Дневник автоледи. Советы женщинам за рулем - Катя Каренина

К.: Ляйсан, а у тебя какая манера вождения?

Ляйсан Утяшева: Ты знаешь, у меня сейчас тоже лозунг — это безопасность, здравое такое мышление за рулем. Даже если вдруг меня подрезают, я не реагирую, я просто пытаюсь вот эту аварийную ситуацию как-то обыграть, чтобы еще не создать сзади аварийную ситуацию.

«Порш Кайен», несмотря на то что он спорт, но мне в нем удобно, потому что я ему доверяю своих детей. Понимаешь? Это первый случай, когда я стала по Москве перевозить, брать с собой Роберта, а Роб он безумно любит машины. С кем тебе интересно будет поговорить, и вы найдете много общего с Робертом Волей. Ему 3 года, он разбирается. Например папа ему говорит: «Какая машина едет?» «Ламборджини». «А что за Ламборджини?» «Авентодор». 3 года парню. Я не знаю, что это «Авентодор». Он разбирается. Мы так учили цвета. Роберту было неинтересно. А вот если ты ему показываешь «Феррари» и говоришь — какого цвета «Феррари»? — он говорил: «Кра», — красный, когда еще не выговаривал.

К.: Как ты считаешь, машина может изменить характер человека? Или какую-нибудь судьбоносную встречу, допустим, навеять?

Ляйсан Утяшева: Как раз таки в тот момент, когда мы с Пашей уже начали дружить, он был водителем «Порше», помнишь, у него был весь в обвесе, карбоновый, черный?

К.: Да.

Ляйсан Утяшева: Просто оригинальный был только люк. И самое смешное, что когда он за мной подъезжал, мы с ним дружили в этот момент, подъезжал забирать меня из дома, это было очень смешно, когда я садилась в его машину, помнишь, его трек еще крутили по радио: «Все будет офигенно»? И он говорил: как будто я парень, который для тебя песню записал. Он все время вот так. И с этих пор мы вместе, да, это была судьбоносная встреча.

К.: Павел, здравствуйте. У вас шикарная супруга. Она второй раз у нас в программе.

Павел Воля: А я вам скажу, что я обломался. Я, на самом деле, шел с вопросом, что ты за хмырь, катаешь мою жену на машине. А выясняется, что тут женская компания.

Ляйсан Утяшева: Расскажи, пожалуйста, про «Кайен», потому что я толком не смогла рассказать про наше авто.

Павел Воля: Ребята, я влюблен в него, знаете, с какого момента? С момента, когда у меня появился первый «Кайен», самый первый, самый старый кузов. Он бы весь переделан.

К.: Почему у вас такая яркая машина, чтобы все видели, а у супруги такая поскоромнее, чтобы все скромно было?

Павел Воля: Москва — опасный город. Ездят небритые мужики на «Гелендвагенах», заглядывают, говорят: «Вишь, вишь, давай знакомиться, ты». Только с этими целями. Только с этими целями. А я езжу, привлекаю внимание. О, пацанчик. Не, проезжайте дальше, я не по этой теме.

Катя Каренина о спокойствии, понимании и плохих инструкторах

Я ко многому на дороге спокойно отношусь. Во-первых, я инструктор, а это занятие в принципе делает людей более уравновешенными и понимающими. То есть мне ясно, почему, например, вот этот человек именно так в тот или иной момент за рулем поступил. Моя подруга, с которой мы периодически вместе куда-то ездим, не понимает многого и раздражается гораздо чаще. А я прекрасно вижу: вот тут недоучили, недоработка инструктора, не показали ей вот этого, вот этого, и поэтому она не чувствует ситуации совершенно. Это не она плохая, это учили плохо. Конечно, бывают и совсем дебильные ситуации. Например, человек перестраивается, вливается в поток, и делает это не на ускорении, а на торможении. То же самое с поворотом: подъезжает к нему, оттормаживается в пол, а только потом уже включает поворотник. А человек, который едет сзади, не понимает, что вообще происходит.

А бывает, что ты едешь, наблюдаешь учебную машину и сразу понимаешь, хороший инструктор на пассажирском сидении или нет. Едут они, допустим, за троллейбусом, уткнувшись в него, а потом стоят с поворотником, пропускают десять машин. Ну и какой смысл включать поворотник, если идет поток? Едешь и едешь, увидел свободное место, показал маневр, перестроился. Когда основной поток идет со скоростью 60, а ты стоишь в пол, то вряд ли кто-то сжалится, остановится и пропустит тебя — так можно и в зад получить. Таких нюансов в городском вождении много. Для себя я, однако, поняла, что быть инструктором по городскому вождению я не могу, мне проще все объяснить на полигоне — парковки, габариты и прочее. Вторые педали — они ведь даже на автомате не очень-то могут спасти ситуацию. По идее, нужен не только второй тормоз, но и второй газ. Что мне даст вторая педаль тормоза в ситуации, когда нужно быстро ехать? Так что нет, инструктаж по городскому вождению — не мое.

А на полигоне у меня есть принципиальное условие — я работаю по рации. Максимум первые полчаса могу поездить с человеком рядом, и то если он совсем новичок. Дальше учащийся у меня ездит сам, а я стою в стороне и наблюдаю. Поворот руля я вижу по положению колес, а так как машина не тонирована спереди, я вижу и посадку, и руление, и положение рук на рулевом колесе, и все остальное. Кстати, такое положение дел обязательно и в школе «БМВ», и «Ауди», и других крупных школах при концернах. Считаю этот принцип преподавания наиболее правильным чтобы не давить на учеников морально-сидя рядом.

Частенько ко мне приходят и говорят: вот этого мы не знаем, вот этому нас не учили. Банальный момент: запутался ты в руле на парковке, бывает такое: вроде ты понимаешь, что колеса у тебя прямо, а на деле они повернуты на один оборот влево или вправо, но руль у тебя прямо стоит. Ты до упора колеса поворачиваешь вправо или влево, полтора оборота отсчитываешь, и вот у тебя колеса стоят прямо. Так у всех среднестатистических автомобилей — от 1,5 до 1,8 полного оборота. То есть половинка и еще один оборот. И не надо вылезать в окно, смотреть, как у тебя стоят колеса, что и где. Таким фишкам не учат в автошколах.

Есть, конечно, исключения. У меня на «Эвике» один оборот руля. На газели — два с половиной. Но я же имею в виду среднестатистическое авто.

Как я уже говорила, я практик, а не теоретик. Сложно учить вождению по книге или телевизору. Чтобы ездить — нужно ездить. Нужно сформулировать проблемы, добраться до полигона и инструктора и там их решить. Основной совет — не надо лезть на рожон. Нельзя из первого класса пойти в одиннадцатый. В третий можно, но не в одиннадцатый. Невозможно тому, чему ты учишься всю жизнь, сразу научиться. Никогда не поздно себя совершенствовать!

К.: Ты со своим столом, что ли? Я предлагаю покататься. Вот стоит прекрасная машина. У всех автомобилей, у всех своих гостей, которых я спрашиваю, либо 2107, либо 2108, из первых автомобилей, а у тебя было что-то очень-очень необычное. Расскажи.

Вера Брежнева: Первая машина, на которой я конкретно училась водить в сознательном возрасте, это была «БМВ» троечка, маленькая такая, уютная, удобная машина. Она была у моего молодого человека. И я, собственно говоря, слава богу, ему ее не угробила.