Вечное пламя - Шеннон Мессенджер

– Я уже видел у тебя такой взгляд, Софи, – произнес Грейди, укладывая руку ей на плечо, – и не могу винить тебя за него. И я сомневаюсь, что смогу тебя остановить. Так что просто прошу: не забывай, кому можно доверять, и держи их рядом. Не отталкивай их.

Софи кивнула, и он обнял ее.

– Позвольте кое-что добавить, – сказал Сандор, стоящий позади. – Я бы хотел вновь попросить вас держаться ближе ко мне. Я уже получил сообщения о возросших волнениях среди народа, и, боюсь, в ближайшие дни вам понадобится больше защиты, чем обычно.

– Потому что все винят меня, – пробормотала Софи, пытаясь отстраниться от Грейди.

Тот прижал ее крепче.

– Жители нашего мира боятся всего нового и непривычного. Но ты достаточно храбра, сильна и умна, чтобы не верить их словам. Доверься друзьям и семье, помни, что они тебя любят и поддержат, несмотря ни на что.

– И не отходите от своего охранника, – добавил Сандор.

– Да, и это тоже, – Грейди вздохнул, проводя рукой по волосам Софи. – Знаю, ты не хочешь говорить о произошедшем вчера, Софи, – и я уважаю это. Но если передумаешь, я рядом.

Софи обняла его крепче, смаргивая слезы.

Она не собиралась плакать.

Она собиралась сражаться.

– Кстати, – произнес Грейди, медленно отпуская ее. – Тирган попросил передать тебе, чтобы ты записала все, что помнишь со вчера, – не только увиденное в мыслях Финтана. Совет пытается понять, что случилось на пожаре.

Софи опустила взгляд.

– Сомневаюсь, что смогу помочь. Если бы Фитц не предупредил меня о Вечном пламени, я бы вряд ли заметила его, пока не стало бы слишком поздно. Думаю, в этом и заключался план Финтана.

В глазах Грейди мелькнула ярость. Но он ничего не сказал, и Софи просто развернулась и пошла наверх.

Она вытащила свой дневник памяти и весь оставшийся день старалась вспомнить все, от чего можно оттолкнуться.

Она спроецировала воспоминание, которое Финтан вновь сумел сберечь, и поместила его рядом с проекцией, полученной из взлома памяти с Алденом.

Было видно больше таинственной робы пирокинетика – хотя в ней не было ничего особенного, кроме яркого красного цвета. Еще она видела очертание его лица. Края были смазаны, но у него был острый подбородок, а волосы были аккуратно уложены. Значит, он, скорее всего, заботился о своей внешности.

«Скорее всего», – горько подумала Софи, отодвигая дневник.

Она только и могла, что гадать и додумывать бессмысленные мелочи – не такое открытие ей было нужно.

Она уже готова была закрыть дневник и убрать его, когда наконец-то заметила последнее различие между двумя сценами. Она так сосредоточилась на своем похитителе, что забыла поискать отличия в Финтане – особенно в начале воспоминания, когда он указывал на звезду, к которой похитителю нужно было воззвать.

На нем был черный плащ с длинными плотными рукавами. А рядом с плечом была белая нашивка с глазом.

Ту же самую нашивку Киф видел у мятежников, и найти ее у Финтана было не так уж и странно. Но в этот раз она разглядела слово – написанное рунами, которые она неожиданно смогла прочесть.

Никаких воспоминаний слово не вызвало, значит, «Черный лебедь» его не знал.

Но у безымянных мятежников все же было имя.

«Незримые».

– Снова случилось что-то плохое, да? – спросила Вертина Софи, разглядывающую свое отражение, чтобы точно не пропустить ни одного крошечного серебряного крючка, на которые застегивался корсет ее мерцающего зеленого платья.

Надевать на похороны столь яркую и жизнерадостную одежду было все еще непривычно. Но по традициям эльфов нужно было носить зеленое – символ жизни.

Конечно, похороны не становились от этого веселее.

Софи вздохнула и заколола волосы изумрудным гребнем.

– Да. Старейшина умер.

Вертина закрыла глаза, ее крохотное личико сморщилось.

– Сочувствую. Ты его знала?

– Не так близко, как хотелось бы, – признала Софи, подкрашивая губы розовым блеском. – Не так близко, как стоило бы.

– Сочувствую, – повторила Вертина. – Что случилось?

– Он погиб в пожаре, устроенном «Незримыми».

Софи сообщила Грейди с Эдалин обнаруженное название и связалась с Алденом, чтобы сообщить и ему. Но они никогда не слышали ничего подобного.

Поэтому сердце Софи забилось быстрее, когда Вертина покачала крохотной головкой и прошептала:

– Только не они.

– В смысле? Ты их знаешь?

Вертина широко распахнула глаза, пискнула что-то про то, что слишком многое рассказала, и отключилась.

– Декс тебя перепрограммирует, и ты все расскажешь! – крикнула Софи, стуча по стеклу.

Вертина снова включилась.

– У него не получится. У меня есть функция автостирания – если придется, я сотру себе воспоминания и перезагружусь.

– Но почему?

– Я сама этого не хочу. Просто назови пароль, и я пойму, что тебе можно доверять. Ты его еще не нашла?

Нет. Она нашла только дурацкое человеческое зеркало. Разве что…

– Это «Следуй небесному пути за милой птицей»?

Вертина печально покачала головой:

– Нет. Но связь с птицей есть.

Софи понимала, что Вертина, скорее всего, пыталась ей подсказать. Но ничего нового она не сообщила. «Черный лебедь» постоянно использовал птиц.

– Какая связь с птицей? – спросил стоящий в дверях Грейди.

– А, эм, мы с Вертиной просто играем, – ответила Софи, накидывая на плечи зеленый бархатный плащ и закалывая его гербом Руэнов.

Было видно, что Грейди на ее ложь не купился. Но он просто сказал:

– Красиво выглядишь.

– Спасибо.

Она снова глянула в зеркало, злясь, что больше похожа на собравшуюся на бал выпускницу. Но Грейди тоже был одет официально: в вельветовые штаны, замысловато расшитую жилетку и шелковую накидку с золотой окантовкой, хотя сама одежда была темно-зеленого цвета.

Темный оттенок совпадал с кругами под глазами. Протянув Софи руку, Грейди сказал:

– Сегодняшний день обещает быть ужасным.

– Понимаю. Как бы хотелось, чтобы в этот раз тоже можно было цепляться хотя за какую-нибудь надежду, как в прошлый.

– Надежда есть всегда, Софи. Смерть Кенрика не значит, что исчезнет его работа и все то, за что он боролся. Просто придется подождать, пока время исцелит наши раны.

Софи скривилась.

– Прости. Неудачно выразился, – вздохнул Грейди, растрепывая волосы. – Готова?