С горячим приветом от Фёклы - Анна Зенькова

А сегодня вот еще и костер погас.

– Ты давай иди за дровами, а я орехов наберу, – сказал мне Ржавый.

– А они разве остались? – удивился я. Мы же на то дерево, как саранча, налетели. Все смели, даже зеленые.

– Там через рощу еще лещина растет. – Ржавый потянулся. – Заодно прогуляюсь.

– Ну давай. – Я кивнул, тоже потягиваясь. И тут же сморщился.

– Что, болит? – Он завернул мне за спину. – Дай посмотрю.

Я покорно подтянул майку к подмышкам.

– Да уж, – присвистнул рыжий. – Красотища.

– Красное? – Мне невыносимо хотелось чесаться.

– И красное, и опухшее всё! – нахваливал он.

– У меня и голова с вечера болит, – добавил я мрачно. – Может, лихорадка?

Он хмыкнул:

– Пить надо меньше! – И дернул меня за майку, как за хвост.

– Ага, особенно из луж. – Я показал ему язык и полез через малинник к бурелому. Там бревна всегда хорошие.

– Не заблудись! – он пульнул мне шишкой в спину. Я хотел вернуться и наподдать ему как следует, чтобы аппетит нагулять. Но решил приберечь это удовольствие на потом, когда уж совсем грустно станет. У нас с ним как. Если скучно или поговорить не о чем, сразу начинаем тузить друг друга, пока не отпустит. На самом деле помогает!

Я выбрался на открытый участок и хозяйским взглядом окинул наши лесные угодья.

Хорошо здесь всё-таки. Еще бы холодильник с едой и телик! Тогда запросто можно жить. Хоть сто лет!

Ржавый вчера сказал перед сном:

– Если завтра нас не найдут, будем шалаш строить. Веток здесь – на целый дом хватит.

– Давай! – согласился я и тут же взялся за проект нашего будущего жилища. Там такой дом нарисовался – Гедиминас Пранцкевичус просто отдыхает. Он, конечно, бог в своем роде. Все эти лесенки, башенки! Но и своя техника у меня тоже – гениальная! Я же мешаю всё подряд – и сюр, и авангард. Вот кровать, например, у нас будет двухъярусной, в виде корабля. Я себе сразу верхнюю палубу забиваю! А в ванной душевую кабину поставим. Такую, чтобы пришел мыться, и всё – ты уже в космосе. А то плавать всё время по морям тоже надоедает.

– Ты бы лучше делом занялся, чем ерунду всякую придумывать, – завозилась во мне Фёкла.

Я с раздражением почесал спину. Опять она меня с мыслей сбивает.

– Вон грибы собери под ногами, – наставляла Фёкла. – Лезут же прямо в руки!

– Я уже всё придумал! – отрезал я. Пусть не думает, что я ее слушаюсь. – И даже кота!

– Какого кота?

Я злорадно усмехнулся, почувствовав, как она замерла.

– Такого! Большого, мохнатого. Которого ты мне всю жизнь запрещала!

– Сил моих нет! А кормить ты его чем будешь? Сам вон уже с голоду пухнешь, а еще кота в дом волочишь!

– А его кормить не надо! – Я самодовольно зевнул. – Он же рысь! Мы его натренируем, чтобы он добычу сразу домой приносил. Вот тогда заживем! Будем шашлык через день есть. И гуляш тоже.

– Ты не ешь гуляш! – вставила она.

– Поживешь в лесу – и не такое съешь, – ответил я со знанием дела.

Фёкла замолчала. Еще бы! Она же терпеть не может чужие аргументы!

– Грибы брать? – прокричал я Ржавому.

– Да уж ты набрал вчера! – крикнул он в ответ. – Одни мухоморы.

– Бе-бе-бе. – Я, посмеиваясь, зашагал быстрее. Пока не стал как вкопанный.

– Скрып-скрып! – долетело до меня с ветром.

Я вдруг с каким-то диким весельем подумал: «Это у меня глаза вращаются. Каждый – как огромное колесо обозрения!»

Ну вот честно, никогда такого не видел! Даже в кино.

Я, кажется, и дышать перестал, так боялся пошевелиться. Просто стоял и смотрел, как из-под земли вырастают бугристые тени. Одна, вторая, третья. Целая армия призрачных стражей, вздрагивающих косматыми холками.

– Хыр, пхыр! – Они меня, видно, тоже увидели. Или почувствовали запах свежего человеческого детеныша?

– Ржавый, – позвал я шепотом.

– Что ты там шепчешь? – забубнила Фёкла. – Он же в другую сторону пошел!

Я зло моргнул:

– А ты сама что шепчешь? Сейчас всех кабанов распугаешь!

– Чего тебе? – услышал я совсем рядом, и Ржавый, как по волшебству, вывалился из кустов. Главное, с таким треском!

– Давай показывай свои грибы! – сказал он. – Мне еще за орехами топать!

– Хыр! Пхыр! – угрожающе задрожали тени.

– Что за… – пробормотал Ржавый. – Вот это да…

– Вот тебе и да, – шепнул я. – Они, наверное, голодные, раз так смотрят.

Как будто говорят: «Теперь ты ответишь за ту колбасу!»

Ржавый осторожно сделал шаг назад – прямо в мою сторону.

– Отходим, – скомандовал он. – Только медленно. Маленькими шагами.

Буравящие глазки следили за каждым нашим движением.

Скрып-скрып, – раскачивались сосны.

Пхыр, пхыр! – победоносно всхрапывали кабаны, глядя, как мы отступаем.

Я, наверное, так быстро еще никогда не бегал. Даже Ржавого обогнал, хоть он и мчался с бешеной скоростью.

Мы уже прилично так отбежали, когда поняли, что за нами никто не гонится. Честно, я даже удивился, почему они на нас не набросились. Это же их владения! А мы тут так – незваные гости. Еще и орехи все сожрали, бессовестные.

– Ну вот и как теперь назад вернуться? – спросил я, отдышавшись. – Там же костер!

– Никак. – Ржавый почесал затылок. – Вот черт.

Я сразу тоже весь зачесался:

– Может, вернемся?

– Куда? Ты их клыки видел? – Он стал нервно вышагивать туда-обратно.

«Злится!» – догадался я.

– И потом, что мы будем сидеть? – Ржавый становился всё беспокойнее. – Надо двигаться дальше. Рано или поздно куда-нибудь выйдем.

– Подожди! – перебил я. – Ты же сам говорил: надо сидеть на месте и не дергаться. Так нас быстрее найдут!

Он скривил какую-то непонятную рожу:

– Мы три дня просидели. И что? Нашли нас?

«Два!» – упрямо подумал я.

А он вдруг пошел на меня. Вообще без тормозов человек. Чуть своим носом в мой не врезался.

– Надо на открытую местность выходить. – Ржавый смотрел мне в глаза не мигая. – Они беспилотники поднимут. И сразу нас найдут. Пойдем?

– Пойдем.

Сам не знаю почему, но я вдруг жутко испугался.

* * *

К вечеру небо затянуло тучами. Стало понятно – будет дождь.