Полцарства за принцессу - Мартин Райтер

— До свидания, Альбина.

— До свидания, Генрих. Я буду ждать вас… тебя.

Перед тем как выйти из библиотеки, Генрих протянул Альбине фотографию, которая выпала из ее книжки.

Это не самая лучшая, — сказал он. — Если хотите… хочешь, я принесу другую.

Мне и эта очень нравится. — Принцесса прижала фотографию Генриха к груди. — Но если будет еще одна, я буду только рада…

* * *

«Я скоро вернусь, — уверенно думал Генрих по дороге в свой родной мир — в Большой Мидгард. — Только повидаю родителей, успокою их и сразу же назад».

В кармане мальчика лежала составленная Христианиусом и подписанная королем грамота, в которой сообщалось о том, что Генрих Шпиц — по просьбе Генриха все его звания и титулы были опущены — находится на тайной службе его величества и может быть в любое время дня и ночи вызван по делам государственной важности. Генрих был уверен, что этот документ хоть немного оправдает его отсутствие, а подпись самого короля убедит родителей, что их сын занят действительно важными делами.

Бурунькис с Капунькисом шагали рядом с Генрихом: хотя им очень хотелось погулять на королевском пиру, они вызвались провести друга до самого его дома.

— Кстати, — нарушил вдруг молчание Бурунькис. — Все хотел тебе сказать, да не было случая. — Глюм вытащил что-то из кармана и протянул Генриху. — Твой золотой дракон. Лишь только колдун пропал, он тут же восстановился. Я нашел его и хотел отдать тебе, но ты так быстро тогда ушел… Держи. Никогда бы не подумал, что эта золотая побрякушка волшебная, да еще с таким отважным сердцем.

Генрих взял украшение и повесил себе на шею.

«Рад встрече, хозяин», — сказал дракон и замурлыкал, точно котенок.

«Хорошо, что ничего серьезного с тобой не случилось, — мысленно ответил Генрих. — Я уж думал — все: пропал ты».

«Ты забыл, наверное, что нас, драконов, не так-то просто убить», — весело промурлыкал золотой дракон.

В Малом Мидгарде стояла ночь, ярко сияли звезды, и ничто не предвещало опасности. Никто из жителей Малого Мидгарда, даже принц Дуралей и его отец Фуазебаль Третий, король Ливантии, положившие начало следующей истории, не предполагали, какие ужасные испытания предстоит пережить Генриху и принцессе и к каким последствиям это приведет.