Массажист - Надежда Волгина

– Мы подаем им отличный пример! Но ты права – лучше этим заниматься в машине.

Никита прибавил шагу, не выпуская Машу из объятий. Им предстояло обсудить серьезный вопрос, а он только и мог думать, что о близости с ней.

А потом он и вовсе побежал, увлекая Машу за собой. В машину они садились, смеясь. Но смех сразу же оборвался, едва захлопнулись дверцы.

– Я тебя сейчас снова буду целовать, – доверительно и даже немного хищно сообщил Никита, приближая к Маше свое лицо.

– Тут нас тоже могут увидеть. И не только дети, но и их родители, – уперлась она ладошками ему в грудь.

– Не увидят – стекла тонированные…

Больше он терпеть не мог – губы этой женщины манили прижаться к ним со страшной силой. А потом Никита и вовсе потерял голову. От нее, от своего отношения к ней, от всего.

– Поехали, иначе я за себя не ручаюсь, – оторвался Никита от губ Маши. – Согрешу прямо на глазах у школьников, – улыбнулся он, заводя двигатель.

Сердце в груди даже не билось, а громко ухало. Кровь пульсировала в ушах. И на Машу он какое-то время старался не смотреть. Увидит ее раскрасневшиеся щечки и припухшие губки, и весь аутотренинг насмарку. Точно, ведьма! Его личная ведьма.

Никуда далеко и надолго Никита ехать не мог. С работы отпросился на пару часов, и вечером его ждала встреча с VIP-клиентом. Даже с двумя. А так хотелось весь остаток дня провести с этой женщиной! А еще лучше, если день плавно перетечет в ночь… Размечтался, называется.

– Как поступим с отпрысками? – задал наболевший и актуальный вопрос Никита, когда они расположились за столиком ближайшего кафе и заказали стандартный бизнес-ланч.

– Я вот все думаю, как будет лучше в такой ситуации… – задумчиво протянула Маша. – Понимаешь, Олька ведь хотела как лучше и сражалась за меня, – печально улыбнулась она Никите. – Конечно, ее методы… Но если я начну ругать ее, отчитывать, она замкнется в себе, не поймет.

Значит, его предположения были правильными, и Артем что-то наговорил Маше, о чем узнала ее дочь. Скорее всего, проболталась Маша случайно, но факт остается фактом – в душе ребенка разгорелась жажда мести. Интересно, она такая в маму или в отца, про которого думать Никите было противно. Он не понимал, как можно бросить женщину, с которой прожил несколько лет. А уж такую, как Маша!.. На кого ее можно променять?

– Она сбросила на него водяную бомбу из окна туалета, – усмехнулся Никита.

– Правда? – взметнулись идеальные женские брови на не менее идеальном и ухоженном лице. – Вот же засранка!

– Я так понимаю, что за это он и улил ее рюкзак чернилами, – кивнул Никита. – Ну а дальше они сцепились.

– Как думаешь, на этом все закончится?

– Не думаю, – после короткой паузы ответил Никита. – Но своим вмешательством мы можем все только усугубить, тут ты права.

– И что делать?

– Дать им время привыкнуть к мысли, что мы вместе. Мы же вместе?

Спросил и замер в ожидании ответа. Всматривался в ее задумчивое лицо, пытаясь уже на нем прочитать положительные эмоции. А когда Маша улыбнулась, показалось, что прямо в полумраке кафе выглянуло солнце.

– Наши встречи уже становятся такими частыми, что случайными их точно не назовешь, – отозвалась она, не переставая смотреть на него с ласковой улыбкой, от которой у Никиты буквально плавилось сердце.

– Значит, вместе? – повторил Никита.

Ему важно было услышать это из ее уст.

– Ну, вместе – громко сказано, – рассмеялась Маша. – Но я согласна считать, что мы с тобой встречаемся.

А ему хочется быть вместе с ней – сейчас Никита это понял отчетливо. Жить вместе. Вместе сражаться с неуправляемыми подростками. Делить все радости и горести… Неужели вот так вот незаметно он снова созрел для серьезных отношений или даже женитьбы? Похоже на то. Только вот, эта женщина о нем практически ничего не знает. А все, что знает, является враньем.

От мелькнувшей мысли во рту ощутил горечь. Кажется, он заврался, и теперь ему предстоит как-то выкручиваться. Но как рассказать ей все? Понятия не имеет. Особенно то, что именно к нему она ходит на эротический массаж.

– Сегодня я работаю допоздна. Завтра встретимся? – задал Никита вопрос, на который заранее знал ответ.

Завтра у нее сеанс. Он не знал, придет ли она на массаж. Но не сомневался, что от свидания сейчас откажется. Так и случилось.

– Завтра не получится, – он видел, как Маша нервно скомкала салфетку, что держала в руке. – У меня дело… Очень срочное, сразу после работы. Извини, рассказать пока не могу.

Вот тут Никита едва не рассмеялся, чувствуя себя последним подлецом. А потом он представил себе ситуацию, что на массаж (такой!) она ходит не к нему. И тут же ему захотелось задушить эту женщину, прямо тут, в кафе, как Отелло свою Дездемону. Это ли не дурдом? Если он начнет ее ревновать к самому себе же, не станет ли это последней каплей в чаше его безумия?

Спешно пришлось брать себя в руки и напускать на себя незаинтересованный вид.

– Ну а позвонить тебе вечером можно? – поинтересовался.

– Конечно! – с улыбкой кивнула Маша, снова заставив Никиту испытать угрызения совести. – Кажется, к твоим вечерним звонкам я начинаю привыкать.

– Тогда я тебе и завтра позвоню, – подмигнул он ей, мечтая не звонить, а оказываться каждый вечер рядом с ней, в ее спальне.

– Звони, – отозвалась она дрогнувшим голосом.

Нет! Так больше не может продолжаться. Он обязан что-то придумать, как-то рассказать ей правду. Но как? Как это сделать, чтобы она его не возненавидела?

Идти или не идти? – вот в чем вопрос

С Олькой я, конечно же, поговорила, как только вернулась домой после встречи с директором и посиделок в кафе с Никитой. Но достучаться до сознания дочери пока не получилось. Единственное, что я поняла, что если Артем еще раз позволит себе что-то в мой адрес, то месть моей дочери станет еще страшнее. Пока страшнее стало мне, и я решила как можно тщательнее скрывать от нее все, что касалось сына Никиты. Но они учатся в одной школе – там-то я никак не смогу оградить их от стычек.

Все происходящее, даже несмотря на зашкаливающий уровень романтики в душе, не прибавляло мне хорошего настроения. А еще и от клиентов на работе, как назло, отбоя не было. Запись была забита под завязку. С трудом получилось выкроить время на чашку кофе и быстрый перекус. Как наступил вечер, я и не заметила. Как и толком не получилось подумать о предстоящем массаже. А вернее, за всеми хлопотами и мыслями, про массаж я умудрилась забыть.

– Как настроение? – вкрадчиво поитересовалась Лена, когда на пару минут присоединилась к ней в курилке.

Моей голове требовалось проветривание, а лучше, чем в нашей обдуваемой всеми сквозняками курилке, его нигде не получить. Я даже подставила пылающее лицо ледяному сквознячку.