Наслаждения ночи - Сильвия Дэй

— Я видел куда, — сказал Филип, махнув в сторону своих людей, державшихся вместе, но не строем. — Проследил с панели управления.

— Ни хрена себе! — неожиданно буркнул Коннор, и все уставились на него, обеспокоенные прозвучавшей в его голосе тревогой.

Лисса тоже растерянно посмотрела на него, а потом повернула голову, проследив за его взглядом.

В свете ближайших восходящих потоков было видно, что вокруг них сомкнулось расплывчатое кольцо клубящихся теней, расширявшееся буквально с каждой секундой.

— Что это? — пролепетала Лисса, чувствуя, как живот ее свело от ужаса.

— Кошмары. — Филип извлек меч. — Тысячи Кошмаров.

Лисса взирала на клубящуюся черноту расширившимися в ужасе глазами. Кошмары были полупрозрачны, они постоянно меняли форму и беспрерывно издавали странные высокие звуки, действовавшие на нервы, словно царапанье ногтями по классной доске. Среди всей этой какофонии изредка слышались и слова, но бессвязные и невнятные, не позволявшие ничего разобрать.

— Что они делают? — спросила она, присев, чтобы лучше видеть происходящее между ногами гигантов, выстроившихся вокруг нее оборонительным кольцом и беспрестанно переступавших.

— В том то и дело, что ни хрена, — ответил Коннор.

Лисса замолчала, но минута тянулась за минутой, и она не выдержала.

— Там происходит что-нибудь, чего я не вижу?

— Ничего не происходит, — пробормотал Филип. — В этом и проблема.

Лисса протолкнулась вперед, чтобы чуточку лучше видеть.

— Ха! — Ей было трудно примириться с тем, что ночные кошмары, заставлявшие просыпаться в холодном поту, — это какие-то дурацкие клубящиеся струйки дыма. — А ну, брысь!

Клубящиеся тени колыхнулись назад.

— Дерьмо! — Коннор уставился на нее расширенными, встревоженными глазами.

Она скорчила рожицу, пробормотала: «Прошу прощения» — и только потом заметила, что все смотрят на нее, разинув рот. Вздохнув, она отступила обратно, в центр кольца. Ничего себе — ее ребяческая выходка оказалась в центре внимания.

— Она притягивает их, — произнес Коннор с очевидным почтением. — Но в то же время они боятся ее. Ни за что бы не поверил такому, если бы не видел все своими глазами.

— Нам необходимо выяснить, на что, черт побери, она на самом деле способна, — заметил Филип, повернувшись так, чтобы видеть одновременно и ее, и Кошмары. — Я думал, сам факт ее появления припугнет Старейших и это даст нам хоть небольшое, но преимущество. Припугнуть-то он припугнул, спору нет, но вот насчет второго имеются сомнения. Боюсь, случилось как раз противоположное.

— Ты выяснил что-нибудь в контрольном помещении? — спросил Коннор.

— А нельзя обсуждать все это по пути, направляясь на выручку Эйдану? — вмешалась Лисса. — В настоящий момент меня не больно-то волнует, что там на мой счет говорится в пророчествах.

— Но это очень важно для нас, — отозвался Коннор, внимательно глядя на нее нордическими голубыми глазами.

— Знаю, — понимающе вздохнула она. — Эйдан рассказывал, что веками искал меня, пытаясь выяснить, на что я на самом деле способна. Я осознаю, что значит для всех вас эта легенда, и обещаю: если вы поможете мне вернуть Эйдана, я обязательно помогу вам установить, каким образом во все это вписываюсь и чего от меня можно ждать.

— Капитан нужен нам здесь, — заявил один из бойцов, не отводя натренированного взгляда от Кошмаров. — Сражаясь под его началом, мы ни разу не потерпели поражения. А какой нам будет от него прок, если он окажется в твоем мире?

По рядам прокатился одобрительный гомон.

— Я признаю возможность того, что он останется с вами, — ответила Лисса, вскинув подбородок и решительно отказываясь давать волю слезам в присутствии соратников Эйдана. — Что меня не устраивает, так это такая ситуация, когда он наполовину здесь, наполовину со мной.

— Быть может, в этом-то все и дело, — высказал догадку Коннор, подойдя поближе. — Быть может, Врата, которые тебе вроде как предстоит открыть, предназначаются вовсе не для Кошмаров. Они явно понятия не имеют, что им с тобой делать. Быть может, речь идет о проходе между Сумерками и твоим миром.

— Ни в коем случае! — Она скрестила руки на груди. — Эйдан рассказывал мне, что все силы Избранных и созданы были для того, чтобы не допустить Кошмары в мой мир. Я никогда не пойду на такой риск.

— На самом деле, — мягко заметил Филип. — Избранные были созданы для того, чтобы убить тебя.

Что ответить на это, она просто не знала.

— Давайте посмотрим, не дадут ли они нам уйти без боя.

Вернув меч в ножны и держа кинжал у бедра, Коннор пристроился сзади Лиссы, обнял ее загорелой рукой за талию и медленно поднялся в воздух. Она мертвой хваткой вцепилась в державшую ее руку.

Кошмары буквально забились в ярости, извергая безумные звуки, но напасть не попытались.

Филип и его бойцы, держа мечи наготове, тоже поднялись в воздух, и лишь когда противник остался далеко внизу, клинки по команде Филипа, отданной на незнакомом ей языке, вернулись в ножны.

— Сразу за возвышением будет озеро.

— Я знаю, где это, — кивнул Коннор. — Вперед!

Они быстро скользили сквозь вечерний туман, а Лисса изучала расстилавшийся внизу ландшафт. Этот прекрасный край был миром Эйдана, миром, который он веками защищал в сражениях, рискуя жизнью. В этом мире он был практически бессмертным и обладал способностью творить многое одною лишь силой мысли. Глаза Лиссы жгли слезы, и ей начинало казаться, что Земля — это не место для Эйдана. Он нашел способ вернуться сюда, а ее предупреждал заранее: если они расстанутся, то уже навсегда.

Голос Коннора загромыхал у самого ее уха.

— Если Кросса держат под озером, приблизиться туда незамеченными не удастся.

— Ты был там? — покосившись на Коннора, спросил Филип.

— Ну не совсем. В подводной пещере мне бывать не доводилось. Но насколько я понял, в нее только один вход и никакая маскировка там не срабатывает.

— Проклятье! — В голосе лейтенанта слышалось такое отчаяние, что Лисса вздрогнула.

— А что будет всем вам за попытку освободить капитана Кросса? — спросила она. — Наверное, Старейшие придут в ярость?

Все бойцы помрачнели, и лишь Коннор угрюмо пробормотал:

— Мы осознаем риск.

— Они убьют меня? — спросила она, стараясь набраться храбрости перед лицом грядущего противостояния.

События могли развернуться по-разному, и нельзя было исключать ничего, даже самого худшего.

— Весьма сомнительно, чтобы капитан Кросс позволил случиться с тобой чему-то плохому, — буркнул Коннор в ответ.