Пленница лунного эльфа - Лена Хейди

С нескрываемой паникой я посмотрела на Сина, и тот уверенно мне кивнул.

— Слабоумие и отвага… — Мрачно пробормотала я свой диагноз, бросила на колотившихся в непрошибаемую стену мужей взгляд «запомните меня молодой и красивой», и рывком погрузила руки в светящийся энергетический шар.

Это было всё равно, что добровольно окунуться в расплавленную лаву. От адской боли потемнело в глазах, из груди вырвался крик, а ноги подкосились.

Я начала оседать, и моё орудие пыток — золотистая метровая магическая сфера — неожиданно принялось опускаться вместе со мной: ножки стола плавно уходили в землю до тех пор. пока столешница не опустилась на траву.

Краем агонизирующего сознания я поняла, что это устроил Олаф, не желающий, чтобы ритуал прервался.

Я рухнула на колени, по лицу текли слёзы, но я их даже не чувствовала: мне казалось, что с моих пылающих в адской печи рук кто-то сдирает кожу — один лоскуток за другим, и было абсолютно ясно, что именно это испытывала перед смертью Мириэль.

Но внезапно боль начала стихать и постепенно стала терпимой. Подняв глаза, я увидела искажённое от мучений бледное лицо Олафа, а, переведя взгляд на Сина, обнаружила, что мой друг тоже испытывает жуткие страдания: на его лбу выступил пот, вены на висках вздулись, а губы были уже искусаны в кровь.

Два сильнейших мага Ксантарии — живой и мёртвый — забирали на себя мою боль, и мы все трое словно доказывали магическому источнику, что в этом мире ещё есть такие понятия, как взаимовыручка, дружба, самопожертвование. Если бы не маги — не уверена, что продержалась бы ещё хотя бы минуту.

Видимо, пыточная сфера сполна насытилась нашими страданиями, поскольку она вдруг окрасилась в яркий розовый свет, потом мигнула, как икнувший от сытости кот. и от неё вверх стремительным лучом вылетело сверкающее облако, со скоростью ядерного взрыва затянувшее всё небо, и через пару минут растворившееся без следа.

Вслед за этим прозрачным туманом испарился магический шар, и я к превеликой своей радости увидела, что мои родные конечности всё ещё со мной. Вот только они были несколько странными: теперь от локтя до запястья их опутывала витиеватая эльфийская татуировка золотистого цвета.

Я с полнейшим отупением посмотрела на это художество, и подняла растерянный взгляд на Олафа. Краем глаза я заметила, что мужья продолжают отчаянно пробиваться ко мне, и их костяшки уже были сбиты в кровь, а Син устало опустился на землю.

А потом обернулась, и потрясённо ахнула: сработало! Никто из свидетелей ритуала до сих пор не мог пошевелиться, но моя мамочка стояла рядом с отцом уже настоящей красоткой! От её горба, полноты и скукоженности артритных рук не осталось и следа. Она помолодела, и её почти кукольное личико с огромными изумрудными глазами обрамляли густые чёрные волосы, ниспадающие свободным каскадом. Только ради того, чтобы вернуть ей молодость, красоту и здоровье, я бы не задумываясь повторила бы этот садистский ритуал ещё раз.

Иринка с Иви тоже преобразились, и от их утончённой эльфийской красоты теперь захватывало дух.

Но, несмотря на положительный результат ритуала, Олаф почему-то не торопился меня отпускать и снимать энергетический купол.

— Ты доволен? Выпусти меня! — хрипло прошептала я ему, вытирая со щёк остатки слёз. Оказывается, я кричала так, что сорвала голос.

— Нет, Лекси, я не доволен, — заявил мне этот маг, улыбаясь от уха до уха, и уточнил: — Я счастлив! Поверить не могу, что это всё-таки произошло. За столько лет я уже почти потерял надежду, — признался он дрожащим голосом.

— А, зачем было меня пугать потерей рук? И что это за хохлома? — едва слышно спросила я, но он меня прекрасно услышал.

— Ты должна была думать, что всё по-настоящему, чтобы твоя жертва была воспринята источником как искренняя. — пояснил он. — А, татуировки — это как своего рода благословение и дар. Прими мои поздравления, Александра: теперь ты владеешь древнейшей эльфийской магией целительства. Ты уникальна: таких, как ты, на планете больше нет.

— Ты хочешь сказать, что теперь я могу лечить любые болезни? Даже бесплодие? — я задумчиво посмотрела на бледного, колотящего в прозрачный купол, вампира.

— Конечно, — снисходительно улыбнулся Олаф.

— Как здорово, — просияла я, и мужья, увидев моё довольное лицо, немного успокоились.

— И это ещё не всё, — решил добить меня хорошими новостями маг. — Синтиниэль доходчиво объяснил мне, насколько неправильными были мои поступки по отношению к тебе. Прости меня, Лекси, за всё, что тебе пришлось из-за меня испытать, и что я манипулировал тобой и лишал выбора. В качестве извинения я могу выполнить три любых твоих желания.

— Да ты прямо золотая рыбка! — нервно усмехнулась я, лихорадочно соображая, что бы мне этакое потребовать. — Скажи, Олаф, а красота вернулась всем без исключения женщинам и девушкам?

— Конечно, — важно кивнул маг. — Когда я проклял этот мир, то пострадали все представительницы женского пола, абсолютно. И снятие проклятия сработало по такому же принципу. Солнце одинаково светит хорошим и плохим, Лекси. И красота вернулась ко всем, невзирая на чистоту души.

— В этом мире всё ещё есть садистки, Олаф. Такие, как та, что пытала и убила твою Мириэль. И как вампирша, которая издевалась над Микаэлем. Ты можешь сделать так, чтобы при совершении злых поступков и причинении боли красота подобных женских особей тускнела и необратимо возвращалась к тому состоянию, которое было до этого момента? — испытующе посмотрела я на него.

— Это твоё первое желание? — торжественно уточнил маг.

— Да! — твёрдо кивнула я.

— Готово, — заявил Олаф, щёлкнув пальцами. — Что ты хочешь ещё, радость моя?

— Я хочу, чтобы у кертингов рождались не только мальчики, но и девочки. Можешь устроить? — озвучила я второе желание.

— Сделано, — маг второй раз щёлкнул пальцами. — Что ещё?

— Пускай Олдин, и Алекс в ближайшие месяцы тоже найдут свои вторые половинки и будут счастливы! — попросила я за пасынка и друга.

— Хорошо, — улыбнулся Олаф, и произвёл третий щелчок. Всё-таки в плане сводничества мы с ним были как два сапога пара.

— Ну как. теперь я прощён? — в его глазах цвета радуги промелькнула затаённая тревога, словно от моего ответа зависела вся его посмертная жизнь.

— Да, — кивнула я, и он выдохнул с облегчением.

— Спасибо. Александра! — он кинул на меня взгляд, полный признательности.

— Олаф, я понимаю, что уже исчерпала свои три желания, но не мог бы ты мне подсказать, чисто по-дружески: где можно найти пару для Шейда? — спросила я, пользуясь случаем. Я понимала, что вторая половинка для этого кертинга где-то должна быть, раз уж магия этого мира решила, что Шейд обретёт счастье благодаря мне. Но где, в каких степях искать сие создание — я не представляла.

— Лекси, ну ты чего! — мягко рассмеялся маг. — Ответ же очевиден!