Большая книга ужасов – 84 - Сергей Сергеевич Охотников

отчаянно размахивая руками, из последних сил задирая голову. Кажется, причал приближался. На мгновение я увидел Стёпу. Он размахнулся и кинул верёвку. Привязанный груз полетел далеко, но не точно.

Пшшш – мёртвые пальцы разодрали жёлтый пластик жилета, и я стремительно пошёл ко дну.

Прохладная тьма сомкнулась над моей головой, обожгла лицо, затопила ноздри болотным запахом. Я продолжал барахтаться, отчаянно размахивая руками. Воздух в моих лёгких стал едким и колючим.

«Вот и всё», – мелькнула мысль в моей голове.

Глава 11

Тьма в конце тоннеля

Хлюп! Что-то плюхнулось в воду прямо над моей головой.

– Ты ведь не оставишь меня? – Голос Алёны прозвучал откуда-то из самых глубин озера. – Не оставишь?

Чёрная вода необъяснимым образом усиливала звук, он то отдалялся, то приближался, шептал с одной стороны и гремел с другой.

«Качество получше Dolby Digital». – Мысль рассмешила меня, вернув к жизни. Мои непослушные деревянные пальцы смогли ухватить брошенную с берега верёвку.

– Не уходи… – застонало озеро.

– Не бойся, он никуда не денется, – грубый мужской голос был знакомым… и пугающим. Он пришёл не со дна, а с дальнего берега. Казалось, ещё мгновение – и я смогу вспомнить, смогу разгадать страшную загадку. В следующую секунду чёрная жижа разошлась над моей головой и сладкий колючий воздух устремился в лёгкие. Снова дышать – вы не представляете, насколько это круто! Чёрная вода стекала по лицу и застила глаза, поэтому я не мог видеть происходящее на берегу, но услышанное давало надежду. Кто-то громко кричал:

– Сдавай назад! Цепляем верёвку к фаркопу – и по газам!

Когда меня дёрнуло и с силой потащило к берегу, я смог перевернуться на спину и увидеть небо. Тёмные грозовые тучи собирались над лесом. Кажется, в этот день хорошей погоды было ровно столько, чтобы нас увезли на лодочную экскурсию. Вот первые капли дождя упали мне на лоб. От запаха свежести тут же исчезал тухлый болотный смрад, озёрная вода тоже начала очищаться. Чернота отступала. Через пару минут я уже лежал на тонкой полоске песка у вросших в берег корней деревьев.

– Эй, малец, с тобой всё в порядке? – Сверху надо мной появилась седая голова завхоза.

Я кивнул.

– Тогда верёвку отпусти.

– Хорошо. – Я тяжело выдохнул и попытался разжать пальцы, но они совершенно не слушались.

– Ладно…

Чьи-то ноги в резиновых сапогах плюхнулись на мелководье рядом со мной. Начали вытаскивать ребят из моей лодки. Я совсем забыл о верёвке, привязанной к поясу, но, видимо, она пришлась кстати. Вскоре на берегу рядом со мной оказались Артур и Катя, они крепко держались друг за друга и выглядели напуганными до ужаса.

– Там были руки… – прошептал Артур.

– Мертвецы! Утопленники! – Катя заплакала.

Я покачал головой:

– Не говорите, всё равно никто не поверит.

Мой богатый опыт общения с нечистой силой и потусторонними явлениями подсказывал – как всегда, никто ничего не видел.

– А где Мила? – Я приподнялся и посмотрел в сторону озера. Дождь барабанил по воде так, что казалось, она вот-вот закипит. Девушки в ярком оранжевом жилете видно не было.

– Будем искать… – ответил мне кто-то сверху, с берега.

С этого самого момента заработала спасительная машина здравого смысла. Нам принесли одеяла и горячий чай. Подогнали автобус. Кто-то уже звонил в МЧС, просил прислать «Скорую» и водолазов. Казалось, что мы спасены и под охраной. Только где теперь Мила и братья Воронцовы? Это было горько и отвратительно – мои друзья и одноклассники погибли или хуже того… а я даже не испугался как следует. После купания в чёрном озере меня всё ещё колотила дрожь, мысли путались. Кто-то помог мне встать и повёл к автобусу. Я высвободился и, едва не уронив одеяло, побежал к Стёпе:

– Спасибо, дружище! Ты нас всех спас!

– Это не я, – Стёпа неловко развёл руками. – У меня не получалось нормально бросить, пока Ася не помогла.

Девушка стояла рядом и застенчиво улыбалась. Мне нужно было что-то сказать – но как отблагодарить человека, который только что спас тебя от страшной смерти?

– Как же я за тебя… за всех вас испугалась! – воскликнула Ася и заключила нас со Стёпой в объятия. – Надеюсь, теперь всё позади.

Мы спешно погрузились в автобус. Тамара Петровна всю дорогу причитала и держалась за сердце. Дождь всё ещё хлестал как из ведра, дорога начала раскисать и плеваться рыжей глиной из-под колёс. Наш «пазик» неважно справлялся с ролью амфибии – гудел, буксовал и перегревался. Из-за этого обратная дорога заняла больше часа. Чёрное озеро не хотело отпускать нас.

– Сегодня лес какой-то тёмный и страшный, – сказала Ася, не отрывая взгляда от окна.

– Всё будет хорошо, – проговорил я и понял, что больше не верю в чудесное спасение. Не бывает так, по крайней мере не со мной.

Девушка повернулась ко мне, заглянула в глаза и как будто прочитала мои мысли:

– Если ты справишься…

– Спасибо, – говорю, – за оптимизм.

– Думаю, хуже уже не будет, – вмешался в разговор Стёпа. – В воду мы больше не полезем и скоро будем далеко отсюда.

– Скоро – это когда?

Автобус вполз на территорию базы и остановился. Тамара Петровна поднялась со своего места:

– Дети! Я понимаю, как много вам пришлось пережить. Ваши одноклассники пропали, и это просто ужасно! Главное – не поддавайтесь панике, завтра утром мы возвращаемся в Москву! – Речь истощила последние силы нашего завуча, она рухнула в кресло. Из автобуса её не без труда вывел завхоз.

– Нам осталась одна ночь… – проговорил я.

– Нам нужен кофе, – продолжила мою мысль Ася. – Много крепкого кофе.

Голос девушки казался спокойным. Я заглянул в её глаза и увидел в тёмной синеве что-то такое, от чего мне стало страшно. Ася всё понимала и боялась, но в то же время стремилась навстречу ужасу и опасности. Иногда я сам ощущал что-то похожее, но всегда гнал от себя это чувство, считая его полной глупостью.

– Лучше бы мы все ошибались, – говорю.

– Мы слишком умны для этого, – ответила Ася.

Вечернее время тянулось медленно. Дождь то моросил, то принимался хлестать и барабанить. Наш класс как-то сам собой разделился. К нам со Стёпой и Асей прибились Артур и Катя. Видимо, купание в чёрном озере наложило свой отпечаток. Остальные держались подальше и замолкали в нашем присутствии. Впрочем, мы и не стремились общаться с теми, кто был на берегу.

– Лучше пусть ничего не знают, – сказал я, когда мы сидели в столовой. – Иногда именно незнание может спасти тебе жизнь.

Единственная новость, которая вновь объединила класс, – братья Воронцовы