Какое будущее мы выбираем. Климатический кризис: промедление недопустимо - Кристиана Фигерес

По мере того как экваториальная зона постепенно становилась непригодной для жизни, бесконечный поток мигрантов потянулся на север, из Центральной Америки в Мексику и Соединенные Штаты. Другие двинулись на юг, в Чили и Аргентину. Та же картина наблюдается в Европе и Азии. Северные и южные страны столкнулись с огромным политическим вызовом: принимать мигрантов или не пускать их в страну. Некоторые государства впускают к себе людей, но только на условиях, близких к кабальным. Лишь по прошествии нескольких лет не имеющие средств к существованию мигранты могут найти убежище или поселиться в новых городах для беженцев, возникших вдоль границы.

Даже если вы живете в регионах с более прохладным климатом, таких как Канада или Скандинавия, вы все равно беззащитны перед стихией. Мощные торнадо, внезапные наводнения, природные пожары, оползни и метели – обо всем этом приходится помнить постоянно. В зависимости от того, в какой местности вы живете, у вас должно быть оборудованное противоураганное убежище, сумка с предметами первой необходимости в машине или двухметровый ров вокруг дома. Люди постоянно следят за прогнозами погоды. Только самые безрассудные отключают телефон на ночь. В случае чрезвычайной ситуации для спасения остаются какие-то минуты. Системы оповещений, установленные за государственный счет, нередко имеют доступ лишь к базовым технологиям и оттого грешат ошибками и сбоями в работе. Подписка на более надежные частные спутниковые системы предупреждения доступна лишь состоятельной публике.

От погоды не спрячешься, но в последнее время людей все больше угнетают новости о том, что происходит на границах. Растет число самоубийств, и под давлением высших чиновников от здравоохранения национальные новостные агентства дают все меньше сообщений о геноциде, работорговле и беженцах. Новостям больше нельзя доверять. Социальные сети, давно превратившиеся в источник мрачных сведений о катастрофах, изобилуют конспирологическими теориями и сфабрикованными видеоматериалами. В целом новости приобрели странную и, похоже, управляемую тенденцию к искажению реальности и продвижению ложнопозитивной повестки.

Да, физически жителям стабильных стран пока ничего не угрожает, но психологическая нагрузка на них все время увеличивается. С каждой пройденной точкой невозврата они чувствуют, как уходит надежда. Нет никакого способа остановить стремительное потепление планеты, и мы, вне всякого сомнения, медленно, но неуклонно движемся к катастрофе. И не только из-за жары. Таяние вечной мерзлоты приведет к высвобождению древних микробов, с которыми современные люди никогда не встречались – и не умеют с ними бороться[50]. Повсюду вспыхивают болезни, переносимые комарами и клещами, поскольку с изменением климата эти виды размножились, распространившись на ранее безопасные регионы планеты. Медицинскую проблему резистентности возбудителей к антибиотикам усугубило резкое повышение плотности населения в обитаемых зонах и дальнейший рост средней температуры на планете[51].

Все чаще поднимается тема исчезновения человека как вида. На взгляд многих, это лишь вопрос времени – как долго мы сумеем продержаться, сколько еще поколений успеет увидеть свет. Самоубийства – лишь наиболее наглядное проявление царящего в обществе отчаяния, но есть и другие: чувство безвозвратной потери, невыносимой вины и глубокая обида на предыдущие поколения, которые не приняли необходимых мер, чтобы предупредить надвигающуюся катастрофу.

Год 2050-й. Нам удалось каждые десять лет, начиная с 2020 года, вдвое снижать выбросы парниковых газов. И теперь мы движемся к миру, в котором к 2100 году температура повысится от силы на 1,5 °C.

В большинстве регионов мира воздух влажный и свежий, даже в городах. Возникает впечатление, что вы гуляете в лесу, – и в большинстве случаев так оно и есть. Таким чистым воздухом люди не дышали с начала промышленной революции.

И все благодаря деревьям. Они теперь повсюду[52].

Это было не единственное решение, которое нам потребовалось, но масштабная высадка деревьев позволила выиграть время, необходимое для сокращения выбросов углекислого газа. На пожертвования корпораций и бюджетные средства была запущена крупнейшая в истории кампания по возобновлению лесов. Первоначально это была чистая прагматика: деревья поглощают двуокись углерода из воздуха, возвращая в него кислород, а углерод – обратно в землю. Это, разумеется, помогло замедлить климатические изменения, но оказалось полезно и в другом отношении. Само ощущение, что мы снова живем на зеленой планете, явилось поворотным, особенно для горожан. Никогда еще наши города не были такими удобными для жизни. Когда деревьев стало больше, а машин меньше, появилась возможность отдать целые улицы под городские сады и детские парки. Каждый пустырь, каждый неприглядный проулок превратился в тенистую рощу. На крышах разбиты цветочные сады и огороды. Глухие стены домов, прежде исписанные граффити, теперь увиты зелеными лозами.

В Испании движение за озеленение стало ответом на усилившуюся жару. В силу географического положения Мадрида осадков там выпадает меньше, чем в любом другом европейском городе. Теперь выбросы углекислого газа в Мадриде находятся под жестким контролем, но в прошлом город едва не превратился в пустыню. Эффект «теплового острова», вызванный удержанием тепла зданиями и поглощением солнечных лучей темными мостовыми, привел к тому, что в Мадриде с его 6-миллионным населением было на несколько градусов теплее, чем в сельской местности в нескольких километрах от него. Кроме того, загрязнение воздуха вызвало рост числа преждевременных родов[53], а также смертей, связанных с сердечно-сосудистыми и респираторными заболеваниями. Система здравоохранения уже испытывала трудности из-за распространения субтропических болезней, таких как лихорадка Денге и малярия, и это заставило правительственных чиновников и граждан объединить усилия. Мадрид принял серьезные меры, направленные на снижение числа автомобилей, а также создание «зеленого пояса» вокруг города, чтобы он вырабатывал кислород, охлаждал воздух и очищал его от загрязнений. Площади замостили пористыми материалами, впитывающими дождевую воду; черные крыши покрасили в белый цвет, провели повсеместное озеленение города. Растения поглощали городской шум, производили кислород, закрывали обращенные на юг стены, затеняли тротуары, увлажняли сухой воздух. Эти меры оказались чрезвычайно успешными, их перенимали и в других мегаполисах мира. А уровень квалификации мадридских профессионалов вывел город в лидеры самых современных производственных отраслей.