Услышь меня - Дана Дейл
Я — Вероника Ольшанская, адвокат, который защищает исключительно женщин. Моя работа, вытаскивать их из ада, в который их загнали те, кто считал себя сильнее. Я привыкла к ненависти. К угрозам. К давлению. Но он… Он другой. Следователь Максим Юсупов смотрит на меня так, будто я лично разрушила его жизнь. Будто каждое моё слово, это соль на его старые раны. Он не скрывает презрения, не фильтрует тон, не делает вид, что мы просто работаем по разные стороны баррикад. Проблема в том, что я не понимаю, что именно я ему сделала. Каждый раз, когда наши дела пересекаются, он будто срывается. Холодный, резкий, злой. И чем сильнее он пытается держать дистанцию, тем отчётливее я чувствую, что между нами что-то есть. Что-то, что он ненавидит ещё больше, чем меня… А я… Я должна выяснить правду. Потому что его ненависть, это не просто эмоция. Это ключ к делу, которое может разрушить не только мою карьеру, но и всю мою жизнь. И если я раскопаю, что стоит за его яростью, назад дороги уже не будет...
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Услышь меня - Дана Дейл"
— Я тебя тоже люблю, мой грозный товарищ следователь.
От услышанного признания, Максим нежно потерся своим носом об мою прохладную щеку, спускаясь плавно все ниже, подобравшись к моим губам, он жадно впивается в меня страстным поцелуем. Терзая, лаская, сминая и покусывая сахарную плоть, как будто бы он пробовал самый сладкий на вкус десерт... Своей горячей ладонью он медленно обводил и ласкал каждый изгиб моего уже во всю возбужденного и разгоряченного от его прикосновений тела. Мы целовались грубо, жестко, буквально трахая друг друга языками. Но эта грубость и дикость в нем мне чертовски нравилась. Оторвавшись друг от друга, я провела своим холодным пальчиком по его щетинистой щеке. Прислонившись своими лбами мы стали неровно дышать, казалось что нам совсем не хватает воздуха когда мы остаемся наедине.
— Вероника, вы очнулись. Как вы себя чувствуете?
В палату заглянул врач с планшетом в руках, внимательно оценивая моё самочувствие, при этом прикладывая свою прохладную ладонь к моему лбу.
— Здравствуйте, немного подташнивает и голова болит.
— В вашем положении это нормально, вам нужно будет встать на учет в женскую консультацию, там, вам выпишут все нужные вам рекомендации.
Протянула она мне какое-то неразборчиво написанное заключение и мило улыбнулась.
— Хорошо, спасибо. А сейчас, я могу ехать домой?
— Да, вашей жизни ничего не угрожает.
— Спасибо.
Знаете как говорят, чем жизнерадостней у человека улыбка, тем больше возникает подозрений об его умственных способностях, вот именно так я сейчас и выглядела, как какая то умалишенная. Все лишь потому, что в данный момент я была самым счастливым человеком на земле, ведь под сердцем я носила ребенка от своего любимого мужчины.
— Макс, помоги мне встать пожалуйста, и давай уже поскорее покинем это место. Ненавижу больницы, особенно после всего того, что здесь происходило.
— Пойдем, мой будущий любимый бегемотик.
Максим бережно поддержал меня под руку, и мы вместе вышли из больницы. Как только мы оказались на улице, после душной больничной палаты, я полной грудью жадно вдохнула такой желанный свежий воздух… Я уже собиралась сесть в машину, но Макс, оперевшись руками на крышу своего автомобиля, остановил меня…
— Ник?
— Да?
— Давай жить вместе?
Меня будто окатило ведром с кипятком, от такого предложения Максима.
— Вот прям так сразу?
На ничтожное мгновенье между нами повисло молчание. Такое противное, гнетущее, непонятное. Я не понимала что ответить. Нет, я была безумно в него влюблена, но… Готова ли я была к таким резким переменам? Я долго привыкала к одиночеству, не позволяя мужчинам приближаться ко мне так близко, как это сделал Максим, да и горький печальный семейный опыт казалось отбил у меня это желание, но одно я знала точно, никакие сомнения не могут меня переубедить не поддаться этому мужчине. И я однозначно готова идти на этот риск.
— А чего тянуть? Я люблю тебя, ты носишь под сердцем моего ребенка, давай попробуем?
В голосе Макса звучала непередаваемая настойчивость, но и такая же мягкая нежность.
— Я думаю сначала надо поговорить с детьми и все им объяснить.
— Поговорим... Конечно поговорим...
После нашего похода в больницу прошло уже около двух месяцев. Мы решили не медлить и поговорили обо всем с нашими детьми. Объяснили что любим друг друга и хотим создать семью, конечно не скрывая от них самую главную новость. Как бы это не было странно, но они очень хорошо восприняли эту новость. Я предложила Максиму жить у нас в доме, но мой гордый орел наотрез отказался, поэтому, нашли компромисс, продали оба свою недвижность и приобрели общий дом... Наш новый дом... Макар с Лизой сдружились практически сразу, как оказалось, у них очень много общих интересов. Также, сын Максима предложил Лизке записаться на секцию самообороны, так сказать, на будущее... В общем, дети были безгранично счастливы за нас. Но был и тот, кто отнесся скептически к нашему желанию съехаться с Максимом...
Пару недель назад…
Пока мой брат сидя на диване занимался укладкой различных мелочей в картонные коробки, я пристальным взглядом обследовала многочисленные шкафчики, стараясь не забыть ничего важного перед окончательным уходом из нашего проданного дома.
— Ден, все собрал? Ничего не забыл?
— Кажется, да. Осталось только…
Встрепетнулся брат, начиная осматривать гостинную, но вдруг повернувшись ко мне, он с опасением в голосе отчеканил.
— Погодь, а ключи от сарая? Это важно, без них я не покину эту фазенду. Еще оставляй все содержимое моего ларца непонятно кому, а вдруг я там клад запрятал? Нее… Пока их не найдешь, я свои костыли даже в руки не возьму.
— Какой сарай? Какие ключи? У нас сарая отродясь не было, Ден.
Шутливо бросаю в брата небольшой мягкой подушкой и улыбаюсь. Я знала что Ден не особо был рад покидать этот дом, вот и находил разные причины подольше здесь задержаться.
— Ден… Мне тоже сложно расставаться с этим домом… Ты ведь помнишь, как мы его приобретали? Как уютно обустраивали каждую комнату, сначала наполняя её самой простой мебелью, а потом со временем заменяя её на более качественную. Знаешь, этот дом стал для меня своеобразным ориентиром того, с чего я начала и к чему пришла. Но… Можно же и дальше двигаться правда, а не топтаться на одном месте.
Отложив сбор вещей, присела рядом с братом на диван, устало укладывая голову на плечо Дена.
— Ну конееечно... Дом продали, а бедного и несчастного инвалида на улицу...
— Я не раз предлагала тебе пожить с нами, дом большой, всем хватит места... Да и мы же специально выбирали такой, чтобы комнат на всю семью хватило, одного не пойму, чего отказываешься? Хотя… Что-то мне подсказывает, что я догадываюсь о причине твоего отказа.
— Ой ли? Все сис, харэ трепаться, переезд так переезд.
Хотел он дотянуться до своего временного средства передвижения в виде костылей, но я быстрее него встала и практически вырвала две ходули из его рук.
— Эй! А ну дай сюда!
— Расскажешь? Кто она? Куда свои палки навострил, м?
— Любопытной Вар... Нике, на базаре нос оторвали. Не время ещё, дитя моё, исповедоваться. Да и на трезвую какие могут быть откровенные разговоры?
Я прекрасно понимала его театральное состояние, ведь я догадывалась что он собрался переезжать к какой-то там подружке, одним вечером я нечаянно подслушала его телефонный разговор, потом светился как начищенный таз, правда держит все в секрете.
— Ясно всё с тобой,
