В объятьях дракона - Надежда Волгина

– Идти можешь? – донесся до нее мужской голос.

Говорившего она не видела из-за той же воды, что заливала глаза. Но сознание уже прояснилось. Только вот, Айра понятия не имела, может ли идти сама. Ноги казались слабыми и дрожали, а спину нещадно жгло.

– Отступник! – прозвучало ругательство, и в следующий момент мужчина поднял Айру на руки.

Тело его показалось ей неестественно большим и горячим. На его груди она мгновенно согрелась. А крепкие руки внушили мысль, что теперь она в безопасности.

* * *

Куда бежит эта ненормальная? Иэрену пришлось очень постараться, чтобы сократить расстояние между собой и наложницей. А бежала она прямиком к оврагу, в сторону от мукомольни. И немного он все же не успел – перехватил ее, когда она уже упала и заскользила вниз. Как еще шею себе не свернула?

Вот уже во второй раз он держал ее на руках. Только в этот раз она была в сознании и льнула к нему всем телом. А когда тонкие холодные руки обхватили Иэрена за шею, он почувствовал как задрожали мышцы. Бросить бы ее сейчас прямо тут! Так ведь издохнет, точно! А смерти ей он пока еще не желал. Так и пришлось ее на руках тащить до мукомольни.

Иэрен открыл пинком дверь, зафиксировав краем взгляда, что сломал хлипкий замок. Ничего, завтра Керн все починит… В доме было темно, и он спросил:

– Где у тебя лампа?

– На столе, в углу, – ответил ему женский голос.

«Да убери ты уже свои руки!» – хотелось крикнуть. И почему он сам продолжает прижимать ее мокрое тело к груди? Так и пришлось с ношей на руках разжигать лампу, но и с этим делом Иэрен справился. На наложницу не смотрел намеренно, хоть и чувствовал на своем лице ее пристальный взгляд. Поскорее нужно от нее избавиться!

Иэрен схватил покрывало с кровати, поставил девушку на ноги и тщательно закутал. Она вскрикнула, когда он усаживал ее на кровать.

– Что еще?! – возмущенно воззрился на нее Иэрен.

Отступник! Она даже вся перепачканная кажется ему красавицей. Уж не колдовством ли она промышляет?

– Больно, – проговорила она, и глаза ее наполнились слезами.

– Где?

– Спина…

– Что у тебя там со спиной? – бесцеремонно стянул с нее покрывало Иэрен, не обращая внимания на стоны. Надоело деликатничать с ней. И так возится тут… когда спать уже давно пора!

Н-да… поранилась она сильнее, чем он думал. Иэрен задумчиво разглядывал исцарапанную спину, после того как одним рывком разорвал на ней платье. Наложница всхлипывала, и его это бесило все сильнее.

– Целебные мази есть? – отрывисто поинтересовался.

– Осталось немного, кажется.

– Кажется или осталось? – прикрикнул Иэрен.

Мямлит тут!..

– В шкафчике должно быть, – всхлипнула наложница, чем заслужила очередной злобный взгляд.

– Сними платье. Сама сможешь?

* * *

Сердце все еще колотилось, но дыхание уже выравнивалось. И постепенно до Айры доходило, что если бы не этот мужчина, то валялась бы она сейчас на дне какого-нибудь оврага. Подоспел он вовремя, а вот шум дождя за окном до сих пор заставлял дрожать. Да и дом выстыл в ее отсутствие. Надо бы растопить очаг, но это уже потом, как останется одна. И дверь теперь вон болтается и хлопает на ветру. Замок на ней сломан, придется чем-то подпереть. Завтра она попросит Керна починить замок, если не справится с этим сама…

Обо всем этом Айра думала отстраненно, наблюдая за мужчиной, стоящим и озирающимся по среди комнаты. Здоровенный какой! Похож на королевских пехотинцев. Однажды Айре приходилось видеть их, когда отряд проходил через их село. Все высокие, сильные и немного дикие. Как вот этот. Но этот точно не пехотинец – что бы он забыл в драконьей долине? Должно быть, перед ней сейчас один из драконов. И отчего-то он злится. Уж не на нее ли? Лицо такое властное, красивое, с правильными чертами. Разве что, глаза слишком холодные, но возможно так кажется, потому что цвет у них светлый до прозрачного. Как лед… И губы так плотно сжаты, что аж побелели. Ну и манеры оставляют желать лучшего – зачем же было рвать платье на ее спине? Оно Айре нравилось. Впрочем, кажется, испортила она его еще раньше. Да и отстирать кровь будет тяжело, а теперь уже и не за чем. Только вот сидеть перед ним и держать на груди платье совсем неудобно. И несмотря ни на что, больше всего ей нравится наблюдать за этим мужчиной.

Не успела Айра подумать, что даже такой компании рада, как мужчина повернулся к ней и пригвоздил к месту ледяным взглядом.

– Сними платье. Сама сможешь? – и направился в ее сторону.

В руках он держал кружку с водой и мазь, что осталась после визита к целительнице.

Айра еще сильнее прижала руки к груди и покачала головой, не в силах отвести от него взгляда.

– В этом нет необходимости. Ты и так его порвал.

– А я бы посмотрел, что у тебя под ним, – усмехнулся он одними губами, в то время как глаза остались холодными. И взгляд их сейчас скользил по Айре.

Сразу же стало стыдно, что сидит перед ним перепачканная и мокрая насквозь. Не в таком виде девушка должна представать перед мужчиной. Не такому ее учила тетушка. А от речей его и вовсе бросает в жар, как и взгляд обжигает.

На последнюю реплику Айра не нашлась, что можно ответить. Он же пожал плечами и проговорил:

– Как хочешь. Но раны нужно промыть и обработать, чтобы не загноились. Иначе от твоей красоты ничего не останется, – взял он ее за плечи и заставил развернуться к себе спиной.

Красоты? Неужели он считает ее красивой? Подобных речей, пусть и высказанных в такой грубой форме, Айре еще не доводилось слышать.

Чтобы промыть раны, Айре пришлось расстаться с куском платья, который мужчина просто оторвал, не прилагая усилий. Потом она из всех сил терпела боль, стараясь не проронить ни звука. А вот от мази сразу стало легче, как и от невесомых прикосновений мужских пальцев к спине.

Закончив все процедуры, мужчина встал и посмотрел на нее сверху-вниз.

– Ты бы переоделась, а то ж вся мокрая…

Айра и сама уже об этом мечтала. Неплохо бы еще обмыться – избавиться от липкой грязи. Но не может же она все это делать при нем. А он все не уходит и смотрит на нее, смотрит… Так пытливо, словно ищет ответы на какие-то вопросы. У нее же от его взгляда шевелятся мокрые волосы на голове. И задумчивость его передается и ей тоже, рождая какую-то нереальность вокруг них.

Айра и забыла, что только что попала под дождь и пропиталась не только влагой вперемешку с грязью, но еще и затаенными страхами, что с радостью выпорхнули на поверхность. Она забыла, что на дворе уже ночь, и пора спать, если хочет и завтра встать с рассветом. Холод уже не беспокоил ее, как и боль в спине. Остались только это глаза, в которые она погружалась все глубже, смотрела и не хотела отводить взгляда.