Невидимые женщины. Почему мы живем в мире, удобном только для мужчин. Неравноправие, основанное на данных - Кэролайн Криадо Перес

Не только материальные орудия труда облегчают положение мужчин за счет женщин. Взять, к примеру, так называемые внедренческие программы (образовательные программы, предназначенные для обучения фермеров научным методам ведения сельского хозяйства с целью повышения его эффективности). Такие программы всегда были «недружелюбны» по отношению к женщинам. Согласно опросу, проведенному ФАО в 1988–1989 гг. (только в тех странах, где были данные в разбивке по половому признаку), лишь 5 % всех внедренческих программ было рассчитано на женщин[627]. С тех пор ситуация немного изменилась к лучшему[628], но и сегодня можно привести множество примеров инициатив в области развития, совершенно игнорирующих женщин[629], и потому в лучшем случае бесполезных, а в худшем – серьезно им вредящих.

•••

Исследование, проведенное в 2015 г. Data2x (организацией, созданной Хиллари Клинтон при поддержке ООН и добивающейся ликвидации дефицита глобальных гендерных данных), показало, что многие подобные инициативы не охватывают женщин, – в том числе потому, что последние и без того перегружены работой и не располагают свободным временем для участия в образовательных программах (независимо от степени их полезности)[630]. Разработчики инициатив в области развития также не учитывают такой фактор, как мобильность женщин (точнее, ее отсутствие, связанное как с выполнением семейных обязанностей, так и с ограниченным доступом к транспорту и трудностями, с которыми они сталкиваются при поездках в одиночку).

А языковой барьер? А неграмотность? Участие во многих образовательных программах требует знания иностранных языков, которыми женщины владеют реже, чем мужчины. Во всем мире из-за низкого уровня женского образования женщины реже мужчин умеют читать, так что учебная литература им тоже недоступна. Все эти препятствия хорошо известны, и их вполне можно было бы учитывать, но масса примеров говорит о том, что этого не делается[631].

Многие инициативы в области развития исключают участие женщин, поскольку его условием является наличие земельного участка определенной площади или статуса главы фермерского хозяйства (или собственника обрабатываемой земли). Некоторые инициативы рассчитаны исключительно на относительно процветающие фермерские хозяйства, – в частности, располагающие средствами на внедрение современных технологий. Эти препоны ставят мужчин в более выгодное положение по сравнению с женщинами, потому что женщины преобладают среди бедных фермеров, среди мелких фермеров и крайне редко владеют землей, на которой работают[632].

Чтобы внедряемые новшества действительно улучшали положение женщин, нужны прежде всего данные. Но иногда создается впечатление, что мы даже не пытаемся собрать их. В докладе Фонда Билла и Мелинды Гейтс 2012 г. в качестве примера приводится одна организация, занимавшаяся выведением и внедрением улучшенных сортов основных зерновых культур[633]. Но что значит «улучшенных»? Все зависит от точки зрения сельскохозяйственного производителя, а это вещь субъективная. В ходе предварительного обследования хозяйств организация опрашивала почти исключительно мужчин, которые указывали, что главное для них – урожайность новых сортов. Соответственно, селекционеры сосредоточились именно на этом показателе. Каково же было их удивление, когда оказалось, что новые сорта никому не нужны!

Решение опрашивать только мужчин было довольно странным. Несмотря на все пробелы в данных, мы тем не менее можем утверждать, что доля женщин в общей численности занятых в сельском хозяйстве достаточно велика. В наименее развитых странах 79 %, а во всем мире 48 % экономически активного женского населения заявляют, что сельское хозяйство является основной сферой их деятельности[634]. При этом женщины, занятые в сельскохозяйственном производстве, не считают важнейшим показателем урожайность. Их больше волнует другое, – например, сколько времени займет подготовка земель под посевы и удаление сорняков, – ведь им придется заниматься именно этим. Кроме того, их интересует, сколько времени в конечном счете уйдет на приготовление еды из выращенных сельскохозяйственных культур (готовка – тоже женская работа). Новые высокоурожайные сорта требовали более значительных затрат времени, которого женщинам не хватало из-за необходимости заниматься и другими делами. Стоит ли удивляться тому, что новые сорта оказались им не нужны?

•••

Единственное, что нужно было сделать горе-селекционерам, чтобы избежать неприятного сюрприза, – предварительно побеседовать с женщинами, но им, видимо, категорически не нравилась эта идея. Если вы согласны со мной и вам тоже кажется, что принимать решение о выведении нового сорта зерновых, не посоветовавшись с женщинами, глупо, вот вам еще одна история – о внедрении экологически чистых кухонных плит в развивающихся странах.

Начиная с эпохи неолита, люди (в данном случае я имею в виду прежде всего женщин) готовили еду на очагах, сложенных из трех камней. Камни клали на землю, между ними помещали топливо (древесину или любой другой горючий материал, который удавалось найти), а на очаг ставили котел. В Южной Азии 75 % семей до сих пор используют биотопливо (древесину и другие органические вещества)[635]. В Бангладеш этот показатель достигает 90 %[636]. В странах Африки, расположенных южнее Сахары, для 753 млн человек[637] (80 % населения) биотопливо является основным источником тепловой энергии, используемой для приготовления пищи.

У традиционных очагов есть серьезный недостаток: они сильно дымят, наполняя помещение чрезвычайно токсичными дымовыми газами. Их ежедневное воздействие на женщину, готовящую еду на таком очаге в помещении без вентиляции, эквивалентно эффекту от выкуривания более пяти пачек сигарет[638]. По данным исследования 2016 г., в самых разных странах – от Перу до Нигерии – содержание токсичных веществ в дыме от очагов в 20–100 раз превышает предельно допустимые нормы, установленные ВОЗ[639]. В масштабах планеты ежегодно от этого умирает втрое больше людей (2,9 млн человек)[640], чем от малярии[641]. Кроме того, традиционные очаги имеют низкую производительность: приготовление еды на них занимает от трех до семи часов в день[642], и все это время женщины подвергаются воздействию вредных газов. Поэтому во всем мире загрязнение воздуха внутри помещений является самым серьезным экологическим фактором смертности женщин и одной из главных причин смертности детей в возрасте до пяти лет[643]. Загрязнение воздуха в помещениях также занимает восьмое место в списке глобальных факторов, вызывающих различные заболевания, включая респираторные и сердечно-сосудистые, а также повышающих восприимчивость к инфекциям, включая возбудители туберкулеза, и к раку легких[644]. Однако, как и многие другие факторы, негативно влияющие главным образом на здоровье женщин, «эти проблемы не подвергались комплексному и строгому научному анализу»[645].