В тени Обсидиана - Татьяна Лакизюк

Поэтому оба, открыв рты, смотрели на искрящуюся белизну, напоминавшую блеск их любимых драгоценных камней.

На вершине дул пронизывающий ледяной ветер. Он сбивал с ног, заставлял слезиться глаза, кусал колючим холодом щеки и уши. Поплотнее запахнув одежду и натянув шарфы по самые брови, брат с сестрой прокричали:

– Ветер, помоги нам, может, ты видел нашу девочку?

Ветер шумно выдохнул – так, что они чуть не упали. И произнес:

– Ни сильнейшие муссоны, ни легкие бризы, ни холодные мистрали[24] нигде не встречали девочки с белоснежными волосами.

Огорченно вздохнув, Алекс и Анита поблагодарили ветер. Через несколько секунд они вновь стояли возле карты. Сняв с себя защитные чары, они снова поблагодарили духов и вручили им принесенные из Драгомира дары.

Для ветра они припасли золотистую пыль, чтобы он мог добавлять ее в воздушные потоки, делая мир веселее и радостнее. Тихому океану подарили кораллы, которые росли только в морях Драгомира. Для Мафусаила приготовили семена редких растений, чьи широкие листья очищают воздух от вредных загрязнений. А вулкану вручили огромный рубин, переливавшийся всеми цветами жидкой магмы.

Когда духи, довольные подарками, исчезли с карты, Алекс с печальным вздохом свернул ее в рулон.

– Луны нет ни в Драгомире, ни здесь.

– Где она может быть?

– Возвращаемся назад. Может, Сардер узнал что-нибудь у Древлия? Ведь тот предвидел, что девочка исчезнет из Драгомира. Может, он знает, где она? Кроме того, наши воины вовсю обыскивают бывшие владения ведьмы. Быть может, и они что-то нашли. Сдается мне, Морион нас все-таки обманул. Он в сговоре с Жадеидой, и наша девочка, скорее всего, у нее.

С тяжелым сердцем они поспешили к порталу.

Луна бодро шагала по длинному коридору.

– Такое ощущение, что он никогда не закончится.

– Да, – согласился Фиччик. – Мы идем часа три, и ни конца ни края.

– Значит, надо искать место для ночлега.

– Хорошо бы еще и поесть, – с тоской протянул хранитель.

– Это точно, – вздохнула девочка.

В животе требовательно урчало. Бесконечный день близился к концу. По крайней мере, по ощущениям Луны. Ведь внутри коридора невозможно было определить время, а по бокам день постоянно менялся с ночью. Сильно хотелось есть, так как Луна с Фиччиком не успели даже позавтракать. Но еще больше хотелось спать. Значит, в Драгомире, скорее всего, уже глубокая ночь. Ноги гудели от долгой ходьбы, и хранитель, сначала летевший перед Луной, теперь сидел у нее на плече и без конца зевал.

– Можно сказать, нам повезло, – неожиданно произнесла девочка.

– Это еще почему? – встрепенулся Фиччик.

– Мы с тобой оказались между мирами, но здесь иногда встречаются растения, которые растут и в Драгомире, и по ту сторону земли. В этом коридоре оба мира словно смешались.

– Ну и? – зевнул Фиччик. – Вот если бы найти что-нибудь съедобное…

– И нашли! – с восторгом вскричала Луна. – Смотри! – Она показала какую-то невзрачную коричневую палку. – Теперь мы точно не умрем с голода.

– Чему ты так радуешься? Палка и палка, – проворчал Фиччик.

– Забыл? Это же бориностик прямой![25] Мне его Цитрина демонстрировала во время испытаний. У него съедобные семена и цветок, который прячется внутри, но его можно оттуда достать. Он незаменим для дальних путешествий. Смотри!

Девочка ловко нажала на палку-стручок. Через несколько мгновений на его макушке появился большой цветок. Луна сорвала его и дала Фиччику, а потом проделала то же самое с соседним растением. Пока хранитель брезгливо разглядывал его, Луна сунула цветок целиком в рот и с наслаждением замычала. Живительная, прохладная, вкуснейшая влага смочила пересохшее горло и потрескавшиеся от жажды губы.

– С ума сойти, как вкусно, – простонала она. – Ну что ты сидишь? Ешь скорей, ну или пей.

Фиччик повертел цветок в лапках, еще раз понюхал, зажмурился и сунул в рот. Тут же выражение неописуемого блаженства разлилось по его мордочке. Носик задорно заблестел, уныние как рукой сняло.

– Пусть обзовут меня хоть коровой, но я больше никогда не буду раздумывать перед тем, как попробовать этот божественный нектар.

Утолив жажду, он опять начал трещать без умолку.

– Это еще не все!

Девочка сорвала стручок и аккуратно его вскрыла. Внутри оказалось около двадцати крупных семян.

– Держи. – Она высыпала в лапку Фиччика пять семян.

– Почему так мало? – возмутился он. – Я зверски голоден!

– Да мне не жалко, – улыбнулась девочка. – Бери хоть все.

Она ссыпала в подставленные лапки остальные семена, а себе сорвала новый стручок.

Фиччик засунул первую семечку в рот и начал сосредоточенно жевать.

– Не пойму, что за вкус, – озадаченно сказал он. – Похож на жареное мясо с овощами, приправленное кучей специй, да еще и приготовленное на углях, с дымком.

Говоря это, он уже жевал вторую семечку. Луна не отставала и, закрыв глаза от удовольствия, вовсю работала челюстями. Съев четыре семечка, хранитель с сожалением протянул оставшиеся Луне.

– Больше не могу. Ты была права. Надо же! Простая палка, а столько пользы. Теперь можно и поспать.

Девочка бережно убрала семена в сумку и принялась искать место для ночлега. Под небольшим деревом они увидели маленький овражек. Луна сломала несколько веток огромного папоротника, часть из них положила на дно, а другую – на края овражка, так что получилась крыша. Забравшись в импровизированное убежище, они тут же провалились в сон.

Но через несколько часов девочка проснулась от ужасного холода, который проникал повсюду. С трудом выйдя из укрытия, она начала притоптывать и пританцовывать, пытаясь согреться.

– Что с тобой? – выполз из-под веток папоротника заспанный Фиччик.

– З-з-замерз-з-зла, – с трудом выговорила Луна, ее зубы выбивали чечетку.

– Как замерзла, не холодно же? – удивился хранитель.

– Тебе не холодно? Посмотри вокруг, все листья в инее, а изо рта пар!

Девочка выдохнула, выпустив изо рта целое облако.

– А мне совсем не холодно, я вообще ни капли не замерз.

– Вез-з-зет тебе, – прошептала Луна.

– Эй, у тебя даже губы посинели, хватит прыгать, разожги огонь.

– Ой, точно! – Луна хлопнула себя по лбу. – Совсем вылетело из головы.