Супербоги - Грант Моррисон

А еще есть «Международный Комик-кон» в Сан-Диего – Рабле пополам с Феллини на ракетном топливе, парк аттракционов двадцать первого века, где все навеки останутся супергероями. Сей привет из грядущего требует отдельной книги, но это будет другая книга.

Достаточно сказать, что Сан-Диего, как мы это называем, – крупнейшая в мире ярмарка поп-медиакультуры и фестиваль пограничного безумия, и с каждым годом он разрастается, все больше людей приезжают посмотреть, как целый город сдирает с себя штатское и преображается в страну Оз в жанре фантастики, хоррора или порно.

Приехав впервые двадцать лет назад, я видел, как молодого человека в костюме Зеленого Фонаря гонят по Главной улице злые морпехи. В этом году впечатление складывалось такое, будто страницы комиксов и фэнтезийных романов, а также стекло телеэкранов разлетелись на куски, взорвались и заполнили собой три павильона размером с ангары, а потом излились наружу, заполонили и сюрреализировали все гостиничные бары, все вестибюли мотелей, все городские кварталы на многие мили вокруг, населив их монстрами, фам-фаталями и самопальными супергероями. «Комик-кон» в Сан-Диего должен хоть раз пережить каждый. Это генеральная репетиция завтрашнего дня, когда Second Life из второй жизни превратится в первую.

Должен сказать, всякий раз, когда я туда приезжал, аудитория мне попадалась молодая, воодушевленная, вежливая и умная. Люди, которые врубаются в мои истории, – ровно те, кому я и желал эти истории полюбить, и практически со всеми я ладил. Они не казались мне жуткими, или нердами, или гиками, или какой тут годится маркетинговый ярлык, но, надо думать, ими-то и были и они, и мы все.

И поэтому золотая медаль навсегда присуждается Шеффилду.

Супергерои множились – гнездились на афишах местного кинотеатра, оседлав здания, выше Ultimate-версии Великана. Больше всех из такого положения вещей выжимала «Марвел», запустившая целый кордебалет супергероев, перенося их обаяние со страниц на экраны и насыщая растущий голод. Страшные времена и супергеройские фильмы идут рука об руку, как грязь и мыло.

«Сорвиголова» 2003 года успешно передавал атмосферу католических страданий и угрызений, так оживлявших комикс Фрэнка Миллера «Рожденный заново», по приблизительным мотивам которого и снимали кино, но трюки на тросах получились заезженные, и все персонажи имели привычку в бою скакать как кузнечики. Бульварный подход Миллера лучше удался в более поздних экранизациях его графических романов «Город грехов» и «300». «Сорвиголова» был смелой попыткой превратить витражный нуар Миллера в правдоподобную супергеройскую франшизу про жизнь городских улиц, но из нутра фильма пробивалось раздраженное нытье. Когда мы впервые встречаемся с героем, он устраивает погром в кабаке, делает отбивную из невинных, казалось бы, завсегдатаев почти в полном составе, никак не объясняя и не извиняясь за жестокость.

Следующей на конвейере стала «Лига выдающихся джентльменов». В отличие от Сорвиголовы и Человека-Паука, родившихся в шестидесятых, «Лига» была новым комиксом, совместной работой Алана Мура и Кевина О’Нила. Комикс вышел в 1999-м, но действие происходило в 1898-м, и среди персонажей было несколько знаменитых героев поздневикторианской приключенческой литературы – многие впоследствии стали прототипами персонажей вселенной «Марвел» и в свете газовых фонарей собрались в некое воинское общество, открывшееся следующей эпиграммой:

«Британская империя всегда с трудом отличала своих героев от своих чудовищ».

«Лига выдающихся джентльменов», объединившая Человека-Невидимку Г. Дж. Уэллса, Аллана Квотермейна Г. Райдера Хаггарда, героиню «Дракулы» Мину Харкер, доктора Джекила и мистера Хайда (которые здесь выступают этаким прото-Халком) и Капитана Немо под водительством Кэмпиона Бонда (дедушки Джеймса) и его босса М., то есть Мориарти, сражалась с врагами империи.

Подобно поразительным зоологическим диковинам, сооруженным викторианскими таксидермистами из лишних клювов и лемуровых хвостов, «Лига выдающихся джентльменов» была восхитительным, возмутительным утконосом Франкенштейна. Серия продолжается до сих пор[297], вбирает в себя целые литературные континуумы и сплетает из них бесшовный холст, на котором «История О» оборачивается тайной главой из жизни Орландо Вирджинии Вулф[298], а Билли Бантер учился в шпионской школе вместе с папой Эммы Пил и оруэлловским О’Брайеном[299]. Самое свежее приключение 1910 года свело персонажей «Трехгрошовой оперы» Брехта с Джентльменом-Вором Раффлсом, Карнакки – охотником за привидениями и выпавшим из времени Нортоном Иэна Синклера[300].

Фильм, что неудивительно, сильно недотягивал до размаха книги Мура, а стимпанковский антураж рубежа девятнадцатого и двадцатого веков диссонировал с модой на приземленное и современное. Сценарий написал английский комиксист Джеймс Робинсон, продюсером выступил Дон Мёрфи (муж моей подруги Сьюзен Монтфорд – я сыграл Романа Полански в ее короткометражке «Незнакомцы»). Про Дона напишут книги получше моей (уже, собственно, написали, и я рекомендую вам «Убийственный инстинкт» Джейн Хэмшер – о том, как снимались прекрасные «Прирожденные убийцы» Оливера Стоуна), но здесь достаточно будет отметить, что его кинокомпания называется «Angry Films»[301] не просто так. У Мёрфи, которого знаю я, есть и человечная сторона, но не хотелось бы рассказами о его доброте и юморе подорвать ему грозную славу. На афтерпати «Лиги» я очутился в нескольких футах от сэра Шона Коннери, блудного отца Шотландии, но мне удалось с ним только поздороваться.