Экономика просто и понятно - Александр Никонов

Социалистическая экономика – это зомби.

О вырождении социалистической продукции, как о частности, мы уже говорили. Поднимемся теперь чуть повыше и посмотрим на разложение всего хозяйства целиком. Но сначала ответим несгибаемым, как рельс, марксистам на их возможные возражения. А верующие в марксизм часто возражают против неэффективности планового хозяйства таким замысловатым образом:

– Ну, как же так! Вы утверждаете, что социализм нежизнеспособен, а он вон в России семьдесят лет просуществовал!

Ответим: существовал, пока его поддерживал капитализм.

Потому что социализм – это история про распределение. А капитализм – история про производство. Пока кто-то производит то, что можно распределять, социализм существует. Но плохо.

Советскому социализму изнутри помогал существовать чёрный рынок, а снаружи – страны капитализма.

Кто строил заводы и фабрики молодому социалистическому государству по имени СССР? Американцы и немцы. Вся так называемая «сталинская индустрия» была либо создана иностранцами, либо представляла собой остатки царской, то есть капиталистической, промышленности. Чем же расплачивался социализм за то, что капиталисты строили у него индустрию? Царским золотом. Природными ресурсами в виде леса. А также зерном, которое отбирали у закрепощённых крестьян. И последний факт весьма показателен, между прочим!

Когда-то юный, только зарождавшийся в недрах феодального общества русский капитализм середины XIX века освободил крепостных крестьян из крепостного рабства. А вот пришедшее на смену молодому капитализму и задушившее его экспериментальное общество социализма вынуждено было вновь закрепощать крестьян, превратив их, по сути, в рабов, работающих забесплатно – как тогда говорили, «за палочки». Отнятое у крестьян зерно, которое те вынужденно отдавали государству, ничего не получая взамен, кроме марксистских проповедей, шло за границу в обмен на капиталистические станки. Иными словами, мы видим, что социализм, объявляя себя передовым и свободным общественным строем, на деле идёт не по пути прогресса, а по пути регресса, архаизации и несвободы, проваливаясь обратно к феодализму.

Пока было можно эксплуатировать безропотную крестьянскую массу, запрещая ей без разрешения покидать деревню и отнимая весь произведённый на колхозных полях урожай, социализм ещё кое-как существовал на принудительном труде сельских рабов. Но ведь и в городах кто-то должен был жить, чтобы корячиться на фабриках, которые построили капиталисты! Поэтому часть крестьян партийная номенклатура отпускала в города. И вот когда число жителей городов сравнялось с числом жителей деревни, система начала трещать и рушиться. Это случилось в начале 60-х годов прошлого века.

Крайне неэффективное сельское хозяйство социализма (неэффективное потому, что без всякой заинтересованности в личном труде) с низкой производительностью труда уже не могло обеспечить едой городское население, и потому именно в шестидесятые годы на улицах городов появились угрюмые хлебные очереди, в которых люди занимали место с ночи, а руководитель страны коммунист Хрущев недоумевал:

– Как же так, на карте Голландию пальцем закрыть можно, и мы вынуждены у них покупать сливочное масло. А у нас территория, равная одной шестой части всей земной суши, – и мы не можем себя прокормить!

Спас как всегда капитализм. Социалистический Советский Союз начал закупать зерно в капиталистических странах. Что же он предлагал в обмен, учитывая, что практически вся промышленная продукция СССР была вырожденной, то есть либо бракованной, либо отвратительного качества?

То, что не нужно было делать социалистическими руками – сделанную самой природой нефть. Находка на территории СССР больших нефтяных месторождений оттянула крах социализма, позволив ему просуществовать лишних двадцать лет. Нефть продавали за рубеж и покупали у капиталистов станки, хлеб, передовые технологии…

Новые станки и оборудование приходилось покупать у капиталистов постоянно, потому что социализм всё время отставал технологически, так как был обществом антиинновационным, плановым, закосневшим. Едва проведя при диктаторе Сталине современную на тот момент индустриализацию, уже вскоре СССР вновь обнаружил себя отставшим технологически, и при следующем правителе страну украсили лозунги «Догоним и перегоним Америку!».

Вернувшиеся из служебных командировок советские люди горько шутили:

– Мы думали, что отстали от капитализма на двадцать лет, а оказалось, навсегда…

Но самое смешное то, что сегодня от верующих в марксизм можно услышать следующую фразу:

– Социалистическое хозяйство гораздо эффективнее капиталистического!

Фраза, конечно, поразительная, учитывая, что во всех странах этот «эффективный» социализм проиграл капитализму и растаял, как ледок на солнце. Однако что же социалисты имеют в виду, когда такое говорят безо всякого стыда?

А вот что…

Помните, мы говорили, что капитализм – это живая и быстро реагирующая система, которая легко расстаётся с отдельными своими «клетками» в виде неэффективных работников и предприятий и прирастает эффективными, передовыми, что позволяет ей быстро подстраиваться под меняющиеся обстоятельства, огибая препятствия, как ветка стальную изгородь?.. Например, изобрели какую-то новую штуку, и один из капиталистов почуял, что здесь можно деньжат срубить немалых, рискнул, вложился, выкинул на рынок новый образец. И товар пошёл! Человек неплохо на этом наварился. Увидев его успех, в ту же область кинулись другие предприниматели и быстро насытили рынок.

Или вот ещё пример. Мы уже рассматривали случай, когда вдруг поменялась мода и резко вырос спрос, допустим, на застёжки-молнии. При социализме застёжки взять просто негде, так как их не было в планах производства. И нужно запускать через Госплан огромную процедуру по перепланированию всех товарных потоков, разворачивать огромную медленную машину, состыковывая все планы единого хозяйственного монолита. А при капитализме ничего этого не надо. Нет никакого монолита! Внизу, на местах всегда найдутся юркие, как мыши, и независимые предприниматели, которые с радостью удовлетворят выросший спрос. Где же они возьмут для этого материалы и энергию, новую рабочую силу и транспорт?

А на рынке!

При этом живость достигается тем, что у капиталистов всегда есть резервы по мощности и материалам, а на рынке всегда существуют незанятые люди в виде так называемой резервной армии труда, то есть попросту говоря, безработные.

Вот именно эти материальные и человеческие резервы социалисты как раз и называют нерациональным использованием ресурсов. Мол, у нас, социалистов, всё тютелька в тютельку предусмотрено, распланировано, никакие лишние природные ресурсы не тратятся, а у проклятых капиталистов производится и добывается больше, чем потребно людям, в результате происходят периодические кризисы перепроизводства, лишнюю продукцию приходится уничтожать, природа гибнет, караул…