Друзья по падению - Анастасия Драготи

 - Дай угадаю, это насчёт Эмили, - с ухмылкой предположил он, и я понял, что сейчас передо мной не Адам, а Бубонный доктор. – А конкретнее, насчёт её рук.

 - Ты что-нибудь знаешь о том, как избавить её от этого? – спросил я, стараясь не сорваться с места и не попытаться стереть эту ухмылку с его лица. Именно для этого я поставил стул таким образом. Хотя знал, что, если что – он вряд ли станет каким-нибудь значительным препятствием. Когда дело касалось Эмили, я вообще не мог быть уверен, что хотя бы что-нибудь станет препятствием.

 - Даже если и да, то какая мне от этого польза? – лениво поинтересовался он, разглядывая свои пальцы, а затем и вовсе зевнул, показывая всё своё безразличие к этому разговору.

 - Потому что она значила для тебя столько же, сколько и для меня, - не моргнув и глазом, сказал я, и Адам рассмеялся:

 - Неужели знаменитый своими беспорядочными половыми связями Артур Шедвиг влюбился?

 Я замолчал и несколько секунд вглядывался в него, прежде чем тяжело вздохнул.

 - Вначале она тоже была просто беспорядочной половой связью, - честно признался я, вспоминая, как вначале хотел просто переспать с ней для галочки, чтобы доказать свою теорию. А теперь я даже не помню, как она звучала. – Но ты ведь и сам знаешь насколько легко влюбиться в Эмили. Я хочу помочь ей.

 Внезапно Адам уткнулся головой в решётку и печально сказал лишь два слова:

 - Я знаю.

 Я сжал челюсть, вспоминая, что он сделал с ней, и кулаки неосознанно сжались. Тем не менее, я должен держать себя в руках, если я хочу выудить из него хотя бы какую-нибудь информацию.

 - Слушай, если ты назовёшь мне способ, как избавить её от этого, то я скажу в суде, что ты пошёл на сотрудничество, - перешёл на торг я, устало потирая переносицу. – Если нет, тогда я буду приходить вначале сюда, а потом к тебе в тюрьму, пока ты не назовёшь мне способ, как избавить её от этого. Ты же знаешь, я умею быть очень надоедливым.

 - Если бы я знал, Артур, - отчаянно прошептал он и впервые за весь разговор посмотрел мне прямо в глаза. – Я не знаю. И я не могу давать какие-то советы по этому поводу, потому что у меня нет оборудования и материалов, чтобы протестировать свои догадки.

 - Ты же понимаешь, что я не могу тебя этим обеспечить? – уточнил я, прищуривая глаза. Он кивнул головой. – Чёрт, Адам, ты можешь из какого-нибудь говна собрать бомбу и подорвать здесь всё к чёртовой матери, но не можешь хотя бы элементарно предположить, что может ей помочь.

 Я видел, что он начинает злиться, и нашёл выход своей злости: ударил кулаком по решётке со всей силы, а после этого даже не поморщился.

 - Я могу предположить, но если после этого станет хуже, тогда в этом будешь виноват ты, - он ткнул пальцем в мою сторону и вновь прикрыл глаза. – Я знаю, что виноват перед ней, но до этого ещё ни разу не видел подобной реакции на этот наркотик.

 - Может быть потому что до этого ты никого не накачивал им до такой степени? – глухо, словно раненный пёс, зарычал я, всеми силами стараясь удержаться и не вскочить со стула. – А теперь из-за этого вся её жизнь катится к чертям. Ты ведь прекрасно знал, что она живёт работой в полиции. Но теперь, из-за тебя, она лишена своей прошлой жизни. Ты виноват в этом.

 - Заткнись! – закричал Адам, затыкая себе уши, словно мог избавиться от моего голоса. Но, я уверен, мой голос уже звучал у него в голове, раз за разом повторяя слова одни и те же слова: «Ты виноват в этом. Ты. Виноват. В. Этом» - Я ни в чём не виноват!

 - Но это ведь ты накачал её наркотиком, - стараясь говорить спокойно, чтобы смысл сказанных мною слов был более понятен. – Значит ты, и только ты, виноват в том, что с ней случилось.

 Он запустил пальцы себе в волосы и едва ли не упал на колени.

 Я не шевелился, просто смотрел на него, на то, как он медленно раскачивается из стороны в сторону и что-то бормочет себе под нос. Я не мог слышать, говорит он что-то бессвязное, перечисляет химические элементы или вообще просто молится. Не уверен, был ли Адам верующим. Хотя, что бы не говорили люди, все начинают молиться каким-нибудь своим богам в минуты отчаяния.

 - Приходи завтра, может, я попробую что-нибудь придумать, - сипло пробормотал он, опираясь руками о пол. Он выглядел так, словно я только что сказал ему, что из-за этого его наркотика Эмили всё же умерла. По крайней мере, думаю, я выглядел бы именно так.

 - Попробую и придумаю – два разных состояния, - напомнил я, всё же отставляя стул обратно к стене. Встав прямо, я скрестил руки на груди, ожидая его ответной реакции. И Адам не заставил меня долго ждать.

 Он резко вскочил на ноги и обеими руками схватился за прутья решётки, а его лицо появилось в промежутке между ними.

 - Пока ты не даёшь мне никаких материалов для исследований, я могу лишь в теории предположить, что именно может ей помочь, - прошипел он, и из его рта брызнула слюна.

 Я лишь усмехнулся и, отсалютовав ему двумя пальцами от виска, вышел из комнаты, вслед услышав кучу проклятий в свой адрес.

 Когда я выходил из двери, ведущей в коридор к тюремным камерам, то заметил Эмили и капитана Майлза, которые шли в сторону выхода из участка. Окликнув Эмили, я быстрым шагом подошёл к ней и капитану Майлзу, который, как на зло, тоже остановился вместе с ней.

 - Куда собираетесь? – с улыбкой спросил я, оглядывая Эмили с ног до головы, стараясь увидеть хотя бы намёк на то, что происходит что-то плохое, но в её глазах я увидел радость.

 - К психологу, - просто сказала Эмили и откинула волосы назад, а я едва сумел сдержать желание протянуть руку в её волосам, чтобы пропустить из сквозь пальцы.

 - К какому? – резко напрягся я, и бросил один короткий взгляд на капитана Майлза. Он, кратко кивнув мне головой, сказал Эмили: «Я подожду на улице», и, дождавшись её утвердительного кивка, вышел. – Что-то случилось? Мне съездить с тобой?

 Эмили быстро посмотрела по сторонам и, видимо оставшись довольна тем, что увидела, быстро провела своей рукой по моей от локтя до запястья и кратко сжала мою ладонь.

 - Не переживай, - с улыбкой сказала она. – Это психологическая проверка моего состояния после того, как я Адам насильно удерживал меня в заложниках. Я уже проходила эти проверки после смерти Китти. Я в порядке.

 Вот только мы оба знали, что она не в порядке.

 Её вчерашний нервный срыв, состояние после того, как она не смогла спасти девочку – это всё не было показателем стабильного состояния. Поэтому психолог, я надеюсь, должен был пойти ей на пользу.

 - Но мне надо сказать тебе кое-что ещё, - быстро сказала Эмили, и обернулась посмотреть на капитана, он стоял и разговаривал с кем-то по телефону. – Капитан сделал очень заманчивое предложение… но я откажусь от него, если ты не пойдёшь на это вместе со мной.

 Боже, ещё хотя бы пару минут, и я точно постараюсь хотя бы как-нибудь дотронуться до неё. Я смотрел в её глаза цвета океана, и вновь начинал в них тонуть, готовый к абсолютно к любым трудностям, которые преподнесёт мне шторм.