Дао религии. Как лучшие духовные принципы работают на ваше счастье - Карен Армстронг

Работая с «четырьмя возвышенными состояниями ума», стоит включить в медитацию народ, который вы таким образом «узнаете». Распространите на них свое дружелюбие, сострадание, сорадование и невозмутимость. Подумайте о замечательных качествах страны или традиции, которую изучаете, ощутите благодарность за ее вклад в человечество. Однако не забывайте и об ее бедах, неудачах и преступлениях. Распространите на них свое сострадание. Вспомните о миллионах людей, которые причастны к этой традиции или являются гражданами этой страны: у каждого из них своя история и свои тяготы. Пожелайте им всего, чего желаете себе. И, наконец, отнеситесь к ним с «упекха»: их традиции могут быть столь же небезупречны, сколь и ваши, но это не мешает вам чувствовать к ним дружелюбие, сострадание и сорадование.

После того как перед вами начали раскрываться сложность и многогранность чужой страны или традиции, настало время приступить ко второму упражнению. Здесь затрагиваются вопросы еще более тонкие. Обратитесь к Библиографии в конце книги и найдите раздел под названием «Забота обо всех». В нем я перечисляю некоторые работы, посвященные нынешнему напряжению между Западом и исламским миром, – теме крайне актуальной, по которой у большинства людей есть свое мнение. Сначала прочитайте названия и прочувствуйте спектр обсуждаемых вопросов. Затем выберите одну книгу, которая, как вы ожидаете, отражает вашу точку зрения, а затем – книгу, которая предположительно стоит на иных позициях. Опять-таки вам не обойтись без «науки сострадания» и «принципа милосердия». Помните, «как мало мы знаем». По ходу чтения отмечайте для себя, в чем оба автора изменили ваш подход.

Не переходите к следующему шагу, пока не почувствуете, что ваша точка зрения начинает меняться. Разумеется, я не призываю отказываться от всех прежних мнений: скорее, уместно здоровое недоверие к тому, что Будда называл «слухами». В течение этого шага вы ведете сократический диалог с самим собой, порываете с «жизнью без исследования» и опасными племенными стереотипами.

Перед тем, как вы будете готовы сделать следующий шаг, возможно, вы захотите регулярно читать следующий буддийский текст. Он очень древний и замечательно увенчивает разговор о «четырех возвышенных состояниях ума».

Пусть все существа будут счастливы!

Слабые и сильные, высокие, средние и низкие,

Маленькие и большие, зримые и незримые,

Далекие и близкие, родившиеся и еще не родившиеся —

Пусть все будут совершенно счастливы!

Пусть никто никому не лжет и никого нигде не презирает.

Пусть никто из гнева или ненависти не желает зла ни одному существу!

Будем любить все существа как мать – своего единственного ребенка!

Пусть наши любящие мысли наполнят весь мир, вверх, вниз и вширь —

Без границ; наша любовь не знает препятствий, —

Беспредельная добрая воля, направленная на весь мир,

Неограниченная, свободная от ненависти и вражды.

Стоим ли, идем ли, сидим ли, ложимся ли,

Доколе бодрствуем, мы должны развивать эту любовь в своем сердце.

Это благородный образ жизни.1

...

...

...

В очень несчастливый период жизни Кристине Нобл (р. 1944) приснился удивительный сон: «По грязной дороге бегут голые ребятишки. Они убегают от напалмовых бомб, у одной девочки в глазах застыло такое выражение, что я беру ее на руки, защищаю и несу в убежище. А над детьми горит белый свет, на котором виднеются буквы: “Вьетнам”».1 С того момента Кристина была убеждена: непонятным для нее образом ее судьба связана с Вьетнамом, и однажды она будет работать с тамошними детьми.

Неудивительно, что сон произвел на нее такое впечатление. Ей выдалось очень тяжелое детство: даже сейчас, сорок лет спустя, при воспоминаниях у нее подступает комок к горлу, а в голосе появляется «оттенок страха».2 В двенадцатилетнем возрасте она стала ребенком дублинских улиц. Зимой спала в общественных туалетах, а летом под кустами в Феникс-парке. Она все время была голодна: как-то зашла в храм и стала есть подтеки воска со свеч перед статуей Христа. Священник увидел и выставил ее вон. Однажды ее изнасиловали двое мужчин. Когда они ее бросили потом на улице, в разодранном платье, истекающую кровью, с лицом в синяках и кровоподтеках, девушку пронзила мысль, «страшное осознание, что идти не к кому. Мне нужен был хотя бы один человек, который не будет считать, что я грязная, что я почти животное».3 После того раза Кристина забеременела, ее поместили в учреждение, а ребенка отобрали. В конце концов несчастной удалось попасть зайцем на пароход и добраться до Англии. Там она жила с греком по имени Марио, который плохо с ней обращался, но подарил ей трех детей. В то время ей и приснился сон.

Жизнь Кристины изменилась к лучшему, когда она ушла от Марио и с помощью нового партнера открыла бизнес в сфере общественного питания. И все же она не колебалась в своем убеждении, что призвана работать с детьми во Вьетнаме. В 1989 году, почувствовав, что время пришло, она отправилась в эту страну. Однажды она наблюдала, как две нищие девочки играют в уличной грязи. Одна из этих девочек улыбнулась ей и попыталась ухватить за руку. И тут на Кристину нахлынули воспоминания, воспоминания, которые она хотела прогнать и подавить. Она, было, зашагала прочь с мыслью: не хочу больше горя, не хочу больше трудностей. Однако в голове стучало: «Нет разницы между ирландской канавой и вьетнамской канавой. По большому счету, это одно и то же».

Внезапно прошлое и настоящее сошлись воедино, и Кристина осознала: вьетнамская девочка – это и есть ребенок, которого она видела во сне много лет назад. Плача, она так и осела в грязь. Она обняла детей и пообещала заботиться о них. Это стало поворотной точкой: «Здесь найдут разрешение боль, печаль и гнев моего ирландского детства. Я буду работать с уличными детьми Хошимина. Я останусь здесь. И здесь я найду счастье».4

Отныне Кристина посвятила жизнь уличным детям Вьетнама. С помощью богатых бизнесменов она основала сиротский приют, а впоследствии в Лондоне – «Фонд Кристины Нобл», который собрал тысячи долларов. Это помогло ей открыть в Хошимине в 1991 году Детский медицинский и социальный центр (всего спустя два года после первого приезда в страну). Сейчас есть филиалы во Франции, Соединенных Штатах и Австралии. Когда она только взялась за дело, друзья говорили, что никаких перспектив у него нету. «Один человек погоды не сделает», – уверяли они. Однако Кристина думала: «В юности мне нужен был всего один человек, который понял бы мои страдания… Один – это очень много». Жизнь доказала, что так оно и есть.5