Наглец - Елена Сокол

«Пи-пик»

Сука…

— Не получается? — Раздается приятный, хриплый бас над ухом.

Я даже не подскакиваю. Первая мысль, которая молнией пронзает разум: притворись мертвой, как тот хомяк, что жил у твоего брата, помнишь?

Облизываю пересохшие губы, натягиваю улыбку и оборачиваюсь.

Он. Стоит, смотрит на меня, прищурившись, и по-молодецки оправляет свои дурацкие усики.

— Нет. — Отвечаю, глядя на него глазами непорочной девы Марии.

— И не получится. — Выдает он с видом победителя.

А у меня душа несется в пятки. «Конец твоим приключениям, Сонька-золотые стринги». Тебя замели. Всё, хана…

— Почему? — Ангельским голоском спрашиваю у здоровенного детины, склонившегося надо мной и загородившего собой весь свет.

— Потому что это мой номер, а не ваш. — Выдает он, хлопая ресницами.

— Ваш? — Играть дуру, так уж до конца. — А это разве не девяносто восьмой? — Медленно оборачиваюсь. — Ой…

На самом верху красуются цифры «8» и «9».

— Восемьдесят девять. — Озвучивает обладатель шаловливых сельских усиков.

— Надо же… — Еще ничего не понимаю, но уже облегченно выдыхаю. — Это что получается? Я чуть к вам не вломилась?

Как хорошо, что ключ не сработал, а то застали бы меня прямо на месте преступления. И вот эта краска, ударившая в лицо, тоже сейчас очень кстати…

— Внимательнее нужно быть, девушка! — Гогочет он, заставляя меня вздрогнуть.

— Простите. — Начинаю пятиться назад.

— А ваш номер там, не туда идете. — Подсказывает он, провожая меня взглядом.

Как некстати.

— Нет. — Отмахиваюсь. — Мне нужно… покурить.

Прийти в себя, подышать свежим воздухом, а еще лучше сразу хлопнуть чего покрепче.

— Это хорошо. Я с вами. Можно? — Мужчина надвигается на меня, как огромная гора.

Только у этой горы ручищи-экскаваторы, шкафо-образные плечи, беда какая-то с прической и безвкусный костюм, в котором еще, наверное, во времена моего деда людей хоронили.

— Со мной?

— Да. У вас курить есть?

— А… у… э… — Теряюсь, силясь вспомнить.

— Меня Матвеем звать. — Амбал указывает на выход, ведущий к летней веранде с небольшим рестораном. — Вообще-то, Матвей Палычем, но для вас просто Матвеем.

— Ма… Мар… — От смятения легенда в моем мозгу рассеивается, как утренний туман. Почему-то рядом с большим деревенским бугаем мне хочется сказать Марфушка, но губы сами тихо выдают: — Мария…

Мы выходим на освещенную фонарями веранду. Играет тихая музыка, приятно пахнет морем, легкий ветерок колышет занавески, которыми декорированы отдельные кабинки. Все вокруг сделано из дерева, по которому с таким приятным глухим звуком стучат каблучки, все дышит романтикой, а я иду следом за новым знакомым, совершенно сбитая с рабочего настроя и зажатая, как накрашенный убогий манекен из витрины универмага.

— Какие у вас? — Он бесцеремонно лезет в мою сумочку, выуживает сигареты. — О, обожаю такие.

Не сопротивляюсь. Смотрю, как он затягивается, наваливаясь на перила, и не могу решить, свалить я хочу или уделать эту наглую рожу.

— Не дадите прикур… — Наклоняюсь вперед, зажав между губ сигаретку, когда мне в лицо летит зажигалка. Еле успеваю перехватить ее в полете — иначе точно бы попало по носу. — Спасибо…

Стараясь сохранять спокойствие, закуриваю и снизу-вверх смотрю на здоровяка.

— Отдыхаете здесь? — То ли случайно, то ли нарочно он выдыхает дым мне в лицо.

Отстраняюсь немного.

— Да.

— Что да? — Его глаза суживаются.

— Отдыхаю. — Широко улыбаюсь. — Отдых подходит к концу, а со мной ничего интересного так и не произошло.

Типа намекаю.

— А чего ж вы здесь, а не в санатории?

Вот я тупица.

— Я… на своей машине. Сегодня в одном городе, завтра в другом. — Стряхиваю пепел в урну. — Хочется, знаете ли, все посмотреть. Так и катаюсь по побережью.

— А сами откуда?

— А… Астрахань. — Отмахиваюсь я. — Вообще-то, я не в самом городе живу. В поселке. Простенько там все у нас.

Не зря ж я кудри вила и наряд соответствующий подыскивала.

— Тоже с земли, значит?

— Как бы… да.

Мужчина придвигается ближе, заставляя меня покрываться гусиной кожей.

— Я вот тоже деревенский. Совхоз у меня в Кущевском районе, это не так далеко отсюда.

Радуюсь про себя. А то успела запереживать, что все только он мне вопросы задает — теряю хватку.

— Замерзла, что ль, Марья? — Выбрасывая окурок, он бесцеремонно проводит рукой по моему предплечью.

Меня пронимает так, будто он не пальцами, а электро-шокером меня задел.

— Немного, — говорю смущенно.

— Я бы отдал пиджак, но тогда сам замерзну. — Пожимает плечами Матвей и указывает на свободный столик.

«Вот козел».

Усаживаемся. Молоденькая официантка подает нам меню и отходит.

— Вы уже здесь бывали? — интересуюсь, поглядывая на него из-под опущенных ресниц.

— Я? — Хмурится он, глядя на список блюд. — А, не. Нет. У-у-у. — Он морщится, пробегая глазами по меню. — Нет, на такое я не рассчитывал.

— Что? — Спрашиваю я.

Но мужчина откладывает меню в сторону, встает и тянет меня за руку.

— Куда мы? — Подхватывая свободной рукой сумочку, ошеломленно интересуюсь я.

— Дорого у них тут. — Матвей ускоряет шаг. — Я сегодня видел здесь другое заведение, цены гораздо доступнее.

Послушно плетусь следом, как коза на веревке. Его огромная лапища стискивает мою ладонь, не оставляя ни единого шанса на спасение.

— Пососать хочешь? — Раздается его голос, когда мы оказываемся на улице.

— Ч…что? — Хлопая глазами, буравлю его взглядом.

— Вон. — Мой спутник указывает куда-то в сторону. — Там.

Он что? Предлагает мне отсосать у него в грязной подворотне?

Медленно поворачиваюсь и вижу лоток с леденцами. Петушки, конфетки, чупа-чупсы — ими увешано все с потолка до пола. Тихо выдыхаю.

— А… нет, спасибо. — Быстро перебираю ногами, стараясь поспевать за ним.

— Как хочешь. — Спокойно говорит Матвей, поворачивая в сторону маленького базарчика.

И едва отпустив мою ладонь, перехватывает за талию.

— Ты ч… — хочу возмутиться я.

Но он уже толкает меня в узкую дверь какого-то заведения.