Первый турнир - Студия «Медиа Основа»

самое интересное. Задачи-головоломки, где нужно было восстановить пропущенные числа или расставить знаки действий так, чтобы получить верное равенство.

А завершающей частью урока стали ребусы, где цифры прятались в картинках. Весь класс гудел, как улей, выкрикивая догадки. Даже вечно витающий в облаках Петро увлёкся, пытаясь разгадать, сколько яблок спрятано за шифром.

Когда прозвенел звонок, Марк даже вздрогнул – время пролетело незаметно. На доске горел последний слайд: они достигли «Острова Математика».

– Наше первое плавание завершено, – сказала учительница. – Но впереди целый год открытий. Мы вспомним всё о натуральных числах, познакомимся с десятичными дробями, опустимся в глубины обыкновенных дробей и исследуем материк геометрии!

Марк закрыл тетрадь с чувством лёгкого изумления. Урок кончился, а ощущение маленького приключения осталось. Он посмотрел на Семёна, тот убрал в рюкзак учебник математики, а вытащил историю для 5-го класса.

– Нормально поплавали? – спросил Марк.

– Ага, – кивнул Семён, и его разноцветные глаза весело блеснули.

Между уроками была небольшая передышка. Мальчишки высыпали в коридор – кто к кулеру, кто просто постоять у огромного окна, глядя на бесконечный дождь. Марк сделал несколько глотков прохладной воды: после тренировки всё время хотелось пить. Рядом, облокотившись на стену, стоял Артём и смотрел в телефон, а Петро что-то громко доказывал Никите, жестикулируя.

Марку подумалось: разве друзья не должны на перемене стоять своей отдельной компанией? Может быть, конечно, он ждёт от соседей слишком многого, слишком быстрой дружбы… Они ведь знакомы всего второй день!

Вместо звонка прозвучала короткая приятная мелодия. В другие классы заходили ученики других возрастов – и младше, и старше. Кажется, на сайте академии было сказано, что в ней обучаются всего около ста человек.

Марк со сверстниками вернулись в прежний светлый кабинет, но атмосфера в нём уже изменилась. Учитель истории, молодой мужчина лет двадцати пяти, ждал их, расхаживая у интерактивной доски. У него были тёмные, чуть вьющиеся волосы, очки в тонкой оправе и… смешные аккуратные усики, которые делали его похожим на профессора-оборотня из фильмов про Гарри Поттера.

– Рассаживаемся, – пригласил он. Голос у него оказался негромким, но все сразу притихли. – Сегодня, господа, поговорим о вдохновении. Часто говорят: «Посетила муза». А кто она, эта дама? Откуда пришла?

Он щёлкнул кликером, и на доске появились девять муз в струящихся одеждах. И Марку вдруг вспомнилось: складки их хитонов, эти белые силуэты, точь-в-точь как простыни, в которые заворачивались мальчишки прошлой ночью.

Учитель начал рассказывать.

– Это девять сестричек, дочери самого Зевса и богини памяти, Мнемосины. Кстати, отличный псевдоним для рэпера! – Он хитро подмигнул. Было забавно, как этот серьёзный мужчина пытается установить контакт с молодёжью в классе. Все захихикали именно над этим, не над шуткой.

– И каждая муза – покровительница какого-нибудь благородного дела. Поэзии, танца, музыки… А вот эта, – учитель ткнул указкой в одну из фигур, – моя коллега. Муза истории – Клио. Любит летописи, свитки и напоминает нам о том, чего мы можем достичь, если не будем лениться. То есть, по сути, древнегреческий мотивационный коуч…

Класс снова засмеялся. Марк тоже слушал и улыбался. Такого забавного учителя истории у них в старой школе точно не было!

Тут что-то ткнулось ему сзади в правое плечо. Марк обернулся. Сосед протянул ему что-то в зажатом кулаке. Марк развернул смятый листок из тетради в клетку.

На листке была нарисована карандашом… муза. Но совсем не такая, как на слайде.

Это был здоровенный качок с бицепсами, где вместо мышц на его руках были огромные футбольные мячи. Подпись кривым почерком гласила: «МУЗА ФУТБОЛА». А внизу, тоже от руки: «ДОРИСУЙ И ПЕРЕДАЙ».

Марк хохотнул, прикрыв ладонью рот. Он взял ручку, подумал секунду и старательно нарисовал на ногах качка-музы два высоких футбольных гольфа. И украсил их маленькими цветочками, потому что почему бы и нет? Забавно же! Смешно, когда что-то грубое сочетается с чем-то нелепым и милым.

Марк аккуратно сложил листок и стал ждать, когда учитель отвернётся к доске.

В это же время подумалось: а что, если и правда у всего на свете есть свой невидимый покровитель? И где-то там, среди облаков Олимпа, есть тот, кто отвечает за точные пасы, за попадающий в ворота удар, за дружбу, которая рождается в школьных коридорах или на поле? А вдруг Марк обидел эту футбольную музу своим рисунком и теперь у него ничего не будет получаться?

И сам усмехнулся: да ладно, у музы должно быть чувство юмора!

Учитель отвернулся. Марк передал дорисованную записку вперёд.

Парень, сидевший за первым столиком, высокий, с аккуратно выбритой на левом виске молнией, развернул листок, его губы дрогнули.

– Муза футбола… в гольфах с цветочками? – громко произнёс он. – Оригинально, конечно.

Несколько ребят за столами второго ряда, такие же подтянутые и «правильные», фыркнули. Учитель истории, увлечённый рассказом о музах, этого не заметил.

Парень с молнией повернулся и посмотрел на Марка.

Взгляд его скользнул сверху вниз, неторопливо, как сканер. Задержался на рычащем динозавре.

– А, так ты любишь нелепый стиль!

Затем он сделал презрительное лицо:

– Это что за джинсы? Что за рубашка, футболка? Неужели дома не нашлось хотя бы одной нормальной вещи?

Учитель одёрнул парня: «Гордей! Тише!»

Но тот продолжил, как только учитель отвернулся:

– Хорошо хоть для зала тебе выдали форму…

У Марка внутри всё сжалось. Лицо загорелось от стыда. Он знал, что у него нормальные вещи, парень с молнией просто его цепляет, просто хочет вывести на эмоции и поддаваться нельзя. Вообще не стоит никак реагировать: ни отвечать, ни показывать гнев. Но было сложно.

Родители часто говорили Марку, что в таких ситуациях нужно просто сказать себе: «Я выше этого!» Сам же Марк считал, что иногда – в крайних случаях – обидчику можно и врезать. Потому, пока всё не дошло до крайности, он решил быть всё-таки «выше этого» и просто молчать.

Гордей слегка приподнял бровь, как взрослый, наблюдающий за неловкостью ребёнка, потом развернулся к доске, демонстративно потеряв интерес. Надо же, Марк легко отделался…

Записка, смятая теперь уже в тугой шарик, упала на пол и закатилась под учительский стол. Муза футбола в цветочных гольфах была потеряна.

Марк заметил: Гордей повёл взглядом по классу в поисках новой забавы. Его внимание привлёк мальчик во втором ряду. Тот был самым маленьким в классе, а его светлые волосы, спадавшие прядями на плечи, делали его похожим на героя из старой сказки. Не хватало только красного кафтана, расшитого золотом.

Мальчик пристально смотрел на «молниеносного».

– О, у нас тут царевна завелась, – громко, с ухмылкой заметил Гордей, кивая в его сторону. – Ты чего так смотришь?

Окружение снова засмеялось.