Происхождение. Как Земля создала нас - Льюис Дартнелл

Портлендский камень – чудесный строительный материал, и ценится он не только за восхитительный кремовый оттенок. Местные оолиты сцементировались в идеальной пропорции: камень достаточно прочен, чтобы не крошиться и не выветриваться, но и не настолько тверд, чтобы каменщики не могли его тесать и резать, иначе он был бы непрактичен. Портлендский камень славится тонкой зернистой структурой, которая позволяет аккуратно тесать его в любом направлении, поэтому он использовался как строительный материал со времен Древнего Рима. В Британии его часто выбирали для строительства памятников и общественных зданий. В его чистые тона окрашен и лондонский Тауэр, и Эксетерский собор, и Британский музей, и Английский банк, и восточный фасад Букингемского дворца (в том числе знаменитый балкон). Сэр Кристофер Рен предпочел его для перестройки собора Св. Павла, а также многих других лондонских церквей после Великого лондонского пожара 1666 года. Кроме того, портлендский камень применяют по всему миру, в частности из него построено здание ООН в Нью-Йорке.

В США есть и свои источники известняка. Самый качественный добывают на юге Индианы, где он образовался значительно раньше, чем в Портленде, еще в начале каменноугольного периода, примерно 340 миллионов лет назад. Индианским известняком облицованы фасады Эмпайр-стейт-билдинг, стадиона Янки в Нью-Йорке, Кафедрального собора в Вашингтоне и Пентагона. Этот камень широко применялся также и при воссоздании Чикаго после Великого пожара 1871 года – по примеру восстановления главных достопримечательностей Лондона после такого же бедствия за 200 лет до этого.

Побережье Северного Средиземноморья, о котором мы говорили в предыдущей главе, также по большей части известняковое, из осадочных пород со дна океана Тетис. Теперь эти скалы высятся над волнами, и породу размывает дождевая вода, просачивающаяся под землю; в результате здесь возникла сложная система пещер. Пожалуй, неудивительно, что многие из них послужили прототипами подземного мира в античной мифологии. Например, на оконечности полуострова Мани, в самой южной точке Греции, расположен вход в пещеру, куда, как гласит легенда, спускался Орфей, чтобы попасть в царство Аида и найти там свою погибшую жену Эвридику. Орфей так прекрасно играл на лире, что бог Аид, очарованный его искусством, позволил ему забрать Эвридику обратно в царство живых, но при одном условии: Орфею нельзя было оборачиваться. Но едва Орфей добрался до верхнего мира, как в тревоге обернулся проверить, идет ли следом Эвридика, и тогда она исчезла навеки[302].

Когда известняк из Тетиса при конвергенции тектонических плит вокруг Средиземного моря подвергался воздействию высоких подземных температур – либо в него вторгалась поднимавшаяся магма, либо он попадал в тектонический разлом при образовании складчатых гор, в том числе Альп, – он подвергался метаморфозу и превращался в мрамор. Эта порода – визитная карточка древнегреческих и древнеримских скульптур, монументов и пышных общественных зданий. В окрестностях Каррары в современной Тоскане и сегодня добывают самый ценный мрамор в мире. Здесь, в Апуанских Альпах, сохранились залежи чисто-белого камня, служившего строительным материалом со времен Древнего Рима, где из него построили, в частности, и Пантеон, и колонну Траяна. Каррарский мрамор был излюбленным материалом скульпторов эпохи Возрождения: именно из него создана, вероятно, самая знаменитая статуя на свете – «Давид» Микеланджело. Кроме того, его экспортировали по всему миру, и из него построены известнейшие достопримечательности планеты: лондонская Мраморная арка, Монумент мира в Вашингтоне, Манильский кафедральный собор, мечеть шейха Зайда в Абу-Даби и Акшардхам в Дели.

Предметом экспорта по всему миру послужил не только физический строительный материал. В Европе столетиями подражали характерным архитектурным деталям Античности – от колонн до кариатид, от постаментов до пилястров, с эпохи Возрождения и барокко до неоклассицизма середины XIX века и, в сущности, до наших дней. С особым энтузиазмом античные мотивы переняли в новорожденных Соединенных Штатах. Завоевав независимость от Британии, новая страна создала собственную государственную систему, федеральную республику, с опорой на некоторые политические структуры, придуманные в самой мощной республике в истории западного мира – в Древнем Риме. При этом и архитектура многих крупных общественных и правительственных зданий в Америке подражала стилям Античности. И пусть эти здания строили не из известняка и мрамора из древнего океана Тетис, однако их творцы воссоздали ту же величественную строгость черт и чистоту оттенков, взяв камень, добытый на территории молодого американского государства[303].

Мел – тоже разновидность известняка, хотя на первый взгляд у них совершенно разные свойства. Меловые залежи находят почти на всех континентах[304], и они дали название целой главе в геологической истории нашей планеты – меловому периоду.

Толстый слой мела залегает почти подо всей Южной Англией. Он проглядывает в обнажениях пород вдоль хребта острова Уайт, продолжается к востоку в виде холмистых гребней Северного и Южного Даунса и уходит вглубь под Лондон, где образует чашу, заполненную слоями глины. Меловые равнины Солсбери – вместилище одного из самых величественных памятников ранней истории человечества, населявшего Северную Европу: речь о Стоунхендже, создание которого началось около 3000 лет до н. э. Хотя колоссальные валуны, из которых составлено основное кольцо Стоунхенджа, – это песчаник, строители монумента, по всей видимости, пришли в эти края за кремнем, который можно было добывать из меловых залежей и делать из него орудия труда – ножи и наконечники для стрел. В этом геологическом поясе есть и другие, не такие сложные и трудоемкие, но не менее привлекательные монументы. Человечество тысячелетиями исследовало эту область как источник вдохновения для художественного творчества: наши предки соскребали тонкий слой торфа, покрывающий пористый мел, и обнажали белоснежный камень, выкапывали в земле канавы и заполняли их меловой щебенкой. На склонах холмов проступали меловые фигуры, видимые за несколько километров: это и стилизованный контур Уффингтонской белой лошади в Оксфордшире, созданный в бронзовом веке[305], и горделивое приветствие Великана из Сент-Эббаса в Дорсете, датируемого, вероятно, I веком н. э.[306]