Синтонимы. Больно быть с тем, кто… - Медина Мирай

– Меня зовут Иван. Иван Харвил.

Она была на пару сантиметров выше плеч Ангелы и не дотягивала до плеч Рейдена. В отличие от подошедшего к ней друга – Эймери. Это был высокий русоволосый парень с голубыми глазами и рассыпанными по всему лицу веснушками.

– Здравствуйте.

Между ними с Ангелой была разница всего в четыре года, и сам бывший синтоним не чувствовал себя старше, но ребята, казалось, были иного мнения.

Они смотрели на Ангелу с улыбками.

– Крэм вам уже обо всем рассказал? – спросила Иван уверенней.

Ангела был заворожен ее красотой и еще больше – мыслью о том, что девушка до чертиков похожа на Меллу. В ее глазах, несмотря на первоначальную скромность, пылал огонь непослушания, энергиии задора. Ангела готов был держать пари, что при других обстоятельствах Иван вела бы себя не так скромно.

– Да, – наконец ответил он и отметил, что из-за шока даже не поздоровался с новыми знакомыми. – Ты… очень похожа на нее. На Меллу.

Иван закивала. Улыбка сошла с ее лица.

– По правде сказать, я, к счастью или сожалению, не могу почувствовать с ней родственную связь и даже ощутить сожаления о ее смерти. Но мне очень жаль, что я так и не узнала ее при жизни. Уверена, мы бы стали прекрасными сестрами.

Красноречие Иван завело Ангелу в тупик. Эймери, заметив его замешательство, решил исправить ситуацию:

– Простите, Иван довольно прямолинейна.

– Нет, все в порядке. Давай на «ты»?

Эймери кивнул. Для Ангелы оставалось загадкой, откуда этот парень появился в жизни Иван и был он ей другом или все же тайным обожателем.

Разговор зашел в тупик. Ангела не мог понять, что с ним происходит: еще двадцать минут назад он был в предвкушении свадьбы и этого дня в целом. Быть может, ожидания не совсем соответствовали реальности?.. Он не хотел больше находиться в толпе, смотреть на гостей с бокалами в руках, слышать пусть и приятную, но в эти минуты раздражающую музыку. Свадьба с любимым человеком вдруг стала вызывать в нем апатию. Все, чего хотелось Эрару сейчас, – спрятаться от Иван, людей, шума, яркого света и побыть наедине с собой, чтобы все обдумать.

Он будто чувствовал себя над пропастью. Она тянула его вниз в свои темные пучины, и Ангела едва не поддался соблазну спрыгнуть. А там, наверху, его ждала другая жизнь. Жестокая действительность, полная сложностей взрослой жизни. Ангела вдруг испугался всего этого. Ни на секунду он не пожалел о том, что решил быть с Рейденом, но… что-то было не так. Чего-то не хватало его душе для полного покоя.

Быть может, прямо сейчас на улице в тени ивы под лучами уходящего заката, куда он пришел, чтобы спрятаться от гостей, ему не хватало Рейдена? Шумиха в зале мешала им по-настоящему побыть вместе.

– Что ты здесь делаешь?

Рейден стоял прямо перед ним. Ангела даже не слышал, как тот подошел.

Беседка под ивой находилась в конце двора в самом ее безлюдном уголке. Никому бы в голову не пришло прийти сюда, и парни были рады этому. Они надеялись лишь на одно: чтобы их отсутствие заметили не так быстро.

«Надеюсь, Рика все разрулит», – подумал Красс, перед уходом предупредив младшую сестру.

– Я… не знаю. – Ангела положил голову на плечо Рейдена, когда тот сел рядом. – Мне хочется высказаться, но… я не знаю как. Проще выплакаться, наверное.

– Это из-за мисс Марвел? – осторожно спросил Красс.

Он почувствовал, как Ангела кивнул. Рейден боялся сказать лишнее слово и сильнее ранить его. А как бы он вел себя на месте Ангелы? Об этом думать не хотелось. Рейден взял его руку. Этого было достаточно.

Порой молчание наедине друг с другом куда лучше любых слов. Не со всеми это работает, но Рейден с Ангелой уже давно поняли: у них именно так.

Так они и просидели в тишине минут десять. Только шум ветра, колышущиеся, ласкающие крышу беседки ветви ивы, стремительно темнеющее небо и загорающиеся где-то вдалеке звезды.

Ангелу стало клонить в сон. Весь день он нервничал, ожидая, что сразу после объявления о браке все изменится. Он изменится. Однако все осталось прежним. Разве что оба чувствовали себя счастливее.

Но что будет завтра? Через месяц? Через год?

Если постоянно думать обудущем, то можно и не заметить, как пролетит настоящее. К такому выводу пришел Ангела.

– Простите, Ангела, Рейден, – услышали они незнакомый мужской голос.

Когда открыли глаза, то увидели перед собой мужчину в темном классическом костюме. На вид ему было около сорока, но Ангела чувствовал, что тот гораздо старше. Коротко стриженная борода, уложенные назад темные волосы, серебряный галстук в полоску, правая рука в кармане и модельная поза. Он словно сошел с обложки модного журнала.

Ангела находился практически в королевстве снов, а потому даже не стал поднимать голову с плеча Рейдена. Разве что только вздрогнул от неожиданного появления незнакомца.

– Я Джефф Миллер. Меня послала ваша мать.

Лишь сейчас Ангела заметил в левой руке мужчины конверт. Парень выпрямился, смутно догадываясь, что там могло быть.

– Она передала вам это. – Джефф зашел в беседку и протянул письмо.

Затем мужчина неспешно ушел, засунув руки в карманы.

Рейден развернулся, чтобы оставить Ангелу наедине с конвертом, но тот его остановил.

– Не уходи.

Больше не будет никаких секретов, одиночества, депрессивных состояний и непосильных нош, которые каждый раньше переносил сам. Теперь они должны были разделять все вместе. И это был не долг, а их общее желание.

Рейден вернулся, они вместе вскрыли конверт и принялись читать.

Здравствуй, Ангела!

Прошло уже почти четыре года с тех пор, как мы с тобой виделись в последний раз и ты отказался от своего бессмертия. Снова.

Мне больно осознавать, что мой единственный сын не такой, как я. Уверена, что за время разлуки ты изменился, стал взрослее и самостоятельнее. Узнав о твоей свадьбе, я не понимала, как реагировать. Я была так счастлива и в то же время несчастна… Я безумно хотела увидеть тебя в этот день. И безумно хочу увидеть тебя в другие дни. Но, Боже, если бы кто-то только знал, как это страшно и тяжело!

Я хочу, чтобы ты навсегда остался в моей памяти тем милым шестнадцатилетним подростком. Это эгоистично с моей стороны, знаю. Но это не значит, что я не люблю тебя.

Прошу, Ангела, не пиши мне ответных писем. Никогда. Я так боюсь, что ты будешь слать мне сообщения, звонить или писать письма, а затем… это прекратится.

Я бессмертна. Для меня десять лет едва ли равны одному году. Я уже давно привыкла к подобному течению времени. И привыкла к тому, что дорогие мне люди умирают, в то время как я продолжаю жить.