Принуждение к изменам - Лили Рокс

Он отпускает мою голову уже тогда, когда я почти теряю сознание. Я судорожно хватаю воздух ртом и дышу с хрипом. Я поднимаюсь с колен и, еле держась на ногах, шатаясь дохожу до кровати и падаю на нее без сил в надежде, хоть немного отдохнуть и пытаясь отдышаться.

Мне очень стыдно сейчас перед моим мужем, стыдно, что ему приходится смотреть мои унижения. Представляю, как ему сейчас больно, его жену насилуют на его глазах а он ничего не может сделать, не можем защитить меня.

Стараюсь не смотреть на него, боюсь расплакаться. Лежу на кровати и пытаюсь восстановить дыхание. Да, Павел дал мне немного времени на отдых. Подошел к кровати, сел рядом и начал гладить меня по спине и ягодицам.

Я начала немного расслабляться, но вдруг он снова сменил нежность на грубость. Неожиданно резко он схватил меня за бёдра и заставил встать раком. Его член готов для новых утех, он твёрд и напряжен. Ни говоря ни слова, он со всей силы вгоняет его в меня, я издаю крик, мне больно и страшно. Он вынимает член из меня и вгоняет его снова, также резко. Затем повторяет это еще раз.

Он испытывает блаженство и начинает двигаться во мне уже потихоньку. Одной рукой он крепко придерживает меня за бёдра, а второй ласкает мою промежность. Мне это даже начинает нравиться.

Он слегка ложится на меня, не сильно придавив своим телом, начинает целовать мою спину, продолжая всё это время двигаться во мне. И снова короткие ласки заканчиваются.

Он больно хватает меня одной рукой за волосы и начинает с огромной скоростью и грубо вгонять в меня свой член на всю длину. Я начинаю стонать, а он, чувствуя, что приближается к развязке начинает рычать и двигаться всё быстрее и быстрее. Он крепко держит меня за плечи, и делает ещё один уверенный и резкий рывок и бурно, издавая громкие стоны, изливается в меня.

Все еще связанные друг с другом, мы ложимся на бок. Он обнимает меня и гладит, а я устав от такой бешеной скачки, тяжело дышу, и даже не догадываюсь, что это всего лишь начало, что у него в запасе еще много жестокости, грубости и, по-настоящему, зверских фантазий. Наконец, он выходит из меня и ложится на спину. Его член до сих пор стоит.

Я послушно поднимаюсь, и приближаюсь к его члену. Смотрю на мужа, взгляд его уже такой затуманенный, на лице появилась страдальческое гримаса. Он бы сейчас сам с радостью вставил мне в рот, но я на его глазах буду отсасывать совершенно постороннему мужчине, а не ему. Я чувствую, как он напряжен и как хочет кончить.Но ему придется смириться со своей беспомощностью снова и ждать своего счастливого часа. Если будет возможность, я обязательно ему помогу!

– Давай. Оближи его. – слышу голос Павла, – Сделай так чтобы он был чистым. – приказывает он мне и привстав на кровати приставляет член к моим губам.

Я, не смея сопротивляться, старательно вылизываю его достоинство, при этом ласкаю себя. Он оставляет меня одну лежащую на кровати и уходит в душ.

Я чувствую, как во мне все пульсирует, не могу восстановить дыхание. Что это? Любовь с первого взгляда? Или бешеная страсть?

Вениамин сидит в напряжении и его плед скрывает его истинные чувства. Подхожу к нему и обнимаю. Переношу на стоящее возле стены кресло, с которого ему будет видно все гораздо лучше. Поднимаю плед и достаю его маленького дружка.

Присасываюсь к нему, как пиявка, высасывая из него всю страсть. Он так сильно перевозбудился от увиденного, что кончает почти мгновенно! Ура! Успела! Сейчас начнется второй акт!

– Дорогой, этот человек меня пугает, – шепчу я ему, – Он такой грубый и жестокий! Он мне напоминает некоторых клиентов Сергея… я себя снова чувствую тряпкой… как тогда!

– Милая, но это наш первый денежный клиент и ты не можешь сейчас сбежать. Это будет выглядеть довольно глупо! И где мы снова найдём того, кто согласиться на наши условия? – его аргументы звучат убедительно, вынуждена согласиться…

– Ты не ревнуешь? Все в порядке? – снова спрашиваю его, решая выяснить волнующий меня вопрос.

– Я всегда тебя ревную! Ты же знаешь! – его лучистые глаза так смотрят на меня, с любовью и нежностью. Искренне любуюсь его красотой, словно вижу его впервые.

– Значит ты не против, если я продолжу?

– Конечно же, нет! Я хочу, чтобы ты продолжала этим заниматься! Когда ты делаешь это при мне, я не считаю это изменой. Тем более, я понимаю, что тебе хочется почувствовать в себе не только члены пожилых клиентов, но и молодых жеребцов.

– Спасибо милый! – в моих глазах стоят слезы благодарности. Какой же он замечательный! – мы сможем заработать больше денег и может быть, накопить на новый слуховой аппарат Алёше.

Павел выходит из ванной и по его лицу видно, как он доволен. Он с усмешкой смотрит на моего Веню. Бросает взгляд на его расстегнутую ширинку. Смотрит на него, как на ничтожество!

Во мне закипает кровь! Как же я ненавижу, когда когда люди смотрят на моего мужа с насмешкой или презрением! Чувствую неприязнь к этому человеку и в то же время, сильное сексуальное влечение.

Затем Павел обращает на меня внимание, его унижающией взгляд и меня пронзает страх.

И снова… это самое чувство! Оно меня преследовало, когда я работала в притоне Сергея. Давно не испытывала подобного чувства ужаса, безграничного страха, унижения и неизвестности того, что еще может взбрести в голову этому животному в следующий момент и как он еще хочет поиздеваться над женщиной. Ведь у него, наверняка, ещё много извращённых фантазий…

– Детка, ты хороша и ты конечно же заслужила вот это, – говорит он и кидает мне на кровать заранее приготовленный ошейник, – одень его. Теперь ты будешь моей рабыней.

– Конечно, как скажешь, –покорно ответила я, боясь даже подумать что же будет дальше.

Боюсь поднять глаза на мужа, наверное, ему сейчас за меня так обидно! Его жену нагло унижают, а он не может ничего сделать с этим!

Клиент одевает на меня ошейник, и затягивает его таким образом, что я чувствую, что любое неосторожное движение, способно причинить мне дискомфорт. Чувствую себя, настоящей собакой!

Обида заполняет мою сердца, хочется плакать. Это так унизительно! Этим ошейником, он явно мне дает понять, что я для него, всего лишь животное. Но чувство возбуждения…. Такое странное и необычное, проносится по моему телу. Стараюсь не смотреть на мужа, мне страшно заглянуть в его глаза. Что я могу в них увидеть? Любое мое действие, может сыграть потом против меня.

Чтобы мне не говорил мой Венечка, я вижу, с какой ревностью он смотрел на нас с Павлом, когда я делала ему минет. Мне безумно жаль моего мужа, я знаю, что член этого парня, заставляет его чувствовать себя настолько ущербным, насколько только это можно. И то, что чужой мужчина сейчас выполняет его работу, которую он не может сделать, разрывает ему душу. Не понимаю, зачем мы с ним пошли на это?

Если у Веника все так плохо с самооценкой, так зачем ему ещё и это? Никогда раньше не замечала за ним мазохистских наклонности…