Механическое сердце - Андрей Фролов

И Дима отшатнулся, обеими руками зажимая рот, чтобы не закричать. Витька озадаченно нахмурился, но на мгновение позже понимание настигло и его.

– Это я сказал, – раздался совсем рядом негромкий мужской голос, которого дети никак не ожидали услышать. – Говорю, вряд ли тут лежат предки ваших Кожемякиных – у этой пары детей не было, точно знаю. Скорее всего, вам знакомы какие-то их дальние родственники. Седьмая вода на киселе, как говорится.

И тогда Димка не сдержался – завопил что есть мочи. Настя, не разобравшись, что к чему, подхватила этот крик, вложив в него весь пережитый за последнее время страх. Витя вздрогнул, чуть не присоединившись к дуэту, и от неожиданности присел, будто по спине ему должны были вот-вот жахнуть дубинкой.

Рывком обернулся на голос. Похолодел от кончиков пальцев на ногах до шеи, икнул и бросился бежать – потому что через несколько могил от путников, проступая прямо сквозь темно-серую плиту, поднималось нечто прозрачное, перламутровое, светящееся и большое.

– Привидение! – переведя дыхание, снова завопил Димка, и Настя завизжала еще громче.

Развернувшись на пятках так, что во все стороны брызнули колкие камешки, они ринулись за Витькой, летевшим со скоростью ветра.

– По-мо-ги-те!..

Потом Диме было очень стыдно, что он – такой самостоятельный и мужественный – вопил чуть ли не громче сестры. Но в этот самый миг стыд интересовал его в последнюю очередь, и он не сдерживал себя, моля о подмоге и нисколько не задумываясь, кто именно способен помочь им на этой пустынной поляне.

– Да не кричите вы, – попросил, затихая за спиной, тот же голос. – А то шумите так, что мертвые проснутся…

Димка и Настя догоняли Виктора, несмотря на его более ранний старт. Рты жадно ловили сухой воздух Усыпальницы, под ногами звонко цокала серебристая галька, летящая из-под подошв. Но стоило девочке повернуть голову и покоситься вправо, как она резко затормозила, чуть не сбив братьев.

Перламутровое существо, выбравшееся из могилы, преспокойно летело по воздуху прямо рядом с ними, совершенно не намереваясь отставать.

– Да успокойтесь вы, милые дети, – попросило оно. – Умоляю, поберегите силы и неокрепшие голосовые связки.

Настя шарахнулась в сторону и все-таки уронила Витьку на дорожку (падая, он порезал ладонь об искусственный гравий и даже вскрикнул). Затем споткнулась о скромное приземистое надгробие и растянулась сама, чуть не приложившись подбородком о край массивной плиты.

– Пр… при… – Димка начал заикаться, тыча в светящийся силуэт пальцем. – Привидение!

– Ну, – пожал плечами прозрачный бородатый мужчина в очках и пиджаке, какие носят ученые и интеллигенты. – Можно сказать и так. Хотя мы предпочитаем научное наименование – психолептон.

Девочка все еще барахталась на пузе, пытаясь встать, но поскальзываясь на гравии. Витька посасывал кровоточащие ссадины, а их брат тяжело и болезненно опустился прямо на заднюю точку, все еще тыча в психолептона пальцем.

– Чего тебе нужно, привидение?! – выдавил он, тихонечко отползая подальше, пока не уперся в Витю.

– Да ничего, – усмехнулся перламутровый психолептон.

Он парил примерно в полуметре над плитами, а его нижняя половина размывалась наподобие дымного шлейфа или облака брызг.

– Это же вы осведомились, не являются ли местные Кожемякины родственниками ваших знакомых, поселившихся в поселке Литейный, так? Вот я и решил помочь. А самому мне от вас ничего и не нужно, – он снова улыбнулся, рассматривая детей. – Перестаньте кричать и пугаться, в этом нет необходимости. Вставайте и отряхнитесь, на вас больно смотреть!

Вид наши герои и правда имели самый что ни на есть потрепанный. В грязной и местами драной одежде, чумазые и исхудавшие. На Димкином лице красовались синяки, полученные на Интернате, Витька все еще был покрыт пылью с приборов агроинженерного пульта Грибницы.

Голос привидения – или как он сам называл себя, психолептона, – подействовал на тройняшек успокаивающе. Они поднялись с пола, где лежали почти вповалку, начав отряхиваться.

– Значит, – недоверчиво переспросил Дмитрий, – вы хотели помочь? И не станете пить нашу кровь или тащить нас под землю?

Брови привидения изогнулись, как мог бы удивиться самый обычный человек.

– Вот еще, какие глупости! – возмутился он. – У вас превратное представление о психолептонах, молодой человек…

– У меня его вообще нет, – Димка потупился, ожидая реакции остальных.

Но Витя тоже впервые слышал такое название.

– Ну что ж, – охотно продолжил прозрачный бородач в аккуратном пиджаке старинного покроя. – В таком случае с удовольствием помогу вам восполнить этот пробел в знаниях. Как я уже упомянул, обитатели Усыпальницы-СХП называют себя психолептонами. Видите ли, своим необычным умениям и внешнему виду мы обязаны именно поляне – Специфическому Хранилищу Памяти, а также местной установке по упорядочиванию социального наследия.

Сбившись в кучку, дети молча и с явным недоверием изучали парившего перед ними психолептона.

– Эта установка была предметом гордости ее разработчиков, – продолжил тот. – Она обладает уникальной способностью сохранять и визуализировать знания, характер, память (в общем – все, что ученые называют личностью человека) захороненных тут спасгородцев. Точнее, умеет помещать слепок личности в чип, с которым в будущем предполагалось устанавливать контакт для получения знаний о прошлом.

– Значит, вы – такой чип? – наморщил лоб Виктор, все еще посасывая ранку на руке.

– Не совсем, – психолептон сделал вокруг ребят стремительный круг, после чего снова застыл на месте. – В свое время что-то пошло не так… установка, если термин уместен, вышла из строя. И мы, обитатели чипов и могил, освободились, так сказать. Превратились в такие вот сгустки материи, по привычке взяв себе прежние черты лица, фигуры и даже стиль одежды.

– Ого… – только и сумел выдавить Витя, пораженный этой удивительной речью.

Он посмотрел на брата с сестрой – те также пребывали в ступоре, не до конца веря своим ушам. На поляну вернулась равнодушная тишина.

– Хотите спросить еще о чем-то? – вежливо поинтересовался летающий бородач, заметив их нерешительность.

– Ну… Я даже не знаю… А может, вы… – начал мямлить Витька, но Дима вдруг перебил его.

– Если вы взаправду умерли, то расскажите, каково оно – там?

– Там? – дружелюбно улыбнулся психолептон, заинтересованный вопросом. – Вы, молодой человек, имеете в виду существование человеческого духа после смерти? Если так, то могу ответить – никак. Спокойно, мирно, время течет совершенно незаметно. Между тем, как я уже отмечал, нас нельзя назвать стопроцентными призраками. Мы скорее отпечатки ушедших людей, хотя некую аналогию провести вполне уместно.

Дмитрий, все внимательно выслушав, нахмурился, задумчиво покусывая губу. Витька взглянул на него с откровенным удивлением – он и подозревать не мог, что брат, больше увлеченный футболом, самокатами и токарным делом, заинтересуется столь необычным вопросом мирозданья.