Дори-фантазерка. Знакомьтесь, Дори! - Эбби Ханлон

Теперь, когда я могла без опаски покинуть убежище, я подошла к накрытому столу. Села рядом с миссис Гоббл Крекер, потому что не хотела пропустить момент, когда она начнёт задыхаться и упадёт замертво. Хи. Хи. Хи. Мы с мистером Нагги завели вежливый разговор.

– Вы любите мороженое? – спросила я миссис Гоббл Крекер.

– Ничего более мерзкого даже придумать не могу, – буркнула она.

– У вас есть мобильный телефон? – спросил мистер Нагги.

– Нет, но так охота заиметь. Можешь мне достать?

– Ммм… – Мистер Нагги явно не знал, что ответить.

– У вас есть кошка? – перевела я беседу в другое русло.

– Я её съела, – сказала она. – Случайно.

– О, значит, вы, наверное, не вегетарианка, – сказала я.

– Нет. Но я их ем. У нас сегодня на обед вегетарианец?

– Нет, у нас суп, – сказал мистер Нагги. – Обычный суп.

Всё шло гладко, пока не вернулся с работы папа и не уселся на миссис Гоббл Крекер.

– Занято? – Папа явно не понимал.

– Ты сел на миссис Гоббл Крекер! – говорю. – Передвинься, пожалуйста.

– Сегодня был ооооооочень долгий день, – сказала мама папе.

Наконец все расселись правильно. Мистер Нагги подал суп миссис Гоббл Крекер. Она взяла ложку и попробовала.

– Вкуснота! – приговаривала миссис Гоббл Крекер, черпая ложку за ложкой.

Суп стекал у неё струйками по подбородку. Суп не сработал. Ничего не произошло. Никакие перья не полезли из ушей. Никакие глаза не повытекли йогуртом. Мне конец.

Мистер Нагги шепнул:

– Прости. Наверное, я упустил какой-то ингредиент.

– Ой! – взвизгнула миссис Гоббл Крекер. Это Мэри лягнула её под столом.

– Спасибо за попытку, Мэри, – сказала я.

Но теперь меня ничто не спасёт.

Вероятно, миссис Гоббл Крекер отволочёт меня в свою пещеру и вместо молока будет лить мне воду в хлопья, и укладывать спать слишком рано, и не позволит прыгать по дивану, и не поведёт в библиотеку, и слопает все конфеты, что я насобираю в Хэллоуин, и, делая покупки, будет всегда забывать про соль для ванны с пузырьками, и класть в коробку для завтраков отсыревшие бутерброды, и скажет, что я выросла из своих ночных рубашек, и отдаст их все каким-нибудь малышам, и когда наступит пора зажигать свечи на моём деньрожденском торте, она не сможет найти спички, и… и… и, может, даже сварит меня в большой кастрюле.

– Я буду по вам скучать, – сказала я своим домашним. – Я была таким прекрасным ребёнком, но теперь меня забирают навсегда.

– Пока! – сказала Виолетта.

– Прощай! – сказал Люк.

По дороге к двери уголком глаза я заметила в гостиной куклу Вишенку в люльке. И вдруг поняла, что ничья помощь мне не нужна. Я сама могу себя спасти.

Я вырвалась из рук миссис Гоббл Крекер и бросилась в комнату за Вишней. Схватила и подняла повыше, чтобы миссис Гоббл Крекер увидела её.

Она поглядела на Вишню. Потом на меня. И снова на Вишню. И снова на меня. Я вдохнула побольше воздуха и постаралась выглядеть очень взрослой.

– Хмм, – сказала она, выхватывая у меня Вишенку.

Я открыла ей дверь – и всё, миссис Гоббл Крекер удалилась со старой глупой куклой.

Потом я услышала крик.

Это мама. Она нашла мой гигантский форт.

Долго, очень долго я ликвидировала форт. Потому что всё время забывала, что ликвидирую.

– Вруша, спать пора!!! – крикнула мама. – Чисти зубы!

Со щёткой во рту я попрощалась с мистером Нагги. Он переоделся в обычный свой костюм и спешил домой, к жене.

И в этот момент в ванную со слезами ворвалась Виолетта:

– Я не могу найти Вишенку! Я уже везде искала! Она исчезла!

ОЙ-ОЙ! ГДЕ КУКЛА?

– Я мигом, – говорю.

На цыпочках я спустилась в тёмную гостиную. Ох! Куда я положила Вишенку? Отдала миссис Гоббл Крекер, разумеется. Но что я НА САМОМ ДЕЛЕ с ней сделала? Думай, думай, думай, велела я себе, проверяя все привычные тайные местечки… Холодильник, туалет, посудомоечную машину, помойное ведро, под диваном, в диване, под ковром, на втором этаже… В каждом шкафчике, и под кроватями, и в ванне…