Как мы стали людьми. Поиски истоков человечества - Флориан Брейер

Поэтому проводя раскопки в поисках ископаемых останков, я придерживаюсь нескольких основополагающих принципов. Без сомнения, самый важный из них гласит: нет ни плохих, ни хороших находок. Все их нужно извлекать и документировать с особой тщательностью. Кроме того, следует фиксировать все наблюдения, сделанные в ходе полевых работ, потому что любое из них может оказаться значимым. Интенсивные раскопки всегда должны находиться в приоритете по отношению к экстенсивным поискам, или, говоря точнее, охоте. Насколько многогранное и наглядное представление об истории развития человека можно сформировать, следуя этим принципам, мы продемонстрируем на примере воссоздания среды обитания грекопитека.

Давайте мысленно отправимся в путешествие во времени и совершим прогулку по далекому прошлому. Начинается она весенним днем 7 175 000 лет назад на горном ассиве, где сегодня стоит афинский Акрополь. Температура воздуха составляет 30 °C, а с берега дует легкий бриз. Над нами простирается безоблачное ярко-синее небо, и нашему взору открывается невероятный вид на равнину, которую позднее займут Афины. Она раскинулась прямо под нами и вся поросла низкой травой, над которой лишь изредка возвышаются деревья и кусты. Словно темные ленты, местность пересекают окаймленные зарослями тростника ручьи, которые текут по направлению к побережью. Вдалеке ландшафт поднимается: цепи гор из известняка и мрамора, высота которых достигает 1000 метров, обрамляют равнину с трех сторон. Растительность на них очень редкая, лишь иногда попадаются отдельные сосны. Из-за этого они сильно контрастируют с остальной местностью.

Темной кромкой у подножия гор лежат густые дубовые леса. Может сложиться впечатление, что мы находимся чуть ли не в пейзажном парке: настолько гармонично различные уровни высоты и формы растительности сочетаются друг с другом на таком маленьком пространстве. Вдруг ветер начинает крепчать, а небо окрашивается в красноватый цвет. Мы видим, что с юга, со стороны моря, на нас движутся угрожающего вида облака – предвестники скорой бури. Пришло время спуститься с горы Акрополь и быстро осмотреть окрестности. Внизу, у подножия массива, мы обнаружили множество ручьев. Здесь, под известняком, из которого состоит гора, находятся водонепроницаемые слои сланца. Из-за этого дождевая вода, просачивающаяся через трещины и расселины, не проникает дальше в глубь почвы, а образует поток на границе слоя породы[131]. Так возник своего рода естественный резервуар для воды, который не пересыхает даже во время засухи.

В этих ручьях столько воды, что земля вокруг горы превратилась в топь. Чтобы пересечь эту болотистую местность, мы следуем вдоль крупного ручья, берущего свое начало в гроте. Случайно мы спугнули гигантского дамана. Однако этот безобидный травоядный зверек быстро скрылся среди растущей на болоте зелени. Он является предком современного африканского древесного и скалистого дамана, который внешне похож на сурка, но имеет общие корни со слонами и морскими коровами. Однако, в то время как современный даман не крупнее кролика, его гигантский греческий предок вырастает до размеров свиньи[132].

Свой путь мы продолжаем, уже идя вброд по неглубокому ручью, потому что берега его так густо поросли рогозом, что пройти там нет никакой возможности, и чем дальше мы продвигаемся, тем шире и непроходимее становятся эти заросли. И все же как выглядит местность за ними? Когда мы ненадолго остановились, до нашего слуха донеслись странные звуки: какие-то шорохи и хрюканье, раздававшиеся совсем близко от нас. Издавать их могли только свиньи. К счастью, нас они не заметили, ведь взрослый самец из рода микростониксов крупнее современного кабана и мог бы стать для нас немалой опасностью. Очевидно, эти животные были слишком заняты тем, что рыли мягкую почву в поисках вкусных корней рогоза. Осторожно мы продолжаем путь и примерно через два километра достигаем мелкого брода.

Здесь животные переходят ручей вброд или собираются на водопой. Илистый берег в этом месте истоптан, весь покрыт следами. Особенно в глаза бросаются крупные отпечатки круглой формы, достигающие полуметра в диаметре. Их, несомненно, оставило самое крупное млекопитающее этой эпохи – динотерий. Он был крупнее современных африканских слонов или даже мамонтов, живших во времена ледникового периода. В холке он достигал высоты четырех метров, а его вес составлял более 15 тонн[133]. На нижней челюсти у него располагались два похожих на клыки бивня, длина которых могла превышать один метр. И все же большинство обнаруженных нами следов принадлежит копытным животным. Газели оставили миниатюрные отпечатки размером даже меньше трех сантиметров. Многочисленные следы обитающих здесь антилоп чуть крупнее и достигают от пяти до восьми сантиметров в длину. Более десяти их видов населяют Афинскую равнину, среди них есть особи с рогами в виде штопора.

Неподалеку, на окраине зарослей тростника, пасется небольшое стадо лошадиных антилоп, однако на нас они не обращают никакого внимания. За счет коренастого телосложения и длинных саблевидных рогов они напоминают сегодняшних ониксов. И будто желая полностью соответствовать своему имени, они мирно соседствуют с многочисленными гиппарионами, которые лакомятся свежей травой непосредственно рядом с ними. Издали гиппарионов можно принять за ослов или зебр с темной окраской. Однако если взглянуть на отпечатавшиеся в иле следы, все сомнения сразу же развеются. В отличие от современных лошадей, ослов и зебр, обладающих всего одним копытом, у гиппарионов, кроме массивного среднего копыта, есть два боковых пальца. С одной стороны, они позволяют сохранять более устойчивое положение, однако из-за них гиппарионы не могут при беге развивать такую же скорость, как лошади и зебры.

Может, и грекопитек оставил свои следы на берегу у брода? Нам бы очень хотелось узнать, какой формы у него была стопа, мог ли он уже ходить на двух ногах или же передвигался как современные шимпанзе. Какое-то время мы ищем, но безуспешно. И все же, может, здесь есть и другие признаки присутствия Эль Греко? Например, обломанная ветка, сложенные в одном месте камни или раздробленные кости. Сосредоточившись, мы тщательно исследуем взглядом землю под ногами и постепенно отдаляемся от ручья, сами того не замечая. Но вдруг кое-что заставило нас отвлечься. На расстоянии менее 30 метров стоит самая настоящая, живая и сопящая газонокосилка ростом повыше одного метра, с вытянутым телом цилиндрической формы и очень короткими ногами. Это доисторическое животное смотрит прямо на нас, и, как кажется, на его морде с широкой пастью показалась самая настоящая ухмылка. Два острых, как ножи, клыка, расположенные в уголках рта, лишь подчеркивают его гротескный вид. Очевидно, мы потревожили пасшегося там представителя рода хилотерий – коротконогого носорога. Благодаря коротким ногам он держит голову низко над землей, что позволяет буквально скашивать траву своим грубым, шершавым языком.