Цена свободы - Аля Кьют

– Какая ты недоверчивая, Дарина. Я делаю тебя миллионером, а ты не можешь даже попытаться вникнуть в гороскоп.

– Скучно. Давай лучше в менеджер. Нарежем ваучеров из цветного картона и…

Кирилл ссадил меня с колен и шлепнул по попе.

– Иди отсюда, двоечница. Займись обедом. Я спущусь через полчаса и помогу.

– Как прикажете, сэр.

Я присела в книксен, заставляя его захохотать еще громче, а потом подхватила чашки и убежала, оставив голого Салманова доделывать дела.

Салманов

Я сидел в кабинете и смотрел в монитор на аккаунт, который создал для Дарины. То, что было начато как шутка и баловство, стало обрастать смыслом. Я хотел защитить ее финансово, и я делал это каждый день, стараясь, чтобы она ни в чем не нуждалась. Но совсем не думал о том, что будет, когда год нашего вынужденного сожительства подойдет к концу. От одной мысли, что Дарина вернется в свою скромную квартиру на окраине, мне стало нехорошо. И это еще полбеды.

А если снова обстоятельства непреодолимой силы навалятся на эти хрупкие плечи, придавливая к земле, заставляя делать новые глупости?

Мироздание жестоко к Дарине. Смерть родителей, потеря бабушки, бедовый брат и импульсивные решения – слишком много для девчонки. Я не хотел, чтобы еще хоть раз она оказалась в ситуации подобной той, что свела нас вместе, поэтому просто обязан был обеспечить ее будущее, сделать его если не счастливым, то хотя бы безбедным.

Уверен, Дарина найдет приключения на задницу и так, но все же… Мне будет спокойно.

Поэтому я привел ее стихийно созданный аккаунт в порядок: вбил паспортные данные, одобрил перевод со своего счета и подтвердил покупку ВайТехно. Кроме того, привязал к ее аккаунту в гугле новости канадских корпораций. Я прогнозировал повышение котировок как раз к следующему сочельнику. Возможно, чуть раньше. Как бы Дарина ни кривлялась, я знал, что она умная, наблюдательная девочка. Не упустит момент и возможность. В игре на бирже нет ничего сложного, если знаешь, что, когда и где.

Я хмыкнул. Сколько людей заплатили бы мне круглую сумму, чтобы поучить информацию, которую я выдал Дарине просто так, в виде болтовни. За такое и убить могут.

Отбросив мрачные мысли, я продолжил вливать историю в аккаунт Дарины. Открыл несколько счетов в офшорах, показал движение, заявив несколько проходных покупок валюты. После каникул солью и перенаправлю через британские платежки. Они надежные и конфиденциальные.

Вполне довольный собой, я закрыл программу и сверился со своими счетами. Все чисто. В новый год можно войти с такой же совестью и мыслями.

Зачеркните чистоту мыслей. Они стали грязнее асфальта в октябре, когда я вошел на кухню. Дарина приплясывала под мелодию из «Иронии судьбы», которая шла на планшете. Моя девочка вращала голой попкой, раскладывая на гриле овощи и грибы.

Ох уж, эти гольфы на стройных длинных ножках.

Ох уж, этот лифчик, который скорее подчеркивает, а не скрывает.

Ох уж, эта вредина-конфета.

Она слаще любого десерта и хмельнее крепкого рома.

Я подошел сзади, стал целовать в шею, тиская попку руками. Дарина смеялась и отворачивалась, как могла, пока я прижимал ее к кухонной мебели. Она едва успела закончить с едой, когда я нагнул ее над столом и снова взял.

Хорошо, что она выставила время на гриле, а то не видать бы мне гарнира к рыбе.

– Что не так с тобой и столами сегодня? – спросил я, когда мы вместе раскладывали на решетке замаринованного со вчера лосося.

– Что со мной не так? Серьезно? – всплеснула она руками, негодуя.

Я хохотал, чувствуя себя сегодня не в первый раз таким молодым и беззаботным. Как же легко с этой девчонкой. Удивительно.

Но Дарина могла быть и серьезной. Например, как сейчас. Перемазанная моей спермой, с безумием в волосах вместо утреннего хвостика и все еще горящими после оргазма щеками она вдруг посмотрела на меня так серьезно и спросила:

– Ты куда-то уходишь вечером?

– С чего ты взяла? Разве я похож на человека, которому пора собираться?

Я чуть склонил голову, намекая на свою наготу. Дарина обсмотрела меня так, словно только что заметила отсутствие одежды, хихикнула как школьница.

– Ну… нет. Но ты ведь мужчина. Не так долго надеть джинсы, свитер и поехать…

– Куда? – перебил ее я. – Детка, я же извращенец-социопат и радикальный интроверт, забыла?

Она снова захихикала, словно напилась шампанского. Возможно, не только мне в голову бьет наша близость.

– Вдруг у тебя есть традиции? Вы с Колей довольно близки…

– Не настолько, чтобы хотеть быть вместе еще и в праздники. Нам хватает друг друга в будни. Он уехал еще вчера.

– Куда?

Я пожал плечами.

– Не имею привычки лезть в чужую жизнь.

– Разве только в мою? – не сдержала она ехидства.

– Для тебя я делаю исключение, – щелкнув Дарину по носу, я понял, что изрядно голоден. – Давай уже поедим.

– Не против.

Мы устроились в гостиной у телевизора. Сидели прямо на полу, ели руками, капая друг на друга и вылизывая следы еды. Это было весело и уютно, тепло и сладко. Но все равно грязно. Поняв, что не смогу весь день пахнуть рыбой, я утащил Дарину принять душ. Ее комната оказалась ближе, поэтому выбор пал на нее. Смыв с нас запах готовки, я включил в кабине режим сауны, и мы снова пропотели, расслабились, а потом… опять занялись сексом, продолжили в кровати Дарины, а потом на скамье, которая так и стояла пока в ее комнате.

– Проклятье, нужно унести в игровую, – решил я.

– Ты же сказал, что ни ногой в игровую сегодня, – поддела она.

– Одна нога здесь, другая там.

Дарина усмехнулась, повела плечами, словно говорила: «Я не указываю тебе, что делать. Неси, раз не дает спокойно жить».

На самом деле у меня были еще дела, и скамья – только повод. Я, конечно, отнес ее в игровую, спустился в подвал за вином. Новый год – хороший повод уменьшить запасы коллекционного. Потом зашел к себе в комнату, взял сертификат, чтобы вместе с бокалами и бутылкой оставить под единственной елкой в доме. И… наткнулся на Дарину. Она сидела на диване в кабинете, щелкая каналы ТВ. Все в тех же гольфах, бюстгальтере и без трусов.

Внимательный взгляд изучил меня и все, что я держал в руках. Что ж…

– Попался, – пришлось признаваться.

Дарина улыбнулась.

– Попался? В каком смысле?

Я выдохнул, поднял вверх руки, словно она не видела, что там.

– Хотел сделать тебе подарок. Пытался быть Дедом Морозом, вот и пришел прятать под елкой. А елка только в кабинете. А ты что здесь делаешь? Между прочим, кабинетный час сгорел еще утром. Отказаться от секса не выйдет, – пригрозил я, пытаясь заговорить зубы.