Массажист - Надежда Волгина

Как бы там ни было, но и маску я надела, поняв, что закрывает та почти все мое лицо. Но она оказалась мягкой и приятной для кожи. На лице ее я почти не ощущала.

Перед столом я какое-то время мялась, но потом все же забралась на него. Легла на спину и постаралась как можно ниже натянуть балахон. Но конечно же, это не получилось. Вытянула ноги и сжала их так, что аж коленкам стало больно, а мышцы едва не свела судорога. Ох, что же будет? И зачем я на это подписалась?

А запах благовоний усиливался, но не навязчиво. Заметила я это, когда он активно начал проникать в ноздри, а голова слегка закружилась. И снова я поняла, что уже сейчас, когда массаж еще не начался, я немного утратила связь с реальностью. Ну а когда распахнулась дверь, и я в легком тумане разглядела мужскую фигуру, уже опять не понимала, сон это или реальность.

***

– Ты похож на басурманина. Грозного, но очень симпатичного, – прильнула к Никите Алина, когда пришла сообщить, что клиентка готова и ждет его.

В рамках собственного же сценария он сегодня специально заголился по пояс и надел пестрые шаровары. Маску пока не надевал, но предусмотрительно держал ее в руках. Она была тоже частью сценария.

– А хочешь, я натру тебя маслом? Так будет правдоподобнее, – проскользила Алина ладошкой по его обнаженной спине.

– Не нужно, – заставил себя Никита улыбнуться девушке, хоть в последнее время и устал от ее навязчивости. – Да и времени нет…

Как и в прошлый раз, перед дверью он остановился и настроился на сеанс. А заодно и надел маску. Клиентка и так не сможет разглядеть его лица. Но ночь сегодня волшебная, восточная, а значит и его образ должен соответствовать. Как и ее.

Небольшая комната тонула в легкой дымке благовонного тумана. И сквозь дымку он разглядел очертания женского силуэта на кушетке. По характерному движению ее головы догадался, что она расслышала его появление, хоть дверь и открывалась совершенно бесшумно, и повернулась в попытке рассмотреть.

Смотри, милая, но разглядеть не получится – его разум и чистое сознание уже работают в этом направлении, настраивая тебя на нужный лад.

Никита вплотную подошел к кушетке и окинул взглядом стройный силуэт, едва прикрытый газовой тканью. Он не ошибся – балахон не прятал ее тела, а даже подчеркивал то, обрисовывая изгибы фигуры, а маска делала похожей на куртизанку, пылкую и немного развратную.

Она силилась рассмотреть его. Он это чувствовал – в полумраке, царящем в кабинете, и легком тумане он не видел толком глаз клиентки. Те разве что блестели в вырезах маски. Но веки ее уже тяжелели под давлением его мыслей. Держать глаза открытыми становилось все труднее, и вскоре она закрыла их – как раз в тот момент, когда Никита провел над ней руками, улавливая исходящую от нее энергию.

Она возбуждена, а ведь он даже еще не прикасался к ее телу. Короткое одеяние открывало ее стройные ножки и заканчивалось как раз там, где сходились ноги и прятался сокровенный треугольник, на который Никите вдруг захотелось взглянуть. А еще он хотел убедиться, что там она так же красива, как и все то, что он уже видел. Но этого он делать не должен. Сейчас начиналось волшебство, а реальность стиралась из ее сознания. Но кое-что он все же увидит, как и ощутит под своими ладонями мягкость и шелковистость ее кожи.

Никита встал в ногах клиентки и обхватил руками ее миниатюрные прохладные ступни. Традиционно массаж должен начинаться с этих частей тела. Тут находится большинство нервных окончаний и чувствительных точек, с прикосновения к которым и вступает в силу волшебство, рожденное потоком его мысли. Веки клиентки беспокойно дрогнули, реагируя на его прикосновения. Но она уже была на пути к эротическим фантазиям. Он же должен сосредоточиться на своем ремесле, а не на ее идеальном теле.

***

Я видела, как он вошел. В отличие от первого раза, не сомневалась, что массаж мне будет проводить мужчина. Но вот же странность – стоило ему только приблизиться к кушетке, как робость и стеснение испарились, а предвкушение чего-то необычного только усилилось.

Я не могла его рассмотреть. И снова ужасно хотелось спать. Кажется, сверху на нем ничего нет – впечатлил размах его плеч. На лице маска. Смешно. Мы на карнавале? В Венеции? Сейчас начнется повсеместный разврат? Господи, ну что за мысли лезут в голову. И до чего же не хочется закрывать глаза…

Откуда звучит эта потрясающая музыка? Какой-то незнакомый мне вальс, под который хочется кружиться без остановки. Но я одна, а вокруг меня туман. Мне не страшно, а лишь любопытно, где же на этот раз я оказалась.

Туман рассеивался по мере того, как музыка становилась все громче. Сначала я различала лишь неясные силуэты, но очень скоро оказалась в центре заполненного людьми огромного зала с колоннами. Все были одеты в старинные костюмы. Со всех сторон я видела маски. Смеющиеся, плачущие, грустные, веселые и даже злые гротескные… Значит, я не ошиблась и оказалась на маскараде. Прикоснулась к лицу и поняла, что на мне все та же маска. Та же? Но какая? Где и кто мне ее подарил? Этого вспомнить не получалось. И мое платье – никогда не наряжалась во что-то настолько пышное и кружевное. Но я же на балу-маскараде, разве нет?

Его я увидела издалека. Черная блестящая маска закрывала почти все его лицо. Открытыми оставались пронзительно-синие глаза и мужественные, даже немного суровые губы. Черные волосы свисали на плечи, и на мой профессиональный взгляд ему не мешало бы постричься. Это бы только добавило ему шарму. Ну и смотрел он, конечно же, на меня. И право-слово, сейчас я себя ощущала самой красивой и желанной, во всей этой пестрой смеющейся и танцующей толпе.

– Потанцуем? – приблизился он ко мне вплотную, и рука его легла мне на талию.

– С удовольствием, – смело отозвалась и вложила в его раскрытую ладонь свою руку.

Где я научилась танцевать вальс? Понятия не имею, но все движения мне казались привычными, а партнер уверенно вел меня по залу, кружил во все ускоряющемся вальсе.

Я не хотела знать его имени, как и того, кто он и откуда взялся. Мне не нужно было видеть его лица – не сомневалась, что под маской все даже очень замечательно. Важно было то, что происходило со мной сейчас. Я хотела танцевать и любить, насколько только хватит моих сил.

– Твои губы манят меня, прекрасная незнакомка.

Он приник к моим губам в глубоком и долгом поцелуе.

Сколько длился поцелуй я даже не поняла, как и не заметила, когда стихла музыка, а мы с маской оказались в комнате с большой кроватью посередине. И осознание меня не испугало – я ведь здесь именно для этого.

– Разрешишь ли ты любить себя? – раздался его низкий голос у меня над ухом.

А пальцы его уже ловко распутывали шнуровку платья у меня на спине. Ему не нужно было мое согласие. А меня не нужно было спрашивать. Сейчас я превратилась в богиню любви и страсти. А он стал моим личным Эросом.

Платье упало к моим ногам, и я не удивилась, что под ним ничего не обнаружилось. На нас с Эросом остались только маски, но мне они не мешали, как и ему.