Как сохранить SEX в супружестве - Александр Полеев

История из жизни. Таня (37 лет), врач-офтальмолог, в поликлинике среди пациентов и коллег считалась образцом уравновешенности. На врачебных пятиминутках главный врач всегда ставил ее в пример, настолько терпеливо и доброжелательно вела она себя с самыми скандальными пациентами, которых в обычной районной поликлинике всегда хватало. Но вот ее мужу, программисту, моложе ее на три года (Таня ранее никогда не обращала на это внимания, поскольку отличалась стройностью и подтянутостью) в праздники стали приходить СМС-поздравления от некой женщины, по словам мужа, «заказчицы программ». Уже после второй эсэмэски Таня закатила мужу первый в их совместной жизни скандал. После третьей – выяснила, что «соперница» живет с мужем и 11-месячным ребенком, узнала ее домашний телефон и стала 2–3 раза в неделю звонить ей ровно в три часа ночи с требованием «оставить в покое мужа». Сколько ни умоляла женщина не звонить ей по ночам, так как у нее маленький ребенок и звонки его будят, он плачет, потом она долго не может его уложить, сколько ни убеждала, что ее эсэмэски только дань вежливости, Таня была непреклонна и продолжала звонить. В поликлинику приехал муж «соперницы» и направился прямо к главврачу; Таня ничего не отрицала. Она получила выговор и лишилась тринадцатой зарплаты. По решительности «гостя» поняла, что его угроза передать дело в суд вполне реальна, и звонить перестала, хотя мужа иногда (изредка) попрекала «романом с кормящей матерью». Среди врачей и медсестер поликлиники Таня стала пользоваться репутацией «героини», грудью ставшей на защиту своей семьи. Только через несколько лет из пьяных откровений друга своего мужа она узнала, что у последнего был однократный интимный контакт с «соперницей» на вечеринке за три месяца до первой эсэмэски, продолжения отношений муж не хотел категорически, и женщина просто напоминала о себе, давая понять, что «двери открыты».

В процессе психотерапевтической работы с Таней обнаружилось, что она не испытывает никакой агрессии к мужу, не считает его в чем-либо виноватым, убеждена, что он ее любит. Она полагает, что инициатива исходила от «соперницы», потому что такой замечательный муж представляет интерес для многих женщин. В своих ночных звонках Таня нисколько не раскаивалась и не раскаивается! Она уверена, что защищала свою семью и имеет право это делать любыми способами. У Татьяны наблюдалась – и частично остается – классическая «реакция Отелло»: в состоянии ревности совершенно адекватная, разумная и жизненно опытная женщина вела себя абсолютно неразумно, из всех возможных способов поведения выбрала самый неадекватный и неэффективный. И сейчас критического отношения к ее в общем-то неправильному поведению у Тани я не вижу, хотя она регулярно, раз в три-четыре месяца, в силу внутренней дисциплины ко мне приходит. Убедить ее, что звонки в 3 часа ночи женщине с годовалым ребенком не лучший и не единственный способ решения проблемы, мне не удается. Я совершенно уверен: дай муж хоть малейший повод для ревности – Таня вновь «понесет по кочкам» воображаемую соперницу.

История из жизни. Главный бухгалтер небольшой фирмы 29-летняя Соня, спокойная и уравновешенная, на четвертом году замужества столкнулась с частыми отказами мужа (своего ровесника) от интимных отношений. Последние случались не чаще раза в месяц и только по ее инициативе. Соня решила, что у мужа роман со своей заместительницей, о которой он довольно часто говорил, обсуждая с женой свои дела в фирме. При этом муж никогда не делал этой женщине комплиментов, не говорил про ее внешность или привлекательность – только о профессиональной деятельности, которую оценивал довольно высоко. Никаких конкретных фактов у Сони не было: муж вовремя приходил с работы, к Соне относился хорошо – за исключением скудости интимной жизни. Соня нашла в Сети ее страничку, где узнала, что ее воображаемая соперница живет одна и много лет собирает кукол разных народов в национальной одежде; на страничке было размещено множество фотографий этих кукол. Соней сразу овладела (до одержимости) одна и та же фантазия: в то время, когда соперница (воображаемая!) на работе, она подбирает ключи к ее квартире и большим молотком разбивает всех ее кукол, превращая их в груду обломков. Эта сцена, яркая и красочная, проносилась в ее голове по многу раз в день, со всеми подробностями, снилась ей по ночам. По словам Сони, она погружалась в свою фантазию «с головой», просто застывала в неподвижной позе за своим рабочим столом или с пылесосом в руках на 2–3–4 минуты. В минуты этих фантазий мучительное состояние Сони как-то уходило, ей становилось легче…

Соня, заплатив солидные деньги частному детективу, узнала адрес коллеги мужа, два-три раза в неделю по нескольку часов бродила вокруг ее дома – дело происходило холодной зимой. С одной стороны, она стремилась выследить мужа, направляющегося с любовницей в «уютное гнездышко», с другой – предавалась излюбленной фантазии о том, как большим молотком крушит собранных «соперницей» за десятки лет кукол. При этом мужу она не говорила ни о своих подозрениях, ни о своих фантазиях, которые ее буквально обуревали. «Наматывая круги» вокруг дома воображаемой соперницы, Соня серьезно простудилась и слегла. За ней ухаживала ее близкая, лучшая с ранних школьных лет подруга – лучшая и единственная, и Соня после ее настойчивых расспросов призналась ей, где и при каких обстоятельствах простудилась. Подруга решительно привела Соню – еще довольно простуженную – ко мне на прием. Меня поразила стопроцентная убежденность молодой женщины в существование интимной связи мужа с Викторией – так звали коллекционершу кукол. «На руках» у Сони имелось только 2 реальных факта – снижение активности мужа в интимной жизни и его высокое мнение о профессиональных качествах своей заместительницы. Переубеждению Соня не поддавалась, поэтому в основу лечения пришлось положить инъекции мягких нейролептиков и гипнотическое воздействие. Параллельно мы выяснили, что воображаемая соперница, хотя на фотографиях выглядела стройной и подтянутой, на самом деле на 11 лет старше Сониного мужа, никогда не была замужем, откровенно говорила, что не хочет жить вместе с каким-либо мужчиной и уж совершенно не хочет о нем заботиться. Работа, которую она любила и на которой ее ценили, коллекционирование кукол, отнимавшее массу времени, сил и средств (кукол она привозила из туристических поездок за границу, поездок дорогих, в экзотические страны) и походы на концерты классической музыки заполняли всю ее жизнь.

Знание всех этих обстоятельств в сочетании с проведенным лечением Соню совершенно успокоило; полечив ее совместно с мужем, нам удалось немного активизировать их интимную жизнь, доведя ее в среднем до одной близости в неделю при взаимной инициативе. Перенесенное состояние ревности Соня сейчас воспринимает вполне критически, считает его «каким-то временным болезненным расстройством».

Является ли интенсивная, выраженная ревность психическим расстройством? По мнению современных специалистов в этой области, «зеленоглазое чудовище» находится где-то в промежуточной, «серой» области между здоровьем и безумием, в какие-то моменты времени сдвигаясь ближе к безумию. И Таня, и Соня – обе полагали (Таня во время своих звонков, Соня – в минуты агрессивных фантазий), что они находятся в состоянии безумия, поскольку никак не могут контролировать свои действия, действия, которые сами же считают неправильными. Поскольку практически каждый из нас испытывал минуты интенсивной ревности, то и общество в целом, и правосудие относятся как к проступкам, так и к настоящим преступлениям «на почве страсти (ревности)» с пониманием и снисходительностью. Например, законы многих стран (Италия, Франция, южные штаты США и др.) предусматривают даже за убийство жены, застигнутой в объятиях любовника, лишь условные сроки наказания. Если эти объятия имели место прямо в доме супругов, наказание не превышает года условно. В Италии, Франции, Испании и Португалии в случаях, если любовник (застигнутый в постели с чужой женой) пользовался пижамой или тапочками мужа, уголовное наказание за его убийство вообще не предусматривается – только небольшой штраф.