Друзья по падению - Анастасия Драготи

 - Артур, - немного взволнованный голос Эмили со стороны двери заставил меня резко обернуться.

 - Что случилось? – резко спросил я, оглядывая её на предмет повреждений или чего-то ещё, сам даже не знаю, чего. Но Эмили внезапно широко улыбнулась и подняла вверх ладони, показывая мне их на уровне груди.

 У меня ушла всего секунда на то, чтобы понять, чем вызвала её радость: руки практически не дрожали. Конечно, они слабо подрагивали, но это была не та сильная дрожь, которая всегда была видна даже невооружённым взглядом.

 Я раскрыл объятия, делая один небольшой шаг в её сторону, а Эмили за это время успела преодолеть расстояние всей кухни и влететь в меня практически на всей скорости. Моментально обняв её за талию, я поднял её в воздух, услышал счастливый смех и сам рассмеялся вместе с ней.

 Она подняла голову и нашла губами мои губы. Я замер всего на секунду, а затем поцеловал её в ответ, при этом мы оба продолжали улыбаться, как два безумца.

 Наверное, в каком-то смысле это действительно было безумием.

 Когда Эмили разорвала поцелуй, я прислонился лбом к её лбу и заглянул в глаза цвета океана.

 - Спасибо, - тихо прошептала она, чуть отстранилась и поцеловала меня в щёку. – Я… понятия не имею, что бы делала без тебя. Это навсегда будем ты и я.

 - В точку, - подтвердил я, не желая выпускать её из объятий, но это было необходимо, если я не хочу спалить наш завтрак. В голове возник отличный вариант, который я тут же решил исполнить: всё ещё прижимая её к себе одной рукой, второй я перевернул оладьи на другую сторону. – Готова к поездке?

 - Куда мы едем? – вновь спросила Эмили. Этот вопрос я слышал вчера целый вечер. Но я не хотел раньше времени рассказывать ей то, что для неё приготовил.

 - Нет, детка, это так не работает, - с улыбкой упрекнул её я, и Эмили провела своими коготками у меня по плечам, вымещая свою злость, однако мы оба знали, насколько мне это нравится. – Ты собрала рюкзак?

 - Да, осталось только положить пижаму и косметичку, - ответила она и стащила с тарелки один оладий, вначале откусила сама, а затем дала попробовать мне. – Боже, Артур, это потрясающе!

 - Боже? – с ухмылкой переспросил я, зная, что она никогда не была верующей и просто переняла это от меня. Она тихо рассмеялась и вновь поцеловала меня в щёку. – Ладно, давай садиться за завтрак, в идеале нам надо выехать через полчаса, если мы хотим везде успеть.

 Наспех позавтракав (если вообще можно назвать завтраком попытки моего (успешного, попрошу заметить) соблазнения в виде сидения у меня на коленях, расхваливания моего завтрака и облизывания пальцев), Эмили убежала в спальню собираться, явно пребывая в слегка приподнятом настроении духа. Надеюсь, так продлиться всю поездку.

 Когда я убрал всё со стола и прибрался на кухне перед поездкой, а также собрал пакет с необходимыми продуктами: тостами, остатками оладий и две небольшие бутылки воды, Эмили уже вынесла в коридор свой рюкзак и была собрана. Теперь она стояла перед большим зеркалом и красила губы нежно-розовой помадой. На ней были надеты её излюбленные чёрные джинсы и чёрная толстовка с капюшоном.

 Я подошёл к ней и обнял со спины, глядя на невероятный контраст наших волос: её платиново-золотистых и моих цвета крыла ворона.

 - Может фото? – неожиданно предложила она, и её взгляд нашёл мой через зеркало. – Мне понравилось находить свои фотографии везде по квартире.

 Усмехнувшись, я достал из кармана пижамный штанов телефон, и мы сделали фотографию в зеркале, на которой я целовал её в щёку. Знаю, глупо, но я чувствовал себя человеком, выигравшим джекпот. И чертовски влюблённым.

 - Подожди, я сейчас переоденусь, - попросил её я, вновь поцеловал в щёку и быстро ушёл в спальню. Переодевшись в чёрные джинсы и красное худи, положил пижамные штаны и футболку в рюкзак, но, всё же не удержавшись, залез в прикроватную тумбу и вытащил оттуда фотоаппарат, тоже закинул его в рюкзак.

 - Готова? – с улыбкой спросил я, выходя обратно в прихожую, и, чёрт, видя её счастливую улыбку, я сам чувствовал себя чертовски счастливым. Эмили Эндрюс только моя, и мы едем в наше первое совместное путешествие. Господи, спасибо, я действительно самый счастливый человек на земле, и больше мне ничего от этой жизни не надо.

 Обувшись и взяв в руки куртки, мы с Эмили закрыли дверь и спустились к машине. На улице было холодно, поэтому я поспешил открыть двери, чтобы побыстрее сесть.

 К удивлению, Эмили больше не предпринимала никаких попыток выяснить, куда мы едем. Так было даже лучше, хранить от неё что-то в секрете, особенно такое, было довольно тяжело.

 - Нам долго ехать? – спросила она спустя несколько минут пути, когда мы выехали на более крупную дорогу.

 - Около одиннадцати часов, - ни о чём не подозревая, ответил я, глядя на дорогу.

 - Значит, ты или везёшь меня куда-то вглубь страны или в Америку, - пробормотала она, прикладывая руку к подбородку.

 - Детка, хватит гадать, ты потом всё увидишь, - с улыбкой попросил я, понимая причину, почему она так притихла. Поняла, что ничего не добьётся от меня и решила узнать конечный пункт назначения своими методами.

 Это была именно та Эмили, которую я знал.

 Но я должен бы расстроить её.

 - Детка, я понимаю, что сейчас самое отвратительное время, чтобы спрашивать, но расскажи мне о Хамелеоне, - попросил её я, кидая быстрый взгляд на неё. Но, кажется, Эмили этот вопрос не поставил в тупик, по крайней мере, на её лице не дрогнул ни единый мускул.

 - Он психопат с жаждой к убийствам, - тихо сказала она, слегка разворачивая колени в мою сторону и кладя голову на спинку сидения. – И он одержим желанием сделать из меня свою лучшую жертву, раз последовал за мной в Торонто. Это всё, что я о нём знаю на данный момент.

 - Каким он был в Лондоне? – спросил я, ожидая, что она сейчас скажет что угодно, вплоть до того, что попросит развернуть машину, но Эмили продолжила делиться со мной информацией:

 - Когда я допрашивала его в первый раз, он даже не вызвал у меня никаких подозрений. Лишь после того, как он напрямую сказал мне, что это был он, я поняла свою ошибку. Хотя я не думаю, что тот человек действительно был им. Я поняла только одно: когда дело касается Хамелеона нельзя быть в чём-то уверенным полностью. Каждую мысль надо подвергать сомнению. Только тогда, может быть, ты поймёшь часть поступков, которые он совершает. Но и в этом надо усомниться. Я не понимаю модели его поведения, вся его личность – загадка.

 Я представлял, насколько тяжело ей признавать тот факт, что он обыгрывал её в её же игре. С самого первого знакомства Эмили сразу же начала поражать меня умением составления психологических портретов, причём делала она это с такой простотой и грацией, что для меня это выглядело чертовски сексуально.

 Так, сейчас совершенно не время думать о том, насколько она сексуальна.