Брюс Ли. Путь совершенства - Брюс Ли

В последнее время за рубежом, и в особенности здесь, в Гонконге, о джиткундо написано много. Тем не менее ни одна из этих статей не затрагивает суть; это всего лишь вопрос точности. Я первый признаю, [что] написать статью о джиткундо совсем не простая задача, на самом деле сложно написать, что такое джиткундо (ДКД), проще сказать, чем оно не является.

Не то чтобы меня это не заботило, но, возможно, чтобы не делать из ПРОЦЕССА ПРЕДМЕТ, сам я пока не писал о ДКД. Позвольте начать с дзенской притчи. Возможно, некоторым читателям эта история знакома, однако я выбрал ее за уместность. Не потому что дзен — таинственная «вещь в себе» или нечто особое. Напомнить историю всегда хорошо для разогрева восприятия, настроения и ума:

«Однажды узнать о дзен к мастеру пришел ученый муж. Пока мастер дзен рассказывал, ученый постоянно прерывал его словами:

— О да, у нас это тоже есть.

В конце концов мастер дзен замолчал и предложил выпить чаю, но продолжал подливать, даже когда чашка ученого переполнилась.

— Хватит! В мою чашку больше не вмещается! — воскликнул ученый.

— Вижу, — ответил мастер дзен. — Как же ты, не опустошив свою чашку, собирался пробовать мой чай?»

Разум говорит мне, что надежда тщетна, однако я все же надеюсь, что и те, кто погряз в предубеждениях, а также мои товарищи по боевым искусствам прочтут эти строки с открытым сознанием, отбросив бремя предвзятых представлений и выводов. Кстати, это само по себе уже акт освобождения — в конце концов, польза чашки в ее пустоте.

Соотнесите этот материал с собой, поскольку, хотя он о ДКД, прежде всего он о расцвете мастера боевых искусств, и не «китайского» мастера боевых искусств и так далее и тому подобное. Мастер боевых искусств в первую очередь человек, как все мы; национальность не имеет с боевыми искусствами ничего общего. Жизнь — это постоянный процесс общения, поэтому, пожалуйста, прекратите высокоумную болтовню, выходите из защитной оболочки изоляции, этого гордого заточения или чего-то там еще, и отнеситесь к сказанному НЕПОСРЕДСТВЕННО. Прекратите все это интеллектуальное или умственное бормотание, вернитесь к чувствам и помните, что я не стремлюсь ни заслужить ваше одобрение, ни на вас повлиять. Вместо того чтобы указывать и говорить: «Итак, это вот так», а «это так», я буду более чем доволен, если по прочтении этой статьи вы начнете учиться и исследовать все самостоятельно.

Истинное наблюдение начинается, когда человек избавляется от заданных установок; свобода самовыражения возникает, когда человек выходит за рамки системы.

Предположим, несколько человек, прошедших подготовку в различных школах боевых искусств, только что увидели бой. Я уверен, что после этого от каждого из них мы услышим разные версии. Это вполне понятно, потому что невозможно видеть бой «как он есть», боксер, борец, каратист, дзюдоист, кунгфуист или освоивший любой другой метод говорит со своей точки зрения, потому что он так часто ослеплен излюбленными приемами и, естественно, будет «интерпретировать» бой в соответствии с пределами своей конкретной подготовки.

Таким образом, всякая попытка описать бой на самом деле лишь одностороннее, зависящее от симпатий и антипатий представление о бое как он есть. Бой как таковой, простой и тотальный, явно не продиктован вашей подготовкой как «китайского», «корейского» или «любого другого» мастера боевых искусств. Истинное наблюдение начинается, когда человек избавляется от заданных установок; свобода самовыражения возникает, когда человек выходит за рамки системы.

Стиль — это систематизированный ответ на избранное кем-то направление.

Прежде чем мы перейдем к ДКД, давайте выясним, что такое классический стиль боевого искусства. Для начала мы должны понять непреложный факт: стиль создан человеком. Забудьте многочисленные красочные истории об их основателях — мудром таинственном монахе, особых, явившихся во сне посланниках, святом откровении, потоке золотого света и так далее. Стиль никогда не должен стать святой истиной, чьи законы и принципы запрещено нарушать. Человек, личность всегда важнее любого учрежденного и стерильного стиля.

Предположим, основателю стиля и удалось выразить часть истины, и даже если в процессе ее открытия он и не пытался организовать эту часть истины, после его смерти «его» постулаты, «его» векторы развития и, возможно, «его» главный вывод (который мы, друзья мои, постоянно учим, но к которому никоим образом не пришли) его учениками и последователями были превращены в закон. Выработался символ веры, установились подкрепляющие обряды, сформировалась раскольническая философия и, наконец, учредились институты. И то, что вышло из изменчивой личности основателя, застыло в виде фиксированного знания, систематизированного ответа в логизированной форме, законсервированной панацеи для тренировок масс.

Тем самым руководствующиеся благими намерениями последователи превратили это знание не только в святыню, но и в надгробный камень, под которым погребена мудрость основателя. Разумеется, в качестве естественной реакции на «другую истину» еще один основатель или, возможно, недовольный ученик организуют противоположный подход — так мягкий стиль стал ответом на жесткий стиль, внутренняя школа — на внешнюю школу и так далее. И очень скоро новый стиль тоже сделается крупной организацией со сводом непреложных законов и излюбленными шаблонами. Так начинается длительная борьба стилей, где каждый претендует на обладание сокрытой от всех «истиной».

Стили — это просто парциализированные и организованные части единого целого.

Если мы честно посмотрим на реальность боя, какова она на самом деле, а не на ту, какой нам ее хотелось бы видеть, я не сомневаюсь: мы обязательно заметим, что стиль склонен провоцировать корректировки, пристрастность, осуждение и множество оправданий. Короче, предлагаемое решение и есть причина проблемы, ставящая ограничения и преграды на пути естественного роста и, как следствие, препятствующая подлинному познанию.

Печальный факт состоит в том, что поскольку стили, как правило, идейно различаются и, следовательно, противостоят друг другу, людей они не сплачивают, а разъединяют.

Истину нельзя структурировать или ограничить.

Никто не может выразить себя целиком и полностью, опираясь на набор шаблонов. Бой «как он есть» тотален, включает все, «что есть» и «чего нет», без учета шаблонных линий или углов, он безграничный, всегда свежий и живой, он невычисляем и постоянно меняется. Бой явно нельзя свести к личным предпочтениям, внешним условиям жизни или физическим кондициям человека, хотя это часть тотальности боя. Тем не менее именно такая шаблонная «особая защита» или «костыль» ограничивает и блокирует естественный рост занимающегося боевыми искусствами. На деле многие занимающиеся так прикипают к своим «костылям», что уже не способны без них передвигаться. Поэтому любая особая техника, неважно, насколько она классически правильная или продуманная, на самом деле — болезнь, если человек ею одержим. К сожалению, многие из практикующих боевые искусства, как в прошлом, так и сегодня, нередко угождают в ловушку подобных навязчивых идей. Они постоянно ищут наставника, «удовлетворяющего» их особые болезненные наклонности.