Плоть - Портия Да Коста

– И он нормально отреагировал? – спокойно поинтересовалась София.

– Полагаю, что да. Он смирился с этим. Он знает, что потерпел фиаско в роли моего защитника и кормильца, но, по крайней мере, ему достало мудрости не перечить мне сейчас.

Когда Беатрис закончила излагать ситуацию, бедняга Чарли был очень похож на человека, потерпевшего кораблекрушение и выжившего. Все же он обнял ее и со слезами на глазах поблагодарил за мужество.

Беатрис прикусила губу.

– Мне недостало смелости сообщить ему, что я собираюсь получить удовольствие за этот скандальный месяц. Я не считаю правильным посвящать его в столь интимные подробности, ведь в таком случае он еще больше расстроится и, вероятно, решит, что я очень низко пала.

– Что ж, именно Чарли следует винить в вашем ужасающем финансовом состоянии, поэтому ему следует принять ответственность на себя.

– Ох, он принимает… принимает. Думаю, урок он усвоил. – Беатрис вздохнула. – А еще, каким бы странным это ни показалось, я подозреваю, что Чарли и в самом деле почувствовал себя лучше теперь, когда мы открыто обсудили проблему. Вообще-то я ожидала, что он станет бушевать, когда узнает, что Ритчи взял на себя заботу о нашем хозяйстве, но он показался мне на удивление радостным, особенно когда я сообщила, что на время у нас будет новый управляющий. Все же человек разительно меняется, когда сбрасывает с себя бремя ответственности и разрывает долговые оковы.

– Истинная правда, истинная правда, – согласилась с подругой София. – Так будет лучше для вас обоих, я уверена. А пока, моя дорогая, тебе и в самом деле следует получать наслаждение в продолжение этого скандального месяца. Это же шанс, выпадающий один раз в жизни. Дерзкое и восхитительное приключение с дерзким и восхитительным мужчиной. – Она мягко улыбнулась. – Тебе прямо сейчас нужно начать готовиться к возвращению Ритчи… с энтузиазмом принимать и его самого, и удовольствия, которые он тебе подарит. – София подмигнула подруге. – Советую почаще думать о нем перед сном. Улавливаешь мой намек?

Второй раз в продолжение чаепития Беатрис не сумела сдержать смеха.

Она, разумеется, поняла намек Софии и в самом деле намеревалась готовиться к его возвращению так, как ей было предложено.

В конце концов, именно об этом Ритчи ее и просил.

Ритчи бросился в кресло в своей частной гостиной. Отель «Ройяль новерн» в Лидсе был очень респектабельным заведением, с условиями приближенными к домашним, но по окончании долгого дня ему непросто было расслабиться. Во время поездки он подвергал себя строжайшей дисциплине и принуждал целиком сосредоточиться на деле. Сделать это было очень трудно, но переговоры прошли гладко, и был достигнут именно тот результат, на который Ритчи и рассчитывал. Нужно было сделать некоторые капиталовложения с целью улучшения условий труда рабочих, и тогда его вновь приобретенная фабрика станет приносить ему значительный доход. Для него не являлось секретом, что рабочие выполняли свои обязанности более продуктивно и были более преданными своему хозяину, если им хорошо платили, кормили и обеспечивали безопасные условия.

Почувствовав в этом глубокую иронию, он громко рассмеялся.

«Ах, Беатрис, как бы мне хотелось, чтобы ты была сейчас рядом, – подумал Ритчи. – Возможно, мне следовало бы настоять на том, чтобы ты отправилась вместе со мной?»

А возможно, и нет. Ему было бы очень трудно вести дела с несговорчивыми жителями графства Йоркшир, зная, что в отеле его ожидает соблазнительная женщина, теплая и готовая на все. Будучи в одиночестве, Ритчи урегулировал спорные вопросы и достиг желаемой цели даже за более короткий срок, чем рассчитывал, поэтому уже завтра он может сесть в поезд и отправиться обратно на юг за своей главной наградой.

Но Ритчи не совсем бросил Беатрис на произвол судьбы. Он оставил Джейми управлять домашним хозяйством, а Софию Шамфлёр развлекать ее в его отсутствие. А с собой он прихватил наиболее близкий заменитель самой Беатрис.

Альбом с ее фотографиями в обнаженном виде, лежащий сейчас на столе красного дерева.

Скривив губы в ухмылке, Ритчи придвинул его к себе. Что ж, он в самом деле околдован этой женщиной и не стыдится признаться в этом. Откинув обтянутую кожей крышку альбома, он принялся перелистывать страницы теми же самыми благоговейными пальцами, что совсем недавно ласкали Беатрис. Кончики пальцев у него покалывало, когда он отвернул защитную прозрачную пленку, явив взору свою новую любовницу во всей ее сладострастной неприкрытой красе.

«Моя, – тут же подумал он. – Она целиком принадлежит мне».

Но это же полный абсурд! Ни один человек не может полностью принадлежать другому, а если бы даже это и было возможно, то Беатрис была бы наименее вероятной для этого кандидаткой. Именно это, а не только ее физическая красота, и привлекало к ней Ритчи, особенно теперь, когда он узнал ее поближе.

Он в самом деле хотел доставлять ей удовольствие даже в ее мыслях. И во всех прочих возможных вариантах, начиная с самых замысловатых извращений и заканчивая глубоким и сладострастным животным совокуплением.

Предвкушение любовных утех было столь велико, что Ритчи едва мог сдерживаться. Альбом с фотографиями был позабыт. Воображение рисовало ему образ Беатрис, распростертой на белоснежной простыне, ее кремового цвета тело раскраснелось от удовольствия, а огненные волосы буйными волнами разметались по подушке. Он снова и снова проникает в ее лоно, а она выкрикивает его имя и впивается ему в спину своими острыми крепкими ногтями. Эти болезненные уколы еще сильнее разжигают в нем пламя страсти.

– Ты и в самом деле сирена, моя красивая девочка, – простонал Ритчи, распахивая полы своего халата, сжимая рукой член и чувствуя, какая горячая у него ладонь. Но это не имело бы значения, даже если бы он сидел на леднике. Значение имели лишь его фантазия и собственная рука.

Пальцы его обвились по всей длине фаллоса и стали сжиматься и разжиматься, стараясь делать это медленно и равномерно, чтобы не покончить с удовольствием, не успев толком начать. Ах, если бы это ее изящные пальчики ласкали его плоть! Ритчи вообразил, как она сначала осторожно прикасается к его члену, затем обхватывает его, легко, но соблазнительно, и начинает скользить рукой по всей длине. Она найдет самые чувствительные точки и познакомится с ними поближе, уже орудуя ртом и губами, поддразнивая его. У ее поцелуя будет вкус шампанского… или, возможно, чая.

Точно мальчишка в кондитерском магазине, Ритчи переключил внимание на другое лакомство – восхитительную спину и ягодицы Беатрис, которые откроются его взору, когда она опустится на колени, вжавшись лицом в подушку.

А что сделает он? Войдет в нее? Отшлепает? Станет дразнить?

Что ж, всему свое время.

Ритчи представлял, как примется ласкать себя, нависнув над Беатрис, точно так же, как он делает прямо сейчас, хотя и менее активно. Да, он будет яростно растирать свою плоть, пока она не покраснеет и не исторгнет обильную струю семени прямо ей на ягодицы.