Отдана в долг - Дана Стар

Рори…

Он никогда меня так не называл!

Как странно…

Я поплыла…

Боже, как невероятно!

Этот вкус силы, власти…

Сделал поцелуй просто нереальным и каким-то особенным.

Одного прикосновения, одного поцелуя хватило, чтобы разомлеть, чтобы поплыть по сладким сиропным берегам безвольной лодочкой… И забыть вообще обо всём на свете!

Моя голова — чистый лист бумаги.

Как у него так получается?!

С ним я не могу держать себя в руках, не могу быть сильной…

Как бы себя не заставляла.

Это что-то необъяснимое и нереальное.

Демьян умеет влиять на людей.

Особенно на хрупких, невинных девушек.

Демьян подхватил меня на руки и положил на кровать, накрыв сверху мускулистым телом. Я прижалась к нему и сама начала освобождать его от одежды. Бросила на пол халат и довольно застонала, когда поняла, что он уже полностью голый. Он пришёл ко мне без трусов. Прижался твердой эрекцией к моему животу и опять взял мои губы в плен мокрых, глубоких поцелуев. Раздвинул широко колени и надавил головкой члена на вход.

Совершил первый, глубокий толчок и замер, прошептав в мой рот.

— Моя милая, нежная, любимая…

Ох, Демьян…

Я почти забылась.

Едва не выкрикнула его имя вслух, хотя это, наверно, запрещено.

Серьёзно?

Такие нежные слова…

И все они для меня?

Я охотно подставляла свой ротик под нежные, неистовые поцелуи, растворяясь в это горячей неге, в удовольствии, которое никогда еще и ни с кем не испытывала. Я хотела ещё и ещё!

Он мягко в меня толкается, погружаясь членом всё глубже и глубже, а я мокрею для него. Я такая влажная там… И мне не больно. Больше не больно, совершенно! Я готова воспарить в рай.

— Я соскучился! Моя… Ал-су.

Застываю.

Губы невольно сжимаю.

Я ничего не поняла, мне послышалось какое-то имя.

Послышалось ведь?

Демьян сам меня целует, продолжая проталкивать язык в рот, облизывать губы и вгонять в меня свой огромный орган, покачивая бёдрами.

Наращивает темп.

Всё быстрей и быстрей!

Мужчина хрипло застонал, жестко толкнулся вперёд, войдя в меня на всю длину, прижался бедрами к моим и резко кончил, мелко задрожав.

Я лишь почувствовала, как внутрь меня потекла тёплая жидкость, её было очень много, но Демьян всё ещё продолжал толкаться, доделывая финальные движения.

Именно сейчас я почувствовала максимальную наполненность и максимальную влажность внутри лона.

Но кончить так и не смогла…

Мне показалось, словно он меня с кем-то перепутал и назвал чужим именем. Но это не точно. Ведь мне показалось. Последнее слово было произнесено очень сбивчиво и невнятно.

Прошло еще несколько мгновений, но Демьян продолжал двигаться и покрывать поцелуями моё лицо, шею, грудь… даже плечи. Он вел себя как одержимый, как какой-то зависимый, не мог остановиться. А потом напрягся сжал зубы и кончил во второй раз подряд.

* * *

Демьян занимался со мной сексом до глубокой ночи. Я теряла сознания от изнеможения, но он снова и снова меня будил, похлопывая по щекам, приводя в чувства дикими, мокрыми поцелуями и брал своё!

Он знакомил меня с разными позами, терзал одержимыми ласками до сумасшествия. В один момент я готова была сдаться и умолять его дать мне передышку. А потом Демьян заставил и меня кончать без остановки.

Он превратился в какого-то лютого зверя и почти растерзал меня до смерти. Поначалу всё начиналось так мило и романтично, а потом… потом он стал каким-то секс-террористом! Которому было всё мало и мало! Чем больше он брал, тем больше ему хотелось.

Я думала, ночь никогда не закончится. Это было настоящим спасением, когда он, наконец, встал с кровати и направился в сторону балкона, прихватив со стола пачку сигарет.

Я лежала на смятых, мокрых простынях и часто дышала, захлебываясь от приступов дрожи. Время потеряло для меня всякий счет. Моё тело ныло, сладко болело и пульсировало в агонии, а кожа была покрыта бледно-красными отметинами и засосами.

— Ноги вверх задери, высоко над головой подержи. Лежи в таком положении десять минут.

Получив желанное, Демьян закурил, стоя на балконе, впуская в затхлую, буквально пропитанную ароматом секса комнату, приятную ночную свежесть.

Я получила невероятное удовольствие, когда он доводил меня до оргазма снова и снова, но сейчас мне бы хотелось, чтобы Демьян остался со мной в кровати. Чтобы притянул к себе и уснул со мной в обнимку. Чтобы ласкал не только во время секса, а просто так. Без обязательств.

Я не выдержала и спросила прямо.

— Почему вы так холодны и закрыты?

— Помолчи.

Демьян смотрел в небо, выпуская в темноту серые клубки дыма. Когда он встал с кровати, я заметила, что его холодные глаза стали несколько иными. Будто он хотел пустить слезу, но не мог. Потому что мужчины не плачут.

Демьян проигнорировал мой вопрос, но меня распирал и разрывал изнутри какой-то клубок из отчаяния, несправедливости, обиды. Под воздействием импульса, я выкрикнула:

— Кто такая Алсу?!

Вот теперь он повернулся.

Такого страшного лица я даже в фильмах ужасов не видела…

Он дёрнулся вперёд, я сама не поняла, как он так быстро схватил меня за шею и опрокинул на кровать, сверху придавив мускулистым телом.

Жесткие пальцы надавили на артерию… Я подумала, что это мои последние секунды жизни.

— Хочешь знать? А?! Что так не терпится у меня в голове покопаться!

— Я… я…

По щеке заскользила слеза.

Глянув на неё, он сжал челюсти, будто понял, что перегибает, дёрнул меня на себя и прижал лбом к влажной, накаченной груди. Глубоко, прерывисто выдохнул, будто этим вздохом извинился за неконтролируемый порыв.

— Хорошо. Завтра я всё тебе расскажу. И… покажу.

С этими словами он набросил на тело халат, быстро вышел из комнаты.

Я ночевала одна и долго не могла уснуть. А когда уснула, мне снились какие-то дурные сны! Снился призрак светловолосой девушки, который бродил по этому дому и всюду меня преследовал.

Я просыпалась в ледяном поту, пила воду, потом снова засыпал и опять видела страшные картины плывущей по коридорам дома полупрозрачной фигуры.

Давно мне не было так жутко…

— Доброе утро.