Битва за Рунет. Как власть манипулирует информацией и следит за каждым из нас - Андрей Солдатов

Украина не только покупала оборудование в России, но и заимствовала терминологию. За 20 лет независимости не изменились даже названия подразделений в ее спецслужбах. В советском КГБ подразделение, ответственное за слежку, называлось ОТУ (Оперативно-техническое управление), а операции по прослушке и слежке – ОРМ (оперативно-разыскные мероприятия). В 1990-е ФСБ изменила аббревиатуру ОТУ на УОТМ (Управление оперативно-технических мероприятий), но на Украине многие годы использовали советский акроним ОТУ. Только недавно это подразделение переименовали в Департамент оперативно-технических мероприятий (ДОТМ), и название начало перекликаться с российским.

В конце февраля в Киеве начальник этого Департамента был уволен. За ним последовал Максим Ленко, за три недели до того отрицавший роль СБУ в перехвате разговора американских дипломатов{318}. В июле руководство ДОТМ снова поменялось{319}. Было ясно, что новые украинские власти не верят в то, что СБУ не имеет отношения к перехвату.

Похожая ситуация с перехватом сложилась во многих постсоветcких странах. Некоторые государства, ставшие независимыми в 1991-м, сохранили методы, унаследованные от старого режима. «Украина, Казахстан, Беларусь и Узбекистан по-прежнему пользуются системой ближе к СОРМ, чем к европейской или американской системам», – рассказал нам Шляпоберский. В ходе расследования мы нашли подтверждающие это документы: Беларусь, Украина, Узбекистан, Казахстан и Кыргызстан действительно создали собственные варианты СОРМ. В большинстве случаев это означало, что и законодательство в области перехвата было скопировано с российского, и техника закупалась в России{320}.

К сентябрю 2014 года, через семь месяцев после Майдана, Киев почти вернулся к нормальной жизни. Площадь Независимости расчистили, на ней не осталось и следа от баррикад или горящих покрышек.

Начались выборы в парламент, и Мустафа Найем решил выдвигаться в депутаты. Выборная кампания занимала все время Найема, и он предложил Андрею встретиться в суде. Мустафа обнаружил, что один олигарх выдвинул свою кандидатуру на выборах, несмотря на то, что большую часть 2000-х провел за границей, а это нарушало закон о выборах. Он подал в суд, и Андрей встретил его в день слушаний.

Облезлое советское здание на Московской улице, в котором городской суд занимает несколько этажей, ничем не напоминало Мосгорсуд – помпезный и огромный новый комплекс, сверкающий внутри мрамором и отделанный дорогим деревом. В тесном зале, заполненном журналистами за столом расположились трое судей, а в первом ряду сел Мустафа, одетый во все черное, и двое его адвокатов.

Адвокат Мустафы встала и начала произносить длинную, полную деталей речь, когда один из судей повернулся и что-то прошептал своему коллеге. Увидев это, адвокат возмутилась: «Вы должны слушать внимательно, что я говорю!»

«Вся страна теперь слушает вас», – сказал судья извиняющимся тоном. И было ясно, что он имел в виду не только адвоката, но и Мустафу Найема. Люди, пришедшие на Майдан, наконец стали что-то значить в своей стране.

Кремль все время усиливал давление на глобальные платформы, но считал, что пришло время использовать свое влияние и на два российских ресурса – социальную сеть «ВКонтакте», где политизированные пользователи объединялись в крупные сообщества, и поисковик «Яндекс», который благодаря своему новостному сервису стал основным источником информации для миллионов россиян. Кремль рассматривал эту задачу как политическую – популярность «ВКонтакте» и «Яндекса» не ограничивалась Россией, она распространялась на многие страны бывшего Советского Союза. Когда в 2014 году российские власти начали масштабную пропагандистскую кампанию в русскоязычном пространстве, продвигая собственную версию украинских событий, стало ясно, что необходимость контроля над «ВКонтакте» и «Яндексом» резко возросла.

Год начался со скандала во «ВКонтакте». 24 января основатель соцсети Павел Дуров продал свою долю, 12 %, Ивану Таврину, гендиректору одной из крупнейших российских телекоммуникационных компаний «МегаФон». Дуров объяснил этот шаг на своей странице «ВКонтакте»: «То, чем вы владеете, рано или поздно начинает владеть вами». (Будучи замкнутым человеком, Дуров предпочитал общаться с внешним миром исключительно через свою же социальную сеть.) При этом основатель сети добавил, что с поста гендиректора уходить не собирается: «Моя ответственность состоит в том, чтобы беречь и защищать эту сеть».

Сеть «ВКонтакте», во многом скопированная с Facebook (даже цвета были похожи – белый и синий), набрала первоначальную популярность, потому что была местом, где можно было бесплатно смотреть фильмы и слушать музыку{321}. В 2012-м сеть стала самой популярной в России с чистой годовой прибылью более 15 миллионов долларов. Однако вскоре она оказалась в эпицентре конфликта двух основных акционеров – олигархов Игоря Сечина и Алишера Усманова. Сечин был другом Путина, Усманов – прокремлевским магнатом, собравшем свою медиаимперию из остатков когда-то либеральных СМИ: начал он с «Газеты.ру», потом приобрел «Коммерсантъ», а затем обратил взор в интернет, где его добычей стали LiveJournal.com и Mail.ru. Говорили, что Усманов очень интересуется «Яндексом».