Сердце Волка - Мишель Пейвер

— Я уверен, — сказал он, — что токорот и вызывает болезнь. Но вот что странно: меня-то он не заразил! Он словно… испытывает меня. И я никак не могу взять в толк зачем.

Но Ренн по-прежнему пыталась разобраться в сложившейся ситуации.

— Значит, по твоим словам, ты уже не пленник этих Тюленей?

— Я же сказал: они помогают мне раздобыть лекарство. Они даже научили меня управлять своим челноком. Во всяком случае, пытались научить. И завтра мы уходим на Орлиные Высоты. — Торак посмотрел на восток, где уже разливался свет зари. — Точнее, сегодня.

Ренн потянулась, сорвала стебель мари и принялась его жевать.

— Что-то тут не так, — задумчиво сказана она. — Сперва они тебя избили, а теперь, значит, они тебе помогают?

— Но им тоже нужно это лекарство.

Этот довод Ренн совсем не убедил.

— А лекарство ли это?.. Я слышала об этом корне, но, по-моему, колдуны для приготовления лекарств его не используют.

— Ну и что? — резко возразил Торак. — Уж Тенрис-то знает, что делает.

— Кто такой Тенрис?

— Их колдун. Ренн, к ним такая болезнь уже приходила, и Тенрису удалось многих исцелить! Значит, он может и во второй раз зелье приготовить.

— Даже если он и сможет его приготовить, то что помешает Пожирателям Душ послать других токоротов?

Торак долго смотрел на нее, потом вскочил, несколько раз пробежался туда-сюда и снова вернулся к костру.

— А кто они такие, эти токороты? — спросил он. — Или, может быть, что?

Ренн нахмурилась, глубоко вздохнула и рассказала ему о том, что поведала ей Саеунн.

Торак слушал, и лицо его постепенно бледнело.

— Саеунн говорит, что они больше уже не дети, — закончила свой рассказ Ренн. — Они принадлежат злым духам. Полностью. Телом и душой.

— Как тот медведь, который убил моего отца, — прошептал Торак.

Волк встал, подошел и снова привалился к нему теплым боком. Торак почесал его и придвинулся ближе к ярким углям.

— Когда я запутался в сети, — сказал он, — случилось нечто странное.

Ренн с интересом ждала, что он скажет дальше.

— У меня возникла какая-то странная боль. Где-то глубоко внутри. У меня однажды уже было такое — тогда, во время исцеляющего обряда. Мне казалось… словно меня выпотрошили, как рыбу. — Торак нервно сглотнул. — Я и чувствовал себя, попав в эту сеть… настоящей рыбой!

— ЧТО? — изумилась Ренн.

— Я ощущал… ощущал форму и движение разных вещей под водой, как рыба. — Торак неотрывно смотрел в огонь. — Потом окружавших меня рыбок что-то спугнуло. Они почуяли Охотника — где-то глубоко, в бездне. И я тоже его почуял, Ренн. В точности как те рыбы.

Ренн совсем растерялась:

— Какие рыбы? Что ты такое говоришь, Торак?

Волк вдруг зарычал, отбежал за край освещенного костром круга и, нюхая воздух, встал в боевую стойку: лапы напряжены, хвост, как палка, вытянут параллельно земле. Даже Ренн знала: это означает возможную угрозу.

Она вскочила и схватила свой лук.

Торак тоже мгновенно вскочил, натягивая безрукавку.

И оба услышали доносившийся издалека мальчишечий голос, звавший Торака.

— Это Бейл, — сказал Торак. — Я должен идти, иначе у него возникнут подозрения.

— Кто такой Бейл? — спросила Ренн.

— Ну… Бейл, и все, — пожав плечами, бросил Торак. — Он поймал меня в Лесу, но он…

— И ты хочешь к нему вернуться?

— Ренн, я должен это сделать. До Солнцестояния всего три дня.

— Но… тебе совсем не обязательно плыть по Морю, чтобы достигнуть этих Орлиных Высот! Мы можем пройти по суше, я уверена! У Тиу мать была из племени Тюленя, так что он хорошо знает этот остров и по моей просьбе нарисовал его мне на песке. Мы могли бы выйти прямо сейчас…

И снова до них донесся голос Бейла.

— Но ведь и ты им не доверяешь! — выкрикнула Ренн.

— Я доверяю… некоторым, — сказал он. — Наверное, доверяю.

— И что же это означает?

— Что наверняка я знаю одно! — вдруг разозлился Торак. — Все мои друзья оказываются ранены или убиты, когда они со мной. Это случилось и с Ослаком, и с тем кабаном. Так что тебе лучше держаться пока от меня подальше. И остаться здесь, с Волком.

— Нет! Торак, я…

— Держи Волка при себе, и пусть никто из племени Тюленя вас не видит.

— Значит, ты окончательно решил отправиться вместе с ними на эти Высоты?

— Ренн, я должен!

Она явно пыталась что-то придумать.

— Тогда мы последуем за тобой по суше. Мы с Волком. Тебе, возможно, понадобится наша помощь.

Торак посмотрел ей прямо в глаза, понял, что разубедить ее не удастся, и один раз коротко кивнул.

— Торак! — снова крикнул Бейл.

Торак быстро опустился на одно колено, прижался лбом ко лбу Волка и прошептал ему на ухо что-то непонятное. Волк в ответ коснулся носом подбородка Торака и тонко присвистнул.

Потом Торак поднялся и стал решительно подниматься на вершину холма, снова направляясь в ту сторону, откуда они только что пришли.

— Старайтесь получше прятаться, — бросил он Ренн через плечо. — И осторожней: берегитесь токорота!

Ренн с тревогой огляделась. Ей очень не хотелось, чтобы Торак уходил и оставлял ее здесь, на этом пустынном холме.

Но он уже ушел — бесшумно, как волк, растворился среди деревьев.

— Торак! — орал Бейл. — Торак! Где ты?

Торак рысью спускался с холма к маленькому пляжу с белым песком. Бейла он видеть не мог, но прекрасно слышал, как тот продирается сквозь березовую рощу.

Спотыкаясь от усталости, Торак рухнул на песок и прислонился к валуну, переводя дыхание. Саднили многочисленные ссадины и царапины. Измученное тело слушалось плохо. В душе росла тревога. Было просто чудесно вновь увидеть Ренн и Волка, но он ужасно боялся за них. Что, если с ними что-нибудь случится?

В призрачных рассветных сумерках слабо светился песок на пляже. Торак разглядел свои неровные следы, ведущие из березовой рощи, и вдруг рядом, к своему ужасу, заметил следы Волка и Ренн. Если их увидит Бейл…

Среди берез мелькнул огонек факела. Бейл шел прямо к нему. Скорей!

Торак уже собрался бежать к нему навстречу, но не успел: из-за деревьев выступили две знакомые фигуры, и он услышал голос Асрифа: