Жертва по призванию - Галина Кор

вечно? — интересуюсь у «работника», а он многозначительно молчит. — Значит знаете…

Докрутив какую-то гайку, наконец-то отвечает:

— Я тоже люблю смотреть, как пашут на меня мои работники. И на пламя свечи тоже… Правда, у меня дома камин. Сойдёт за свечу? — переворачивается, чтобы вылезти из-под раковины.

— И кем вы работаете? — интересуюсь просто для поддержания разговора.

— Какая тебе разница? Думаешь, приглашу тебя смотреть на огонь в моем камине? Мечтай!

— Понятно, почему вы не женаты. У вас отвратительный характер, — ставлю ему диагноз, — и жмот. Даже огонь, и тот зажали. Хотя… он мне и даром не нужен.

— А ты отвратительная хозяйка, — парирует не задумываясь, — посмотри, как грязно под раковиной. — Показывает свои руки.

Только открыла рот, чтобы ответить, но… решила сказать другое:

— Чувствую, что мы будем жить с вами душа в душу… То вы мне плюнете, то я вам…

— А разве ты не уезжаешь? Долго еще гостить собираешься?

Нет! Ну вы на него посмотрите! Вот какая ему разница!

— У вас такой замечательный город… А люди какие… гостеприимные. Решила остаться навсегда.

— У нас тут район тихий… люди все положительные… Будешь водить наркоманов или алкашей — выселим.

Он говорит это совершенно серьезно? Я похожа на асоциальный элемент?

Открыла рот и закрыла. Что сказать? Один — ноль.

Выпроводив «водопроводчика», вернулась на кухню и вытерла все-таки там, где он нашел грезь. И прямо-таки грязь! Сам, наверное, притащил ее на своих руках, а мне претензии высказывает!

Очень неприятный тип. Прямо до скрежета зубов бесит. И вот смотришь на него — и не скажешь, что он та ещё «заноза». Хотя, чисто визуально, он, конечно, интересный...

Но не в моем теперешнем положении думать о мужиках. Да и Игорь с Вадимом постарались… оставили неизгладимое впечатление. Даже не знаю, какие должен совершить поступки мужчина, чтобы растопить лед в моем сердце? Я и так всю жизнь страдала повышенной тревожностью, а теперь… Кстати, а куда подевалась моя «любимая» тревога? За эти два дня, я уже и забыла о ней… Раньше, что ни день — она тут как тут.

Вечером вернулась с работы бабушка.

— Как ты? Не устала? — спрашивает у меня.

— Бабушка, ну ты что? От чего я устану?

— Убирала вон… покушать приготовила… Это труд. А в твоем положении… — качает головой. — Ты лучше лишний раз полежи. Я сама уберу.

— Ну что ты… — наклоняюсь и целую ее в щеку. В отличие от мамы, бабушка любит подобного рода проявления нежности и чувств. — Мне не трудно. Я записалась на курсы, — сообщаю ей новость, — буду учиться делать маникюр.

— Вот придумала! Лаком дышать? Ребенка травить?

— Тут бы хоть научиться пальцы клиенткам не оттяпывать, — смеюсь в голос.

— Эх, ты — мастерица… — Бабушка тоже начинает смеяться.

Открывает кран на кухне. И тут же закрывает, вспоминая, что он тек.

— Пользуйся, — открываю ей воду, — приходил… починил…

— Золотой мой человек… — качает головой, нахваливая соседа. — Руки — золотые! Что ни попрошу, всегда сделает, поможет… И ведь денег не берет, представляешь!

— Угу… — Что ей сказать? У них свои, давно сложившиеся добрососедские отношения. Спасибо, конечно, что помогает. Из нас с мамой те еще помощницы…

— А ты б присмотрелась… — толкает меня в бок бабушка. — Ведь хороший-то мужик, — подмигивает.

— Может и хороший, — дергаю неопределенно плечом, — только зачем ему я? Да еще и беременная.

— Не скажи, — говорит загадочно бабушка. — У всех свои беды…

На следующий день я отправилась в женскую консультацию, чтобы стать на учёт. На нашем участке оказалась очень приятная женщина: внимательная, доброжелательная и профессиональная. Она выслушала меня, задала все необходимые вопросы и объяснила, как будет проходить дальнейшее наблюдение. Я чувствовала, что попала в надёжные руки, и это немного успокоило моё волнение.

В первый день весны начались мои курсы. И полетели мои дни со скоростью света. Жизнь постепенно стала налаживаться. Пока…

Глава 41. Раздражающий элемент

Возвращаюсь домой с курсов. Сегодня я что-то задержалась: обычно успеваю вернуться домой раньше бабушки и приготовить ужин. Но, как оказалось, ногти — это ещё тот увлекательный аттракцион.

Пролетаю мимо дома соседа. Он так раз открыл ворота, чтобы загнать свой «трактор».

— Здрасьте, — бросаю ему не останавливаясь.

А он лишь глянул на меня сурово, и ничего не ответил. Культуры — ноль.

Мы с ним, как одноимённые полюсы магнитов, никогда не примагнитимся. Он постоянно рычит, а я шиплю… И все, что нас соединяет — это забор и бабушка.

Стараюсь с ним не конфликтовать. Он много помогает бабушке: то починит, то подкрутит… я такое делать не умею, поэтому стараюсь просто с ним поменьше общаться. Я ему тоже не нравлюсь… но что поделать… Уезжать мне некуда, поэтому — привыкнет. Тем более, пока я хожу на курсы, то пересекаемся мы очень редко. А как на работу устроюсь, так вообще… забуду, как выглядит.

В нашем домике горит свет. Значит бабушка уже дома.

— Бабушка, привет! Я дома, — кричу с порога.

Обычно, пока я раздеваюсь, она обязательно выходит из кухни или своей комнаты, чтобы встретить меня. А сейчас, нет. Чувствую что-то неладное. Быстро сбрасываю куртку и обувь и бегу в ее комнату.

Бабушка лежит на кровати, повернувшись к стене лицом. В комнате полумрак.

— Ба… — тихо ее зову. — Тебе плохо? — подхожу ближе и касаюсь рукой плеча.

— Ой, Яночка, — вздрагивает, — а я задремала. Выпила лекарство и… — переворачивается, поворачиваясь ко мне лицом.

— Что у тебя болит? — спрашиваю встревоженно. — Давай скорую вызову.

— Нет-нет, не надо. Я полежу немного… может полегчает. Что-то сердце давит. Наверное, погода поменяется. Ты иди, поужинай. Не переживай…

Она снова прикрывает глаза. А я… так и стою, рассматривая ее. И как тут не переживать? Кроме бабушки у меня сейчас никого и нет… Даже думать страшно, что я могу остаться одна в малознакомом городе. И что делать?

Может все-таки позвонить в скорую? Хуже точно не будет… Ну, приедут, посмотрят… давление померяют, может что уколют…

Или не звонить, как бабушка просила? Она-то лучше знает, чувствует.

Вот с кем посоветоваться, как правильно поступить?

Беру телефон, накидываю куртку и выхожу на улицу. И начинаю ходит их стороны в сторону, разговаривая сама с собой вслух.

— Ты че там бродишь и бубнишь? Колдуешь? — перевожу взгляд на источник голоса.

Сосед. Стоит на пороге своего дома и смотрит в мою сторону. Между участками есть забор, но он ниже человеческого роста. Поэтому не спрятаться от него, ни скрыться…

Смотрю на него, и думаю: — Может у него спросить, как правильно поступить? Он