела его руку себе за спину и слегка куснула за подбородок. Потом набралась храбрости и прошептала:

— Введи вот туда. Пометь меня.

Он замер, лишь грудь его тяжело вздымалась.

— Я не… — В его голосе послышалось напряжение. — Ева, я не занимаюсь анальными играми.

Заглянув в его полные боли глаза, я увидела в них нечто неуловимо мрачное.

«Ох, сколько же у нас с тобой общего…»

Грубое вожделение сменилось теплой любовной привязанностью. С разрывающимся сердцем я призналась:

— Я тоже. По крайней мере, добровольно.

— Тогда… почему?

Смущение в его голосе тронуло меня до глубины души.

Обняв его, я положила голову ему на грудь, прислушиваясь к слегка испуганному биению сердца.

— Потому что верю: твое прикосновение сотрет память о Натане.

— Ох, Ева!

Его щека прижалась к моей макушке. Я приникла ближе к нему.

— С тобой я чувствую себя в безопасности.

Долгие мгновения мы молча сжимали друг друга в объятиях, и я, прислушиваясь к тому, как замедляется биение его сердца и смягчается дыхание, втянула в себя воздух, наслаждаясь восхитительным ароматом: его неповторимый запах мешался с запахами неистового желания и еще более неистового секса.

Затем кончик его среднего пальца осторожно скользнул по складке между моих ягодиц. Я замерла и откинула назад голову, чтобы взглянуть на него.

— Гидеон?

— Почему я? — тихо спросил он, смотря на меня потемневшими, грозовыми глазами. — Ты же знаешь, Ева, я в дерьме. Сама ведь видела, как я… той ночью, когда ты меня разбудила… Короче, черт возьми, ты видела! Как же ты можешь до такой степени доверять мне свое тело?

— Я доверяю своему сердцу и тому, что оно мне говорит, — ответила я, разглаживая морщинку, залегшую между его бровей. — Гидеон, ты можешь вернуть мне мое тело обратно. И я верю, что способен на это только ты один.

— У тебя есть «стоп-слово»? — неожиданно спросил он.

Удивленная, я снова отстранилась и присмотрелась к его лицу. Некоторых членов нашей психотерапевтической группы волновали вопросы садомазохистских отношений. Одним из них для достижения чувства безопасности в процессе сексуального акта требовался полный контроль над партнером, тогда как другие, напротив, могли получать наслаждение только через подчинение и унижение, то есть через боль. Приверженцы такой модели сексуального поведения использовали во время полового акта «стоп-слово», что давало возможность остановить процесс, если он заходил слишком далеко. Однако я не понимала, какое отношение это может иметь к нам с Гидеоном.

— А у тебя?

— Оно мне не нужно. — Он поглаживал пальцем между моих ног, усиливая напор. — Так есть у тебя «стоп-слово»? — повторил он свой вопрос.

— Нет. И никогда не было. Лежа, стоя, раком… Вот, собственно, и весь набор моих стилей.

Судя по чуть изменившемуся выражению его сурового лица, его это слегка позабавило.

— Ну и слава богу. Иного бы я не перенес.

При этом Гидеон продолжал массировать меня пальцем, пробуждая во мне самое низменное желание. Опасный Брюнет был вполне способен заставить меня позабыть обо всем, что случилось прежде. В сексуальном общении с ним у меня не было моментов, рождающих негативные эмоции, не было сомнений и страхов. Спасибо ему за это. В ответ я желала отдать ему свое тело, освобожденное благодаря ему от тягостного груза прошлого.

И тут начали отбивать время стоявшие у дверей напольные часы.

— Гидеон, нас уже долго не видно. Кто-нибудь может начать нас искать.

Он чуть-чуть надавил на мою чувствительную розетку.

— А тебя и вправду это заботит?

Мои бедра подались навстречу его прикосновению. От предвкушения меня уже снова бросило в жар.

— Когда ты прикасаешься ко мне, ничто другое меня уже не заботит.

Свободной рукой он зафиксировал мою голову в неподвижном положении.

— Ты уже получала удовольствие от анальных игр? Случайно или намеренно?

— Нет.

— И, однако, настолько доверяешь мне, что просишь об этом.

Он поцеловал меня в лоб, а пальцами переместил семенную смазку к моему заднему проходу.

— Ты не должен… — вцепившись в его пояс, начала я.

— Еще как должен, — возразил он с порочной уверенностью в голосе. — Если в тебе зародилось желание, то именно я его исполню. Все твои желания, Ева, могу удовлетворить только я. Чего бы это мне ни стоило.

— Спасибо, Гидеон.

В то время как он продолжал смазывать меня сзади, мои бедра двигались уже безостановочно.

— Я тоже хочу дать тебе все, что нужно.

— Я уже сказал, что мне нужно, Ева, — контроль. — Его шевелящиеся губы касались моих. — Ты просишь меня вернуть тебя туда, где властвует боль, и раз тебе это нужно, я так и сделаю. Но мы должны быть предельно осторожны.

— Знаю.

— Доверие очень важно для нас обоих. Подорвав его, мы можем потерять все. Придумай слово, которое связано в твоем сознании с силой. Твое «стоп-слово», мой ангел. Выбери его. — Давление его пальца усилилось.