Письма на чердак - Питер Грю

У химер выросли клыки. Вернее, вернулись на место. Помню, когда я впервые увидела своих питомцев, то испугалась их кровожадных пастей. Теперь же гордилась. Наверное, так мать гордится первым зубом своего младенца.

Химеры стоически переносили прорезывание клыков, целыми днями лежали у большого камня, обнимали его лапами… и грызли. Я сначала беспокоилась за них, но потом решила: они лучше знают, что им делать.

Я прикладывала палец к клыкам, чтобы измерить, насколько они подросли. У Пуговки верхние были уже с два моих указательных пальца, у Бусинки – всего лишь с указательный с половинкой, совсем безобидная девчонка.

К слову, каких-то половых признаков у моих животных нет. Наверное, потому что они волшебные и не созданы для размножения. Герман считает их мальчиками, я же привыкла думать, что они девочки. А впрочем, это неважно. А важно то, что химеры открыли мне ещё одну свою способность.

Как-то, появившись в Тёмном Уголке, я обнаружила в зале замка корявое дерево, похожее на сосну. Изогнутый ствол покрывала коричневая кора-чешуя, ветви в длинной голубой хвое тянулись вверх, образуя колючую шапку, корни тоже причудливо выворачивались и устремлялись вслед за ветвями. Странное дерево украшали искусственные цветы, похожие на стеклянные. Они были и в хвое, и на корнях. Разноцветные светлячки облепили ветви и ствол, которые засияли, словно новогодняя гирлянда. Хм… Призраки готовятся к Новому году? Вместе со странным деревом появилась и широкая длинная скамья. Видно, для того, чтобы любоваться всей этой красотой.

Я села на скамью. Пуговка устроилась рядом, положив мохнатую голову мне на колени.

«Закрой глаза», – вдруг услышала я. Голос раздался в моей голове. Я вздрогнула, хотела вскочить, но не смогла из-за Пуговки, которая прижимала меня головой к скамье. И когда она успела стать такой сильной?

«Закрой глаза», – повторил голос. Он был безличным, не мужским и не женским, напоминал мысль, которую проговариваешь про себя.

Я покорилась и зажмурилась.

«Теперь открой», – скомандовал голос.

…Я смотрела на саму себя. Совсем близко – моё недоумённое лицо с распахнутыми глазами… Что-то заставило мой взгляд скользнуть дальше, и я увидела праздничное дерево. Я смотрела глазами Пуговки!

Я зажмурилась вновь. Теперь я разглядывала мир глазами Бусинки, которая чуть поодаль наблюдала за мной и Пуговкой. Пуговка, казалось, улыбалась. Правда, трудно разглядеть улыбку на звериной морде.

Мне понравилось. Я вновь закрыла глаза, досчитала до пяти и открыла. Теперь передо мной клумба с двумя алыми маками. Нежная женская рука гладит их лепестки. Прядка длинных красных волос упала ей на лицо, и обладательница глаз тряхнула головой. На миг мне померещились какие-то прутья… Наши взгляды расслоились, и я в четвёртый раз зажмурилась.

Теперь передо мной каменные влажные стены. Подвал? Темно, но глаза привыкли к этой темноте. Сверху кто-то спускается по лестнице… Знакомая походка, знакомая фигура. Хозяин!

Но мой взгляд возвращается ко мне.

– Что это было?!

Пуговка вскочила и побежала играть с сестрой.

– Куда вы?!

Я бросилась за питомцами. Они остановились и вопросительно глядели на меня.

– Чьими глазами я смотрела на Царя? Знаете?

Звери отрицательно покачали головами.

Вот и новая загадка.

Я давно не видела Хозяина и привыкла к его недосягаемости. Но взгляд на него из чужих глаз взбудоражил меня. Как я соскучилась.

Мне непременно нужно его увидеть. Всего лишь увидеть. Ведь я немногого прошу.

Герман сказал, что я пока просто не нужна своему наставнику. Я лелеяла мысль, что всё-таки наступит момент – и я понадоблюсь. Неужели все СамСветы сидят во дворах замков своих наставников и ждут, ждут?.. Подозреваю, что я одна такая.

Когда я перечитываю написанное, у меня к самой себе возникают вопросы. Почему я не встречалась с Моим Волком в Тёмном Уголке после того позорного происшествия с химерами? Почему я не искала невесту Германа, хотя мне разрешили гулять по всему замку? Вот такая я – безвольная, безынициативная. От самой себя тошно.

Но вот настал момент, когда я всё-таки набралась смелости и решила действовать. Мне понадобилось на это несколько месяцев. Но химеры выросли – и пора их снова представить Царю.

Я встала у парадного входа и принялась ждать. Внутренний компас, настроенный на Хозяина, сообщал, что мой наставник приближается.

И вот ворота открываются, и входит он – Мой Волк, мой наставник, Царь призраков. За ним плывёт Бука, а замыкает шествие Герман – ссутулившись, с руками в карманах, с капюшоном на голове, тонкий и бледный.

Я подошла к процессии. Мой Волк посмотрел на меня и даже улыбнулся уголком длинного, словно рассечённого лезвием рта. Я просияла.

– Мне нужно кое-что тебе показать, – сказала я, осмелев.

– Что же?

Я свистнула, и на зов тут же явились мои питомцы.

– Они выжили и вот какими стали, – я гордилась собой.

– Но они ещё недостаточно взрослые. Тебе нельзя останавливаться, – заметил Хозяин. – Работа ещё не закончена.

– Я знаю! И не собиралась! – с жаром заверила его я.

Мой Волк кивнул и взглянул на Германа:

– Побудьте тут, СамСветы.

Герман посмотрел на Буку, ожидая его указаний. Бука кивнул. Призраки удалились в Старшую Башню.

Я провожала их взглядом – Мой Волк шагает твёрдо, а Бука облачком парит за ним следом.

Прекрасный день! Я разговаривала с Моим Волком! Он улыбался мне.

– Лучше бы ты выбрала другой предмет для обожания, – серьёзно сказал Герман, садясь на ступеньку лестницы.

Я спустилась с небес на землю. Вернее, вниз меня вернули слова мальчишки. Мне хотелось сказать ему что-нибудь колкое, но его тон меня остановил.

– Это почему?

– Он не так хорош, как кажется.

– Но он мой наставник! Он научит меня здешней жизни! А я должна стараться быть полезной!

Герман хмыкнул.

– Где вы были? – спросила я.

Герман устало поднёс руку к глазам.

– Не задавай лишних вопросов.

Меня возмущал тон этого мальчишки, его напускная взрослость. Хотелось ему грубить, но всегда меня что-то останавливало. В этот раз – взгляд на его руку, покрытую тонкими царапинками и маленькими ранками.

– Что с твоей рукой?

Герман одарил меня презрительным взглядом:

– Я говорил, что ты задаёшь много лишних вопросов?

Я фыркнула. Он начинал меня раздражать.

– Да. Говорил. Но я всё-таки предприму ещё одну попытку.