Друзья. Больше, чем просто сериал - Келси Миллер

Однако некоторые вещи все же меняются. И к лучшему. «Друзья» – это напоминание и об этом. В конце концов, это шоу, которое началось с того, что девушка сбежала со свадьбы с человеком, которого она не любила, отказалась от традиций и начала новую жизнь на своих собственных условиях. А сегодня у Рэйчел вообще была бы свадьба, с которой нужно было бы сбегать? Может, она уже живет в городе, работает в индустрии моды или подрабатывает официанткой, чтобы оплатить аренду квартиры? Будут ли Росс и Кэрол разводиться или они расстались еще в колледже и остались друзьями после ее признания в нетрадиционной ориентации? Будет ли Чендлер отвечать на звонки своего отца?

Нельзя однозначно ответить «да» или «нет» на эти гипотетические вопросы о вымышленных людях. Дело в том, что сейчас существует гораздо больше возможных ответов, чем в 1994 году, когда состоялась премьера «Друзей». Или даже когда он закончился в 2004 году. С момента его возвращения в 2014 году некоторые вещи почти не изменились. Нам нравится думать о прошлом как о простом времени, но простое не всегда лучше.

Тот факт, что люди возвращаются к делу Амани Лайл даже сейчас, спустя десятилетия молчания по этому вопросу, свидетельствует о прогрессе. Если бы дело рассматривалось сегодня, возможно, суд вынес бы такое же решение. Но трудно представить, что так много людей увидели бы в этом победу. То, как публика отреагировала на ее историю тогда, очень отличается от того, как она отнеслась к лавине историй, которые пришли позже. Если бы Лайл сегодня встала и высказала свое мнение, она бы не стояла одна. Это все, что мы знаем наверняка. Это слабое утешение, но, как сказала сама Лайл, это хороший повод для оптимизма.

С одной стороны, «Друзья» – как «Сайнфелд»: с тех пор как сериал закончился, люди постоянно просили о возвращении. Слухи начались еще во время съемок финала. «Воссоединение?» – переспросила Дженнифер Энистон репортера Associated Press, который посещал съемочную площадку во время репетиции. Правда ли, что разрабатывался фильм-продолжение? Сбитая с толку, Энистон ответила: «Мы еще даже не завершили сериал».

Это был последний раз, когда она удивлялась такому вопросу. Она и остальные актеры провели десять лет, сидя на диванах ток-шоу и выслушивая расспросы Лено о том, будет ли возобновлен сериал. Теперь они проведут остаток своей профессиональной жизни, отвечая на подобные вопросы: «Будут ли они когда-нибудь рассматривать перезапуск шоу? А как насчет специального юбилейного выпуска? Поздравляю со свадьбой / рождением ребенка / выходом пьесы на Бродвее, в которой вы играете главную роль! Есть новости о «Друзьях»?»

Объективно говоря, все актеры продолжили успешную карьеру. Не было никаких разговоров о «проклятии «Сайнфелда», обрекающем актеров на будущее в неудачных шоу[105]. Кортни Кокс построила свою телевизионную карьеру как в кадре, так и за его пределами. В 2009 году она снялась в еще одном хите – комедии «Город хищниц», которая шла в течение шести лет на ABC. Шоу было спродюсировано Coquette Productions – компанией, которую она создала в 2003 году вместе с Дэвидом Аркеттом, за которым была в тот момент замужем. (Дэвид и Кортни развелись в 2010 году, но остались партнерами по бизнесу.) Кокс была как ведущей актрисой, так и продюсером сериала, и вскоре начала выполнять обязанности режиссера. Энистон и Лиза Кудроу появились в шоу в эпизодических ролях, как и Мэттью Перри, герой которого был влюблен в героиню Кокс. Не совсем воссоединение, но близко.

Кокс позже вернула должок и исполнила эпизодическую роль в шоу Перри «На старт!». И в этом случае это почти наверняка было одолжением. «На старт!» был одним из немногих сериалов Перри после «Друзей», которые не достигли большого успеха, наряду с такими шоу, как «Мистер Саншайн» и «Студия 60 на Сансет Стрип». Самого Перри всегда хвалили за его игру, но ни один из сериалов не продержался и двух сезонов. Тем не менее Перри продолжал появляться на телевидении с относительной частотой, исполняя небольшие или повторяющиеся роли в различных сериалах, таких как «Хорошая жена» и «Детская больница». После «Папе снова 17» Перри ушел из мира кино, несмотря на то что имел там больше успеха, чем некоторые из его бывших коллег. У него также были и неудачные работы на большом экране, некоторые из них пришлись на пик его зависимости (Перри перестал употреблять алкоголь в 2001 году). Так как его борьба с зависимостью была публичной, он решил стать поборником различных услуг по реабилитации бывших зависимых. Мэтью лоббировал судебную реформу за лучшее содержание в тюрьмах для наркоманов, осужденных по ненасильственным преступлениям, и открыл «трезвый дом» в 2013 году. Зависимость стала основной темой в первой пьесе Перри «Конец тоски», где он исполнил главную роль, как на Бродвее, так и в лондонском Вест-Энде. Его герой был алкоголиком – сильно преувеличенная версия его самого в его самые темные дни. Другими словами, это была роль, которую ему никто никогда не предлагал. «Люди все еще видят во мне Чендлера, глупого, саркастичного парня, но это не так, – говорил он для Variety. – Я не думаю, что кто-то сидит где-то там и думает: «А напишу-ка я роль специально для Перри». Поэтому я сделал это сам, и думаю, что следующее, что я сделаю, будет написано тоже мной».

Швиммер вернулся в театр, как и собирался. Его первоначальный план – провести год в Голливуде и быстро заработать немного денег для Lookingglass – занял немного больше времени, чем ожидалось, но удался. Швиммер бросился в театральную, теле- и кинорежиссуру. Он провел годы, оттачивая свои навыки под руководством выдающихся режиссеров «Друзей», и за время существования шоу сам снял десять эпизодов. После «Друзей» режиссура стала для него убежищем. Швиммер был одаренным актером, но неуверенно чувствовал себя в роли знаменитости и не приспособился к славе так, как другие. «Это было довольно неприятно, и это испортило мое отношение к другим людям так сильно, что потребовались годы, чтобы приспособиться и чувствовать себя комфортно. Моя работа как актера заключалась в том, чтобы наблюдать за жизнью и за другими людьми. Так что я обычно ходил с высоко поднятой головой, по-настоящему занятый наблюдением за людьми. Когда я стал знаменитостью, все стало совсем наоборот. Мне захотелось спрятаться под бейсболкой, чтобы меня не заметили», – сказал он The Hollywood Reporter в 2016 году. После «Друзей» он задавался вопросом о том, каким актером он может быть в новом мире и как он делает свою работу.

Швиммер нашел свою стезю и стал больше работать в кадре, в том числе в его знаменитой роли Роберта Кардашьяна в сериале «Американская история преступлений: Народ против О. Джея Симпсона». Но в основном он оставался за кадром. В начале 2017 года он выпустил серию короткометражных фильмов, написанных и снятых Сигалом Авином. Каждый эпизод демонстрирует один из типичных случаев сексуальных домогательств (все они основаны на реальных событиях). Они выпустили сериал #ThatsHarassment в апреле 2017 года, надеясь возродить обсуждение сексуального преследования на рабочем месте. Фильмы были захватывающими и качественными, с большим количеством знаменитостей (Синтия Никсон, Эмми Россум, сам Швиммер). Тем не менее сериал не получил большого внимания, когда дебютировал весной. Но осенью была совсем другая история. После Вайнштейна #ThatsHarassment вернулся как большая социальная реклама, получившая поддержку RAINN[106], Совета по рекламе и Национального женского юридического центра. Швиммер обратился к прессе, продвигая не только #ThatsHarassment, но и движения #MeToo, #TimesUp, а также #AskMoreOfHim – кампанию, которую он создал вместе с Дэвидом Аркеттом, призывая мужчин в индустрии развлечений оказывать более активную поддержку этим движениям. Будучи откровенным в этих вопросах, Швиммер никогда публично не комментировал дело Амани Лайл. Однако он сделал несколько красноречивых ремарок в одном из фильмов #ThatsHarassment, где модель подвергается преследованиям со стороны фотографа во время фотосессии (на съемочной площадке, наполненной людьми, которые ничего не говорят). «Этот сюжет относится ко всем занятым в индустрии развлечений – все мы свидетели и соучастники, – сказал он в интервью Cosmopolitan. И добавил: – И кстати, молодая женщина – не единственный человек, который подвергается преследованию в этой сцене. Любой человек в этой комнате, который чувствовал себя некомфортно или понимал, что у него нет выбора и он вынужденно становится свидетелем происходящего, тоже подвергался преследованию».