Первый и последний - Екатерина Орлова (Katherine O.)

Она прерывается на полуслове, потому что поднимает голову и замечает меня. В ее взгляде отчетливо читается благодарность и чувство вины. Глаза наполняются слезами, которые тут же прочерчивают влажные дорожки на бледных щеках.

– Он такой красивый, – шепчет она. – Наш сын такой красивый, Дрю.

Долли крепче прижимает к себе мальчика, пока я подбегаю к ней и сжимаю их обоих в объятиях. Мне в нос ударяет запах Долорес, смешанный с неповторимым запахом младенца. Молоко и цитрусовые. Странное сочетание? Но мне оно нравится настолько, что я готов кричать на весь мир, как сильно я люблю своих жену и сына.

– Ты назвала его Питер? – спрашиваю сдавленным голосом, потому что нормально говорить мешает ком в горле.

– Мы назвали его Питером, – поправляет она меня.

– Миссис Нортон, позвольте я заберу у вас малыша, – слышу я за спиной. – Его нужно переодеть и отнести к врачу.

– Питер, – говорит Долли, улыбаясь сквозь слезы. – Его зовут Питер.

– Хорошо, миссис Нортон. Давайте я отнесу Питера к его врачу.

Молодая медсестра ласково улыбается Долорес, пока та нехотя передает мальчика в заботливые руки медработника. Долли провожает медсестру взглядом, а я обнимаю жену за плечи, потирая плечо, желая показать, что она не сама. Сейчас боль забыта, потому что эмоции, которые родились при виде Долорес с младенцем на руках, ее счастья и слез радости, перекрывают все. Никакая агония никогда не будет так сильна как то, что я испытываю в данный момент.

– Идем, малышка До, нам нужно поговорить с доктором Стэтхэм и забрать нашего малыша домой.

– Мы можем сделать это прямо сегодня? – с надеждой спрашивает она, а потом скисает. – У нас не готова детская. И кроватки нет. И одежды для Питера. Мы оказались совсем не готовы к его появлению, Дрю.

Отчаяние в ее голосе даже немного забавляет меня.

– Нет, сладкая. На оформление документов понадобится пара дней, так что у нас будет время купить все не обходимое. Пойдем, пора собрать нашу семью вместе.

Краков, 13/09/2020