Родить по контракту. Игрушка миллиардера  - Любовь Сладкая

— Ага…

Страх ледяными клещами ухватил меня за грудь, морозом сыпануло по коже, руки задрожали. И чтобы не выдать своего испуга я натянула на себя покрывало и тихонько попросила:

— Хочу попить.

— Сейчас я тебя напою… Впрочем нет, это будет немного позже. А теперь, Лариса, раздвинь ножки и расслабься, мне нужно кое-что проверить.

И тут же покрывала были отброшены в сторону, а мое девственное тело, не познавшее еще мужчину, дерзко и беспощадно распростерто по кровати.

Сбросив из себя черный шелковый халат, Андрей, словно удав, обвил меня всю, поработил, связав по рукам и ногам, придавил собой к податливой поверхности ложа.

* * *

И, не успев даже опомниться, я стала женщиной.

Я слышала о том, как все это происходит в жизни, но и подумать не могла, что у меня случится именно так. Легкое касание к животу, твердость между половыми губами, резкий толчок, щемящая боль — и ощущение наполненности.

— Ну что, было не слишком больно? — беря меня пальцами за подбородок и глядя прямо в лицо, когда я, испугавшись происшедшего, тихонько заскулила, спросил Андрей. — Я постарался.

А потом, вытащив из меня свой член, он увидел на нем кровь.

Но это его не остановило, и мужчина, победоносно улыбнувшись, воткнул свой отросток в меня обратно.

— Теперь я точно знаю, что у тебя первый, — легонько кусая меня за шею, пахнущую дорогим шампунем, сказал Андрей. — У меня, знаешь ли, в этом деле огромный опыт. Я даже не считал, сколько целок избавил от ненужной для них преграды. И почти всем платил, такое вот было воспитание. И тебе тоже заплачу, не дрожи.

И все это во время осторожных фрикций.

— Сейчас я тебя растормошу…

Мне и вправду не было больно, если не считать тот единственный момент разрыва девственной плевы. Даже напротив, потом, мягкое скольжение внутри меня подняло со дна сознания неведомую доселе чувственность. Мне было одновременно и стыдно, и необычно, и восторженно радостно. К тому же теперь я понимала, что назад мне дороги нет. Утратив девственность, я вообще уже не могла возвратиться в деревню, чтобы выйти замуж за Ромку. Ведь, узнав обо всем, что со мной случилось в Москве… А потом — слух о моем падении быстро разнесут на своих языках сплетники, и мне тогда хоть в омут с головой.

"Все, я теперь другая, — качаясь в такт толчкам внутри меня, я, как ни странно, могла размышлять о своей дальнейшей жизни, принимая судьбоносные решения. — Мне нужно смириться, принять, привыкнуть и постараться полюбить хотя бы на время, пока не забеременею. Ведь только так я и смогу стать своей в этом мире богатства и роскоши. Я не хочу назад. Это мой дом, и мой мужчина. Все".

— Для неопытной девушки ты очень даже ничего, — после того, как семенная жидкость влилась в мое тело, сказал Андрей. — Но не прельщайся, я сейчас забочусь лишь о том, что мне от тебя нужно, не более того.

Я не знала, стоит ли мне что-нибудь отвечать этому самоуверенному и жестокому мужчине, поэтому благоразумно промолчала. Хоть в душе у меня бушевала буря, и даже ураган эмоций.

"Возможно, ты сильно ошибаешься, — глядя на его широкую спину, на красивый изгиб шеи, на этот жесткий ежик светлых волос (когда он одевался), думала я. — Это только бездушная машина ничего не может чувствовать и ощущать. Но ты — живой человек, поэтому, чтобы ни творилось теперь в твоей голове, и чтобы ты ни думал, время нас рассудит. Не может же такого быть, чтобы такой зрелый, умный мужчина, такой пылкий и страстный, имел черствое сердце. И если даже там сейчас лед, я попробую его растопить. Ведь каков у меня выбор, после всего?"

И когда Андрей покидал мою комнату, я больше не смотрела в телевизор. Я провела этого мужчину затуманенным взглядом преданной женщины, только что познавшей физическую любовь.

Это были новые для меня ощущения. Вопреки всему я испытывала удовлетворение, хоть и разбавленное неуверенностью и страхом, а также стыдом. Но гордость моя не была уязвлена, ведь я, по сути, позволила этому мужчине сделать с собой такое. Так кого же винить? На кого мне обижаться?

Завернувшись в одеяло, я постаралась обдумать все то, что со мной произошло, и незаметно для самой себя уснула.

* * *

Проснулась я, когда стрелки на часах показывали шестнадцать ноль-ноль.

Потянувшись, вдруг вспомнила свой первый половой акт и, подняв одеяло, посмотрела на простыню. На ней было небольшое пятнышко от крови, а также — паучья сетка коричневых мазков. Зато внутренняя часть бедер, промежность, а также попа просто-таки слиплись от вязкой жидкости, излившейся из моего влагалища.

Отчего-то вдруг почувствовала себя так, словно я — жестяная банка, откупоренного не кем-нибудь, а олигархом, миллиардером, властелином жизни.

Приведя сама себя (как могла) в порядок, я одела домашний брючный костюм и произвела осмотр в огромных двухуровневых апартаментах Андрея. Где мне, по всей видимости, и придется некоторое время жить — вместе с хозяином квартиры.

Только… где же был мой мужчина?

Я бродила по огромным комнатам, словно по музею, заглядывала в ящички, листала книги, нюхала цветы на подоконниках, переставляла бутылочки и изящные статуэтки. На кухне открыла холодильник; достав оттуда йогурт, отпила прямо из бутылки. Подойдя к балкону-террасе, несмело открыла дверь. И сразу же погрузилась в свист ветра и оглушительный городской шум, доносящийся ко мне снизу несмелыми отголосками эхо. Я просто затаила дыхание, разглядывая сверху мельтешащие точки — машины, людей, квадратики домов, узкие черточки дорог и даже пролетающих мимо птиц. Было холодно, поэтому, продрогнув до костей, я поспешила вернуться обратно в свою квартиру.

Слоняясь туда-сюда, я забрела в мини-спортзал. Сев на велотренажер, попробовала покрутить педали, что-то нажала, и сразу же, в окошечке экрана напротив, появилась бегущая впереди меня дорога, заиграла музыка.

Мне не хотелось снова вспотеть, да еще и промежность ныла — все-таки я подверглась, хоть и естественной, но все-таки операции, поэтому решила, что нескольких круговых движений с меня будет достаточно.

Поднявшись по широкой лестнице на верхний уровень, в огромной гостиной я увидела аквариум с плавающими там рыбками — во всю стену. Сев в кресло напротив, я просто-таки не могла оторвать свой восхищенный взгляд от этого светящегося стекла, наполненного прозрачной водой, разноцветными камушками по дну, живыми существами, фонтанчиком из воздушных пузырьков и зеленью водорослей.

Наконец, почувствовав голод, я поднялась на кухню. Взяв бутылку с йогуртом и немного сыра, отправилась в свою спальню. И каково же было мое удивление, когда на прикроватном столике увидела поднос с едой.

"Кто его сюда принес?" — подумала я, недоуменно оглядываясь по сторонам, так как за все это время не услышала никаких иных звуков, кроме своих шагов.

Это так и осталось для меня в тот момент секретом. "Возможно, в доме есть какие-то дополнительные проходы — служебные коридоры, входы и выходы?" — думала я, так как, тогда, обо всем этом еще не знала.