Скандальная связь - Слава Доронина

– Ты разве не учишься? – Везунчик приподнимает бровь.

– Заочно. Сейчас получаю второе высшее. Фирма отца производит медицинские приборы, я её представитель. Когда начала устраивать бунты против брака с Иманом, отец отправил меня в пансионат к старикам. А ты чем занимаешься? 

– Бизнес свой. И общий проект с друзьями. 

– Эта командировка по общему проекту?

– Всё вместе. У нас много ответвлений и филиалов. Иногда приходится выезжать и курировать их работу.

Выглядываю в окно иллюминатора. 

– Мы правда приземляемся? – удивляюсь я.

– Да. 

– А ты что делал, пока я спала? 

– То же, что и обычно. Работал. Перекусил и снова работал. Думал, что сильно будешь отвлекать, но даже не заметил, как ты вырубилась. Я много успел сделать за эти часы, так что вечером смогу провести с тобой больше времени, чем планировал. Если хочешь, можем выбраться в клуб или ресторан.

– Я подумаю. А завтра? 

– Проведу весь день в офисе на переговорах. Тебе придется самой заняться своим досугом, а потом... Я же обещал, что ноги свести неделю не сможешь после поездки. Забыла?

– Нет, не забыла. Тогда я могу навестить завтра тетю, пока ты будешь занят? 

– Если ты этого хочешь, почему нет? – пожимает Эрик плечами.

– Здорово! Она очень обрадуется. – Я ощущаю трепет и восторг от предстоящей встречи. И впрямь соскучилась по Альбине. 

– Давно не виделись?   

– Года два. Созваниваемся время от времени по видеосвязи. 

– Родственница по матери? – уточняет Эрик.

– Да. У отца никого не осталось, кроме брата. Но я бы не сказала, что между ними теплые отношения. Скорее наоборот. 

– После того, что узнал, я бы сказал, что и у вас с отцом они тоже далеки от подобного. 

– А у тебя? 

– Без конфликтов в семье не обходится, но всё решаем дипломатично. Никто никого не продает в рабство в случае проблем.

– Родные одобряют твое увлечение экстримом?

– До недавнего времени ровно относились. 

– После того падения пересмотрели свое отношение?

– Нет. Не забивай голову ерундой.

Вспоминаю фрагмент из видео, как Эрик срывается со скалы, а потом лежит без движения внизу, и по телу бегут мурашки. Разве это ерунда? Наблюдаю за лицом везунчика, его глаза заинтересованно вспыхивают. Он кладет руку мне на колено, слегка сжимает его, а потом ведет ладонь вверх. 

– Я обычно не перестраховываюсь, но сейчас не могу не задать этого вопроса. Ты слишком молода, импульсивна, местами жутко наивна. После случившегося не будешь чувствовать себя использованной? 

– О чём ты? – недоумеваю я.

– О нашем сексе и твоем последующем возвращении к жениху. Пусть Ибрагимов или кто-то другой сломает тебе крылья, но на себя эту миссию я брать не хочу.

– А ты?

Эрик самодовольно ухмыляется. 

– Я не чувствую себя использованным, если ты о своем поступке. Девственности и репутации в итоге ты лишилась, а я получил то, что хотел.

– Не знаю, – честно отвечаю я. – Возможно, и пожалею о случившемся, а возможно, это будет самый лучший и незабываемый опыт в моей жизни. В любом случае я уже приняла решение и не привыкла останавливаться на полпути. И возвращаясь к нашей первой встрече… – Поднимаю запястье со стрелочками. – Я ни о чём не жалею. Мне всё понравилось. 

– Хорошо. Отдаешь предпочтение юбкам и платьям? 

– Не всегда. Но в поездку я взяла максимально женственный и легкодоступный гардероб, минимум белья. 

– Легкодоступный? – переспрашивает Эрик, и его глаза темнеют. 

– Да. Меня задели твои слова про отличницу. Может, я и она, но примерным поведением всё же не могу похвастать. 

– Отличница с плохой репутацией? 

– Причем действительно плохой. Столько людей в комментариях не будут врать.

– Логично. Только все эти люди не знают правды, а я знаю. И меня пиздец как заводит то, что ты сделала. 

– Ты опять выражаешься, – замечаю я.

– Это я ещё себя сдерживаю, – парирует Эрик.

Звучит двусмысленно, учитывая, что его рука у меня под юбкой и пальцы гладят внутреннюю сторону бедра, направляясь всё выше и выше. 

Внизу становится влажно и горячо, я дрожу, когда везунчик наклоняется и ведет кончиком языка по шее к подбородку. Целует в губы, покусывает, посасывает и не оставляет путей для отступления. Я больше чем уверена: если начну сейчас вырываться, он тут же погасит малейшее сопротивление нажимом языка. Боже… Мы ведь идем на снижение, но почему-то кажется, что наоборот, набираем высоту. Дух захватывает от этих ощущений, и безумно хочется продолжения.

Господи, какой холод! Я ежусь от порыва ветра и прижимаюсь к везунчику, когда мы выходим из отеля. Почему не загуглила погоду во Владивостоке?

– Привет, Миш, – здоровается Эрик с мужчиной, которого вижу впервые, и они пожимают друг другу руки. – Это Рина.

Везунчик открывает для меня дверь черного внедорожника.

Быстро киваю в знак приветствия приятелю Эрика и, пока они обмениваются короткими фразами, забираюсь на заднее сиденье, продолжая ругать себя за рассеянность и недальновидность. Могла бы взять пальто или ветровку. Но утром так голова раскалывалась, что я не то что о погоде во Владивостоке не думала – на автомате все действия совершала и бросала в сумку только необходимое. Вопрос с верхней одеждой при желании, конечно, решаем, но не хотелось бы светить карту, а наличности у меня не так много, чтобы купить себе новую вещь. 

Эрик садится спереди, и они продолжают разговор с Михаилом. Меня бьет озноб, то ли от холода, то ли от новых ощущений. Мы всего ничего знакомы с везунчиком, а я уже за несколько тысяч километров от дома, и такое чувство, что знаю этого человека давно. 

– Мог бы на базе у Мусы остановиться. Парни были бы рады тебя увидеть. В клуб единицы приедут, а в домиках сейчас настоящий движ, – говорит Михаил.

– Поэтому и не остановился. Я еще вроде как на реабилитации. К тому же прилетел не один и много рабочих вопросов накопилось.

– Совершеннолетняя?

Не сразу понимаю, что речь идет обо мне.

– Сказала, что да, – отзывается Эрик с улыбкой.

Наши с Михаилом глаза встречаются в зеркале заднего вида, и он заинтересованно щурится, а мне становится любопытно: везунчик слывет ловеласом в кругу своих друзей или наоборот?

– Понятно. Как Ян поживает?

– Нормально всё у него, – будто нехотя отвечает Эрик. – Говорят, Муса из органов ушел? – переводит он тему, но я уже зацепилась за имя, которое слышала ранее, и вспоминаю о том видео.