Происхождение. Как Земля создала нас - Льюис Дартнелл

Однако золотой век оказался недолгим. Примерно 13 000 лет назад климат в этом регионе Ближнего Востока и во всем Северном полушарии резко ухудшился, и такое положение сохранялось больше тысячи лет. Это событие называется «поздний дриас», и оно состояло в том, что всего за несколько десятилетий климат снова стал гораздо холоднее и суше. Считается, что такое резкое возвращение к условиям ледникового периода и послужило причиной опорожнения озера Агассис.

Внезапный выброс воды из этого огромного озера привел к тому, что «крышка» пресной воды разлилась поверх Северной Атлантики, что временно отключило все океанские течения. Сегодня в океанах налажены мощные конвейеры циркулирующих течений, которые переносят тепло с экватора к полюсам. Это называется «термогалинная циркуляция», и она вызвана разницей температур и солености морской воды. Ветер гонит теплые поверхностные воды от экваториальной зоны планеты в высокие широты – к этому мы вернемся в главе 8; в частности, таков Гольфстрим, который доставляет тепло и влагу с Карибского моря в Северную Европу. По пути на север в результате испарения вода становится солонее и к тому же остывает. И то и другое повышает плотность воды, поэтому ближе к полюсам она опускается на дно океана и возвращается к экватору на глубине. При опускании полярные воды увлекают за собой еще больше воды, и таким образом течение поддерживается. Однако когда в Северный Ледовитый океан разом обрушилась масса пресной воды из исчезнувшего озера Агассис, «нагнетатель солености» в этом конвейере резко остановился. Отключение океанской системы циркуляции, которая перераспределяла тепло с экватора, мгновенно погрузило основную часть Северного полушария обратно в разгар ледникового периода[128].

Для натуфийцев климатический кризис – резкое похолодание и сокращение количества осадков – привел к превращению их родных мест в бесплодные голые степи, где не было ничего, кроме колючего кустарника, а обильные лесные источники пищи исчезли прямо на глазах. Однако натуфийцы, по крайней мере некоторые, в поисках выхода из положения отказались от зачаточно-оседлого образа жизни и вернулись к бродяжничеству. Но некоторые археологи полагают, что поздний дриас подтолкнул другие культуры к отказу от охоты-собирательства и к изобретению сельского хозяйства. Раньше они постепенно перемещались все дальше и дальше в поисках прокорма, а теперь приносили семена домой и сажали их в землю – первый шаг к окультуриванию. Признаком такого развития событий посчитали набухшие зерна ржи, обнаруженные археологами в натуфийских деревнях. Такое утверждение спорно, но если так, натуфийцы были первыми в мире земледельцами. Так что тяготы внезапной перемены климата привели к изобретению, навсегда изменившему наш образ жизни[129].

Даже если натуфийцы не были первыми в мире сеятелями, у них уже сложилась культура оседлой жизни, поэтому, вероятно, они оказались уникально приспособленными для первых экспериментов с сельским хозяйством, к чему их и подтолкнула определенная последовательность событий планетарного масштаба – излитие озера Агассис, остановка системы циркуляции в Атлантике и резкий поздний дриас. Однако не прошло и нескольких тысяч лет, планета отогрелась после последнего ледникового периода, и примеру первых сеятелей последовали и другие народы по всему миру. В период между 11 000 и 5000 лет назад сельское хозяйство возникло на Земле по крайней мере в семи местах.

Хотя анатомически современные люди появились в Африке около 200 000 лет назад, с точки зрения поведения наши предки стали современными лишь в период между 100 000 и 50 000 лет назад. Теперь они обладали такими же лингвистическими и когнитивными способностями, как мы, жили в общественных группах и умело делали и применяли орудия труда и пользовались огнем. Они как следует хоронили мертвых, шили одежду и создавали впечатляющие произведения искусства, изображавшие самих творцов и окружающий мир природы – наскальные росписи и скульптуры из кости и камня. Они прекрасно охотились, рыбачили и собирали самые разные съедобные растения. И даже начали растирать дикие злаки в муку примитивными жерновами[130].

Как мы знаем из последней главы, начиная с 60 000 лет назад человечество мигрировало из Африки и расселилось по всему земному шару. Однако первые уверенные шаги в направлении земледелия и оседлости были предприняты не раньше 11 000 лет назад, и этот переход получил название «неолитическая революция». Североамериканский ледниковый щит быстро таял, но все же еще покрывал больше половины Канады, когда сначала в Плодородном полумесяце на востоке Средиземноморья, а вскоре после этого в долине Хуанхэ на севере Китая уже окультурили первые растения[131]. Прошло всего несколько тысяч лет, и это научились делать наши предки в нескольких других уголках планеты. Земледелие зародилось и в Сахеле на севере Африки, и в низинах Мезоамерики, и в Андско-Амазонском регионе Южной Америки, и в лесах востока Северной Америки, и в Новой Гвинее[132]. Прожив 100 000 лет собирателями-охотниками ледникового периода, разные племена на Земле после потепления на планете встали на путь к земледелию и цивилизации, что навсегда преобразило наш биологический вид.

Как будто кто-то выстрелил из стартового пистолета. Какие же силы планетарного масштаба стояли за этой вехой в человеческом существовании?

Нельзя сказать с уверенностью, почему людям в разных точках планеты впервые пришло в голову нарочно сажать семена в землю и старательно ухаживать за растениями, что положило начало процессу окультуривания и селекции растений. Развитие земледелия, вероятно, подхлестнул период благоприятного климата, благодаря чему попытки выращивать урожай стали менее рискованными и более соблазнительными, а может быть, наоборот, резкое ухудшение местных условий вроде позднего дриаса, которое побудило оседлую общину искать другие способы прокормиться[133]. Так или иначе, очевидно, что конец последнего ледникового периода сыграл в этом важнейшую роль.

Пожалуй, нет ничего удивительного в том, что человечество не осело и не начало возделывать землю во время ледникового периода, хотя дело здесь не столько в холоде. Хотя северные льды расползлись далеко за пределы Арктики и покрыли почти все высокие широты Европы, Азии и Америки, лютый мороз стоял не везде. В тропиках температура была всего на градус-другой ниже нынешней. И хотя Земля ледникового периода, как мы теперь знаем, была в целом суше, но все же не настолько, чтобы препятствовать развитию земледелия[134]. Скорее всего, главным препятствием оказался не сам по себе неблагоприятный климат, слишком сухой или холодный, а его крайняя переменчивость. Местный климат и количество осадков менялись резко и непредсказуемо[135]. Если какие-то племена ледникового периода и отваживались на рискованные эксперименты с окультуриванием растений, их труды, скорее всего, шли насмарку из-за очередного перепада погоды. Даже в более поздние периоды нашей истории случалось, что самые прочные цивилизации рушились, когда местный климат внезапно становился засушливым и земледелие лишалось необходимых ресурсов: так было с цивилизацией долины Инда, с Древним царством в Египте и с классической цивилизацией майя[136][137]. А для межледниковых периодов, в том числе и того, в котором мы живем, характерны относительно стабильные климатические условия. Скажем, последние 11 000 лет нынешнего межледниковья – голоцен – были самым продолжительным стабильно-теплым периодом за последние полмиллиона лет[138]. А повышение уровня углекислого газа в атмосфере после последнего ледникового периода, которое резко подхлестнуло рост растений, было явлением глобальным, а значит, может объяснить, почему разные культуры по всему земному шару изобрели земледелие практически одновременно[139]. Такие условия – стабильные, теплые, влажные – в регионах, где хорошо росли злаки с крупными семенами, подталкивали местных жителей самостоятельно выращивать некоторые виды и селиться оседло, вместо того чтобы странствовать. Похоже, межледниковые периоды – необходимое условие для земледелия.