Где прячутся ангелы? - Фиона Келли

Холли вздохнула и покачала головой.

— Ничего не поделаешь, — сказала она. — Я согласна с Белиндой. Лучше нам помалкивать Об этом случае… Иначе нам придется сказать прощай всем другим загадкам, которые, возможно, уже ждут нас здесь! — добавила девочка с усмешкой.

Пока Холли говорила, подруги завернули за угол и, пройдя под аркой, оказались на узкой, мощеной булыжником улочке, которая привела! их в небольшой дворик. Там стояло в широкой кадушке апельсиновое деревце с высоким стройным стволом. В темно-зеленой блестящей листве горели на солнце подобно оранжевым фонарям зрелые апельсины. На пороге дома сидел парень и играл на гитаре какую-то народную мелодию. Девочкам показалось, что они уже где-то ее слышали.

Холли была очарована этой сценой, и она бросила в лежавшую возле парня легкую кепку несколько монет. Гитарист сверкнул ослепительно белой улыбкой и пробормотал: «Грасиас!»

К вечеру подруги вернулись в отель. Мистер Хейес уже ждал их, и настроение у него было явно испорчено.

— Надеюсь, вы провели сегодняшний день) более успешно, чем я! — проговорил отец Белинды с невеселой усмешкой и сделал большой глоток минеральной воды из стеклянного стакана.

— Что, твоя деловая встреча прошла неудачно? — спросила Белинда.

— Мягко сказано. — Мистер Хейес тяжело вздохнул. — На самом деле время было потрачено впустую по милости этого великого Оскара Мейкписа. Конечно, за ним прочно держится репутация трудного и неприятного человека — я был к этому готов, — и все-таки я не ожидал, Что он вообще не явится!

— Может, он не знал, что ваша деловая Встреча назначена на сегодня? — поинтересовались Холли.

Мистер Хейес нахмурился еще больше:

— Нет, он все прекрасно знал. Просто позвонил мне по телефону и сообщил, что неважно себя чувствует и его доктор запретил ему покидать дом. Так что завтра мне придется ехать к нему домой, а это невесть какая даль, у черта на куличках.

— А я думала, что он живет в Барселоне, — удивилась Трейси. Она налила минеральную воду в три стакана и протянула два из них Белинде и Холли.

— Я тоже так думал, — ответил мистер Хейес. — Но теперь выясняется, что он живет далеко за городом в собственном имении под названием «Кастелло». Мейкпис заверил меня, что так будет лучше всего, поскольку там чистый Воздух и все заботы улетают прочь. Что ж, может, у него они и улетают, а для меня это лишние препятствия! Он живет где-то в стороне дороги на Жерону, и его имение даже не отмечено на карте. Когда я поинтересовался, как же его там отыскать, он просто посоветовал спросить у первого встречного. Мол, там все знают, где живет Оскар Мейкпис! — хмыкнул отец Белинды с горькой усмешкой.

— Раз уж он такой капризный, неужели вы не можете подыскать кого-нибудь другого для вашей благотворительной акции? — предложила Холли.

— Все не так просто, — ответил мистер Хейес. — Понимаете, девочки, дело вот в чем. Я надеюсь уговорить его, чтобы он сделал для нашей акции какой-нибудь рисунок — что-нибудь такое, что мы сможем использовать как постер или как логотип. Как я уже говорил, он любит, когда его имя появляется в газетах, а как раз это нам сейчас и нужно. Так что в кандидатуре Мейкписа много плюсов, и завтра я должен его как-нибудь уговорить. — Помолчав, отец Белинды добавил: — Кстати, вы трое тоже может поехать со мной. Я полагаю, что у Мейкписа есть художественная галерея, доступная для широкой публики, где выставлены его картины и скульптуры. Поскольку вы уже побывали в «Тейт-Модерн», возможно, вам будет интересно взглянуть и на другие его работы.

— Но только мы не должны ведь говорить мистеру Мейкпису о том, что нам не очень нравится его «Русалка», да, папа? — напомнила Белинда.

— Что вы! Ни в коем случае! — испугался ее отец. — Вы не обязаны любить современное искусство, но в любом случае вы должны называть его «очень интересным»!

На следующий день, ранним утром, все четверо выехали на красном автомобиле из Барселоны, держа курс на Жерону. Через некоторое время путешественники приехали в этот маленький городок и не обнаружили ничего, что помогло бы им отыскать дом Оскара Мейкписа.

Поравнявшись с маленькой повозкой, запряженной в ослика, невозмутимо трусившего по пыльной дороге, мистер Хейес притормозил автомобиль и попросил Трейси узнать по-испански у крестьянина, как проехать в «Кастелло». Девочка вскоре вернулась, удрученно качая головой.

— Вот и верь после этого утверждению, будто «там все знают, где живет Оскар Мейкпис»! — воскликнула Трейси и вернулась на свое место. — Этот старик поглядел на меня как на больную. Он никогда даже не слыхал про Мейкписа!

Проехав еще немного, мистер Хейес и девочки остановились в маленькой деревне возле местной парикмахерской. Трейси снова отправилась на разведку.

На этот раз она вернулась с улыбкой на лице.

— Ну вот, теперь я узнала, где живет Мейкпис, — радостно объявила она. — Парикмахер знает про него все, но говорит очень неодобрительно! По его словам, этот художник вызывает раз в месяц из Парижа лучшего стилиста, чтобы тот подстриг его и подровнял бороду — очевидно, он страшно гордится своей бородой. Кажется, местный парикмахер убеждал меня, что у Оскара Мейкписа денег намного больше, чем здравого смысла.

Трейси подсказала мистеру Хейесу, куда ехать, и минут через десять впереди замаячило необычное сооружение с двумя внушительными башнями, напоминающее бастион.

— Я уже слышала от вас, что Мейкпис назвал свой дом «Кастелло», то есть «Замок», — прокомментировала увиденное Холли, — но совсем не ожидала, что он выглядит как настоящая крепость!

«Кастелло» стоял на большом частном земельном участке, окруженном электрической оградой. У ворот висели два щита с объявлениями, где на пяти языках было написано «Вход запрещен» и «Осторожно! Злые собаки».

— Жалко, что вокруг участка нет рва с водой, иначе Мейкпис мог бы пользоваться еще и Подъемным мостом! — пошутила Белинда, когда их автомобиль подъехал к воротам.

Мощные ворота были наглухо закрыты, и единственный путь к замку проходил через дом привратника — одноэтажное каменное строение, на котором висел еще один щит, Скромно возвещавший «Мир Оскара Мейкписа».

Трейси выбралась из раскаленного автомобиля и направилась к домику. За ней последовали Холли и Белинда. Девочки тут же поняли, что этот домик служил одновременно и художественной галереей — каждая стена в нем была увешана картинами, а каждый дюйм пола наполняли скульптуры, расставленные на узких белых постаментах.

За столом со скучающим видом сидел мужчина в синем пиджаке с медными пуговицами и читал газету. Когда посетители вошли в домик, он поднял голову и подозрительно взглянул на них.

— Си? — прошипел он.

— Доброе утро, — заявил мистер Хейес. — У меня договоренность с мистером Мейкписом.

— Сеньор Хейес? — Мужчина медленно поднялся со стула, прошел несколько шагов по бледному каменному полу и отворил другую дверь, в задней стене. — Сеньор Мейкпис ожидает вас. Пожалуйста. Сюда.