Супернавигаторы. О чудесах навигации в животном мире - Дэвид Барри

Кроме того, Моуритсен и Фрост тщательно исследовали большое количество данных по повторно пойманным меченым бабочкам, накопленных в течение многих лет. Они заключили, что бабочки попросту следуют общим курсом на юго-запад, который определяет их солнечный компас. Однако тут, кажется, играет роль и другой фактор. Элементы рельефа — например, высокая стена Скалистых гор (перелететь через которые бабочки не могут) и берег Мексиканского залива (вдоль которого они обычно летят, предпочитая не пересекать открытые акватории) — образуют физические барьеры, которые, подобно воронке, направляют устойчивые потоки бабочек в сторону Техаса и Мексики.

Наконец, есть еще одна великая загадка. Хотя разнообразные механизмы, которые я описал, вполне могут позволить бабочкам попадать к месту назначения с точностью до нескольких сотен километров, пока что неясно, как именно им удается находить свои места зимовки в горах центральной части Мексики. Один из возможных ответов на этот вопрос состоит в том, что на заключительных этапах перелета бабочки могут ориентироваться по какому-то запаховому сигналу — возможно, по запаху тел своих мертвых сородичей, которые покрывают землю в их высокогорных убежищах.

Ежегодная миграция североамериканской данаиды монарха — одно из самых замечательных чудес природы, но будущие поколения, может быть, уже не смогут увидеть этого чуда. Дело не только в том, что леса, в которых зимуют эти животные, сокращаются из-за незаконной вырубки. Бабочкам угрожают и многие другие опасности, в том числе безрассудное применение пестицидов и гербицидов, которые либо убивают их самих, либо уничтожают пищевые растения, которыми они кормятся. Так что у ученых, возможно, остается совсем немного времени, чтобы найти последний недостающий фрагмент этой головоломки.

* * *

Жители Мальдивских островов в западной части Индийского океана знают, что в октябре к ним прилетят стрекозы. Самое распространенное из этих насекомых (Pantala flavescens)[312] они называют попросту «октябрьским летуном»; их появление предвещает наступление сезона северо-восточных муссонов. Но откуда они берутся?

Чарльз Андерсон, подробно изучавший это явление, считает, что большинство этих стрекоз (длина которых составляет всего пять сантиметров) прилетает из Южной Индии или со Шри-Ланки, а Мальдивы служат им только для временной остановки в пути. Пункт их назначения, по-видимому, находится в Восточной Африке, где сезонные дожди создают идеальные условия для их потомства. Возможно даже, что их потомство летит еще дальше, на юг Африки[313]. Давно известно, что эти насекомые могут пролетать над сушей до 4000 километров, но теперь оказывается, что они способны пролететь по меньшей мере 3500 километров над океаном.

Как же насекомые — даже так хорошо умеющие летать — могут преодолевать такие огромные расстояния? Ответ на этот вопрос, по-видимому, заключается в том, что они используют попутные муссонные воздушные течения на больших высотах и питаются мелкими насекомыми, которых несут те же потоки быстро перемещающегося воздуха. По всей вероятности, это путешествие совершают миллионы стрекоз, которые затем размножаются в разных частях Африки, а их потомство возвращается в Индию, после чего весь цикл начинается заново. В таком случае суммарная длина перелета туда и обратно может доходить до 18 000 километров. Перед этим достижением меркнет даже перелет монархов на 7000 километров, тем более что стрекозам, в отличие от монархов, приходится совершать долгий перелет через океан.

Результаты более свежих исследований, основанных на измерении содержания дейтерия в воде, найденной в телах стрекоз, не противоречат гипотезе Андерсона. Более того, из них следует, что маршрут стрекоз, прилетающих на Мальдивы, оказывается даже длиннее, чем предполагал Андерсон: возможно, их путешествие начинается на севере Индии или в Непале, а может быть, даже за Гималаями[314].

Хотя с «октябрьским летуном», по-видимому, сравниться не может никто, летающие насекомые вообще проявляют поразительные способности к миграции. По дальности перелета, соотнесенной с размером тела, самые дальние миграционные маршруты насекомых приблизительно в 20 раз больше, чем у самых крупных птиц. Одна из причин этого состоит в том, что насекомые очень хорошо умеют использовать ветер[315].

Многие из мотыльков и бабочек, которые появляются в Европе в летние месяцы, попадают туда в результате дальних путешествий. Те из них, которые проводят лето в более теплых широтах, прилетают на север в поисках обильных источников пищи и защиты от хищников и болезней. Хороший пример такого поведения дает бабочка-репейница[316]. Весной миллионы этих насекомых покидают Северную Африку; несколько поколений спустя их потомки добираются наконец до Британии, где часто размножаются в огромных количествах. В свою очередь, их потомство направляется на юг, спасаясь от северной зимы. Репейница мигрирует почти на такие же большие расстояния, как данаида монарх, и, по-видимому, тоже использует солнечный компас[317].

Другой выдающийся, хотя и не такой яркий мигрант — это совка-гамма (названная так по белым пятнам в форме греческой буквы γ, которые украшают ее передние крылья). Эти бабочки часто попадались в ловушку у меня в школе, что и неудивительно: по имеющимся оценкам, в удачный год до 240 миллионов особей этого вида прилетают в Британию с берегов Средиземного моря, на которых они проводят зимние месяцы[318]. Осенью, после брачного периода, на юг может мигрировать приблизительно в три раза большее их число. Поскольку они наносят большой вред сельскому хозяйству, ими пристально интересуются ученые, в частности Джейсон Чапмен, ведущий специалист по миграции насекомых, работающий в филиале Эксетерского университета в городе Фалмуте в Корнуолле.